Храмы Иркутска: кто «обрящет отраду»

В течение одной летней недели мне, харьковчанке, приглашенной, как и поэты-харьковчане Ирина Евса и Станислав Минаков, на «Международный фестиваль поэзии на Байкале», посчастливилось познакомиться с Иркутском и его православными храмами — такими же степенными, сдержанными и содержательными, как местные жители и как сама суровая и сибирская природа.

.

Многие храмы удивительно хороши собой — одни, как водится, постарше, другие помоложе. Почти все старые храмы пережили многократные реконструкции — в связи с вековыми разрушениями, сильными землетрясениями и пожарами. Многие их них низводились почти до основания и перестраивались заново. Почти все из них в советское время превратились в пекарни, склады, больницы, а потом пережили возрождение. Сегодня храмам Иркутска, кажется, больше не угрожают никакие внешние катаклизмы, и они высятся уверенно и стройно.

.

* * *

Недалеко от минигостиницы, в которой нас поселили, находится небольшой городской парк. В парке располагается самый старый храм Иркутска — Спасский собор, ставший первой каменной церковью на Байкале. Благородный, аскетичный, с большой колокольней, это единственный храм в Сибири, на внешних стенах которого сохранились фрески начала XIX века. Кроме вполне традиционных церковных сюжетов — крещения Христа на Иордане, лика Спаса, образа св. Николая Мирликийского, на фресках изображены и события, имеющие духоносное значение для иркутского края: церемония приобщения к лику святых первого иркутского епископа Иннокентия (Кульчицкого) и обряд крещения бурятского населения. Остались свидетельства, что сама церемония Церковью была организована вполне празднично: крестившемуся полагался подарок, по тем временам весьма недешевый. То могла быть одежда или какая-нибудь утварь, полезная в хозяйстве. В связи с этим некоторые особо хваткие буряты по простоте неведения умудрялись креститься несколько раз. Исследовательница бурятского фольклора профессор Н. О. Шаракшинова приводит прибаутку тех времен: «В Енгутах меня крестили, красные штаны дали, Егором стал я называться! В Олонках я крестился, новую рубаху дали, Осипом стали меня называть! А настоящее мое имя Булагат, я из рода Цонголов, имя мое Архинша»...

.

В 1931 г. Спасский собор был закрыт, и чудом не подвергся уничтожению. В помещении храма была устроена сначала сапожная мастерская, потом — коммунальные квартиры. С годами здание храма изрядно обветшало. От запустения и упадка в те годы страдали и другие иркутские храмы. В связи с этим в 1960 г. снова «был поднят вопрос» о сносе ряда церквей. Специально для подписания соответствующих бумаг из Москвы в Иркутск была командирована архитектор Галина Оранская. Но вопреки воле руководства она приложила все усилия для сохранения храмов и занялась организацией их реконструкции. Спасская церковь получила статус памятника республиканского значения.

.

В 1975 г. невдалеке от храма был обустроен Мемориал погибшим в годы Великой Отечественной войны. Также рядом со Спасским собором с недавних времен стоит памятник Муромским чудотворцам — благоверным супругам Петру и Февронии, почитаемым на Руси покровителям семьи и любви. Скульптор принял очень живое решение — за спинами святых, у их ног, посадил зайчика, того самого, который служил Февронии. В сказании о святых есть такие строки: «В одном из крестьянских домов в селе Ласково близ Рязани гонец, посланный на поиски врача для заболевшего князя Петра Муромского, увидел странное зрелище: за ткацким станом сидела дева по имени Феврония и ткала холст, а перед нею скакал заяц». У иркутского зайца уже изрядно натерт нос (как у знаменитой овчарки с московской станции метро «Площадь революции») — гены суеверия в нас еще сильны, и люди продолжают тереть памятникам носы, ботинки и прочее, загадывая при этом желания и мечтая о счастье.

.

* * *

Недалеко от широкой и быстрой реки Ангары стоит Богоявленский храм, в котором наша спутница Мария Маркова, поэт из Вологды, увидала подобие «коробок от тортов». Он действительно очень нарядный, праздничный, внешне развеселый, состоящий словно из прямоугольных призм. Впрочем, в некотором роде это сравнение можно назвать вполне провидческим: оказывается, в советский период здесь размещался кондитерский цех хлебозавода. Будучи поначалу деревянным, храм сгорел дотла. Потом, после обретения каменного воплощения, во время землетрясений разных лет разрушению подвергались различные его фрагменты — сдвигались колонны, лопались арки и своды, падали кресты и повреждались купола. На протяжении своей нелегкой жизни храм постоянно перестраивался и реконструировался. Нынешний облик Богоявленского собора сильно отличается от прежнего исторического.

.

.

К слову, он тоже был спасен Г. Оранской от уничтожения, под ее руководством с 1967 по 1985 гг. здесь велась реставрация, после чего храм был передан Иркутскому областному художественному музею. В помещении несколько лет работал лекторий Общества возрождения русской духовности и культуры, проводились концерты духовной музыки. В 1995 г. на Пасху собор был освящен епископом Вадимом. А к 2003 г. художники иконописной мастерской, работающей при епархиальном управлении, завершили роспись фасада. Очень ярко расписаны и своды храма — на них изображены сцены Богоявления и Рождества Христова, а также многочисленные святые, пророки и новомученики.

.

* * *

Еще один старый иркутский храм с богатой историей — Харлампиевская церковь, Михаило-Архангельская, известная также как Морской храм. Внешне он похож на Спасский. Такой же белокаменный, с близкой по стилю колокольней. Здесь благословляли моряков на дальнее плавание. Символично: собор принадлежит к архитектурному типа «корабль». Известна метафора — храм, как корабль, несет человека через житейские невзгоды и искушения. Для моряков же этот образ был зримым и насущным, и они, находя духовное укрепление в этом корабле, ступали на земные палубы и отправлялись в путешествия. Морской храм знаменит тем, что здесь 5 марта 1904 г. с С. Ф. Омировой венчался А. В. Колчак, тогда еще не адмирал, а тридцатилетний лейтенант. Здесь же — он получал благословение на свои знаменитые исследовательские походы к Северному Ледовитому океану.

.

С именем и судьбой адмирала в Иркутске связан и Знаменский монастырь, расположенный на правом берегу Ангары в устье реки Ушаковки. В ночь с 6 на 7 февраля 1920 г. в непосредственной близости монастыря были расстреляны Верховный правитель России Александр Колчак и председатель Совета министров Виктор Пепеляев. У ворот Знаменского монастыря в ноябре 2004 г. был установлен памятник адмиралу работы В. Клыкова. И совсем неподалеку на берегу Ангары теперь стоит крест — где, как утверждают, тело Колчака выплыло после казни.

.

В Знаменском монастыре под красивой сенью покоятся в раке мощи святителя Иннокентия Иркутского (Кульчицкого), который почитается как покровитель Сибири. Мы тоже приклонились ко святителю, почившему под Иркутском осенью 1731-го года.

Историки рассказывают, что иркутский во имя Знамения Пресвятой Богородицы женский монастырь начал обустраиваться по грамоте, данной в 1689 г. митрополитом Сибирским и Тобольском Павлом. Главным строителем был иркутянин Влас Сидоpов. К 1693 г. его стараниями была возведена первая деревянная церковь, которая была не только монастырской, но и приходской. В обители по сей день хранится Евангелие, изданное в 1690 г., подписанное и подаренное монастырю Государем Петром I Алексеевичем. У стен Знаменского собора в обители покоятся епископ Иннокентий (Нерунович), а также выходец из курского Рыльска мореплаватель, промышленник и купец Григорий Шелихов, декабрист, поручик лейб-гвардии Гренадерского полка Николай Панов, отбывшая за супругом в Сибирь княгиня Е. И. Трубецкая (героиня поэмы Некрасова «Русские женщины») и дети Трубецких: София, Владимир и Никита.

.

* * *
Скажу и еще об одном храме, который нам довелось посетить на пути из Кутулика (родина драматурга А. В. Вампилова) в Иркутск в поселке Тельма. Храм иконы Богородицы Казанской удивительно красив — небесно-голубой, с белыми украшениями. Мне он открылся каким-то чудесным образом. Задремав в микроавтобусике, я вдруг пробудилась: мы внезапно остановились. Я увидела храм, стоящий, если не парящий, посреди степей на небольшой возвышенности. Солнце садилось и мягкими, почти уже не слепящими лучами пронизывало все вокруг. В прихрамовом садике кто-то поливал цветы, и среди мерцавших струй сияла радуга. У холма открывался небольшой прудик, в котором шумно плескалась местная детвора.

.

.

В книге «Живая старина Приангарья» исследователь Н. Полунина рассказывает: «Храм был заложен на берегу речки Тельминки 9 июня 1814 г. и освящен 20 августа 1816 г. На деревянном восьмиконечном кресте, находящемся в алтаре, имеется подробная запись об этом событии. Не часто встретишь в интерьере православного храма росписи светского характера. А здесь на наружной стене хоров мы видим девять клейм, изображающих ландшафт (словно бескрайние окрестности вмещены и продолжены на храмовой стене — А.М.). Как подлинное чудо воспринимались некогда здешние куранты, которые исполняли двенадцать музыкальных пьес. Причем создавалась иллюзия, будто наигрывают их два архангела, стоящие в нишах по обе стороны от хоров. В нужный момент они поднимали свои позолоченные трубы, и раздавалось «доброгласное» песнопение. На втором ярусе колокольни до сих пор сохраняются детали этого механического музыкального инструмента, близкого родственника музыкальных шкатулок. Церковь эту построил Иоаким Иванович Шорин, а замысловатые куранты создал мастер Климов. И тот и другой были ссыльными, работавшими на тельминской фабрике. Как явствует из документов, вдохновителем сооружения "благозвучного храма" был Игнатий Иванович Соколовский, служивший директором местной фабрики в 1808-1820 годах».

.

Диковинный музыкальный механизм часов и алебастровые фигурки ангелов с трубами были уничтожены большевиками. Тогда же были изъяты все церковные ценности, сняты с икон дорогостоящие ризы, разбиты колокола. Чтобы сбросить самый большой колокол, весивший 75 пудов, безбожникам пришлось прорубать стену колокольни. Местные жители вспоминают, что человек, собственноручно уничтожавший колокола, вскоре погиб, попав в картофеледавильную машину на спиртовом заводе.

После закрытия храма, по распоряжению председателя поссовета в церковь были отправлены трое рабочих, которые должны были освободить помещение, вынести и сжечь остатки икон и церковной утвари, чтобы использовать здание как зернохранилище. Но они вынесли лишь часть киотов, аналои, мебель, сломанные рамы, и устроили возле храма костер «для отвода глаз». А иконы спрятали в алтаре, забив его досками. И почти сразу стали загружать мешки с зерном. Через несколько дней из Иркутска пришла машина со взрывчаткой для уничтожения храма, но поскольку он был засыпан хлебом под самый купола, его не тронули.

.

* * *

Имя и образ храма, уже, к сожалению, не существующего на Земле, осеняют Иркутск с Небес.

Казанский собор, некогда кафедральный, был взорван большевиками в 1932 г. Это был один из крупнейших соборов России, вмещавший около пяти тысяч прихожан, его высота достигала 60 метров.

.

Строительство храма началось благодаря щедрому пожертвованию иркутского миллионера-золотопромышленника Евфима Кузнецова. В 1849 г. он выделил на сооружение нового кафедрального собора гигантскую сумму — 250 тысяч рублей: «Я имею на себе обет, данный Господу Богу в дни испытаний моих, когда боролся с лишениями и опасностями. Обет сей, много лет носимый в душе моей, в том состоит, чтобы собственными средствами, без всякого сторонняго вспомоществования, но своеобразно с требованиями времени, воздвигнуть в Иркутске Кафедральный Собор. Преисполненный сими чувствами, обращаюся к Вашему Высокопреосвященству с покорнейшею просьбою. Примите в распоряжение свое для издержек на построение Собора представляемый при сем капитал. Смиренный задатель, воскрешаем в памяти служителей алтаря Господня неизсякаемою благотворительностию своею, конечно, обрящет отраду, что имя его не забудется при жертвах и молениях, возносимых к Богу».

.

Возведение кафедрального Богородице-Казанского собора и его внутреннее устройство было окончено в 1894 г. Всего на строительство и заведение церковной утвари было израсходовано 904 025 рублей и 42,5 копейки. Автор «Летописей города Иркутска» Нит Романов зафиксировал в своем труде день освящения храма: «25 января 1894 г. состоялось освящение главного придела в новом кафедральном соборе во имя Божией Матери, именуемой Казанской. 25 января во всех приходских церквах были совершены ранние литургии и в усыпальнице нового собора после литургии панихида по архиепископе Вениамине. К 9 часам из монастырей Вознесенского, Знаменского и приходских церквей совершены крестные ходы в старый собор. Освящение храма совершали два преосвященных в сослужении 2-х архимандритов, 17 священников и 3-х протодиаконов. На клиросе пели два хора певчих — архиерейский и Вознесенского монастыря, а на хорах воспитанники духовной семинарии, мужского и женского духовных училищ. По освящении святого престола и жертвенника преосвященный Никодим отправился в старый собор за святыми мощами, которые и были перенесены в новый собор с ожидавшими прибытия преосвященного крестными ходами, соединившимися в один общий крестный ход. По дороге к собору были выстроены войска, музыка играла “Коль славен”».

.

В 1920-е безбожные годы в ограде собора была устроена футбольная площадка, в связи с чем в храме вскоре оказались выбитыми почти все стекла, сильно пострадала усыпальница. В 1930 г. собор был закрыт. В январе 1932 г. отдел охраны памятников подписал заключение о сносе собора как здания, не представляющего исторической и художественной ценности. Известный иркутский краевед Р. Берестенев писал: «Пять куполов было у него, и под каждый закладывали взрывчатку. Собор не сдавался. За первым взрывом последовали второй, третий, четвертый... Когда собор разрушили, то уровень центральной иркутской площади от битого кирпича поднялся на один метр. Щебня было столько, что его хватило на отсыпку подъездного пути к мосту через Ангару. Дорожники при ремонте дороги у старого моста смогут обнаружить под асфальтом резные с глазурью камни Иркутского кафедрального собора».

.

.

От богатейшего внутреннего убранства храма сохранилось всего несколько икон. В 1938 г. на месте Казанского собора началось строительство Дома Советов, который ныне является зданием администрации Иркутской области.

Теперь на месте ушедшего в Небеса главного храма русского города Иркутска стоит часовенка, выполненная как уменьшенная копия малой главы собора. Горожане и гости города нередко приходят сюда с молитвенными обращениями. Следует помнить о том, что на месте некогда освященного алтаря вечно стоит незримый Ангел Хранитель.

5
1
Средняя оценка: 2.7439
Проголосовало: 82