На Чернобыльской АЭС рыба ловилась хорошо…

На Чернобыльской АЭС рыба ловилась хорошо…
Тридцать лет уже прошло после взрыва на Чернобыльской атомной станции. О мужестве пожарных, сбивших радиоактивное пламя, знает весь мир. Ценой собственной жизни они уберегли от ядерного катаклизма не только Украину, Россию и Белоруссию, а всю Европу. За прошедшие годы о Чернобыльской трагедии и тяжёлых её последствиях много сказано. Отснят не один километр киноплёнки. Кажется, что можно ещё добавить к уже известному? Вряд ли скажешь что-нибудь новое.
Фото. 1. Славутич. Памятник ликвидаторам аварии на Чернобыльской АЭС.
Но есть своё личное, связанное с ощущением этой беды. Незадолго до аварии мне пришлось несколько раз побывать на территории атомной станции. Последний раз за месяц до взрыва. Ездил туда на рыбалку. Отработанная в реакторах горячая вода сбегала по тёплому каналу в водохранилище. Рыбы в тёплой воде было уйма. А был ещё холодный канал, по которому вода поступала в реакторы, на нём тоже ловили рыбу, но там её было гораздо меньше. Улов всегда был приличным, но впечатления от этих посещений АЭС остались не очень хорошие. А когда взорвался 4-й реактор, они получили совсем неожиданное подтверждение. Ещё раз оговорюсь, что это моё личное мнение, вот так я тогда чувствовал. Но обо всём по порядку.
***
От Чернигова до Чернобыльской АЭС тогда ходил дизель «Чернигов-Янов». По железной дороге это 91 км, а по прямой гораздо меньше. Дизель пробегал свой маршрут без особых проблем часа за два с половиной. И так неторопливый его бег каждые 15-20 минут задерживали крохотные полустанки, затерявшиеся среди перелесков, озёр и речушек благодатного Полесского края. А почему добраться до АЭС можно было без проблем? Железная дорога пробегала по украинской и белорусской земле, пограничниками по берегам Днепра и Припяти тогда и не пахло. Времена-то ведь были советские! У Днепра заканчивалась Черниговщина, за Днепром начиналась Гомельская область Белоруссии. А за Припятью опять начиналась Украина — дизель уже катил по Киевской области.
Память жива воспоминаниями. В Йолче (первая белорусская станция за Днепром) никто не спрашивал документы: зачем ты сюда приехал? Это ныне с украинской и белорусской стороны строгий пограничный контроль. Белорусские пограничники ещё пускают украинских рыбаков на озёра, но вот на Днепр уже не попадёшь. Берег реки — строгая пограничная зона. Безвозвратно ушла в прошлое отличная рыбалка на белорусском Днепре, когда на одну простенькую удочку можно было наловить до полудня пуд краснопёрых красавцев-окуней! Ночью тихо позванивали колокольчики на донках, это клевал лещ. А на спиннинг можно было поймать хорошего судака или щуку. Да, ушли в прошлое славные времена, ушли вместе с Советским Союзом!
Станция Янов получила своё название по расположенному рядом селу. В Яновскую военную школу авиационных механиков, открывшуюся перед Великой Отечественной войной, поступил мой отец, а окончил её уже в городе Котельнич Кировской области, куда с началом войны перебросили школу. Теперь села Янова нет, из-за высокого уровня радиации его снесли. Теперь здесь сосновый лес. После аварии на ЧАЭС многие населённые пункты в 30-километровой зоне оставили люди. Станция тоже заброшена, ржавчина покрыла заросшие травой рельсы да такие же заржавленные брошенные вагоны. Но одна железнодорожная колея всё же рабочая. Она соединяет Чернобыльскую АЭС с внешним миром. По ней везут материалы для строительства нового укрытия над аварийным 4-м реактором.
Когда строили Чернобыльскую АЭС, рядом со станцией заложили город Припять. «Полесский атомоград» был рассчитан на 80 тысяч человек. Возводили его Всесоюзной ударной комсомольской стройкой. Из разных концов Советского Союза потянулась на строительство лёгкая на подъём молодёжь. Об этом напоминает название главных улиц города: Энтузиастов, Дружбы народов. Многие молодые люди, приехавшие из глубинки Сибири, имели украинские корни. По разным причинам их предки попали в Сибирь. А когда началось строительство атомной станции на Украине, им представился случай вернуться на родину своих предков. В тёплую и благодатную Украину. Разве мог тогда кто-либо из них подумать, что это возвращение обернётся страшной трагедией. Когда, захватив с собой только самое необходимое, бросив квартиры со всем нажитым (им говорили, что уходят они ненадолго), придётся спешно покидать город.
Фото. 2. Город Припять за колючей проволокой.
И теперь Припять — мёртвый город. Улицы подметает ветер, да изредка их оживляют группы туристов. В наше меркантильное время и на трагедии можно неплохо подзаработать. А деньги, как известно, не пахнут. Иногда Припять навещают бывшие жители. Приезжают организованно, часто в одну из родительских суббот перед Пасхой, чтобы прибрать могилки и помянуть своих близких. После кладбища люди заходят в свои квартиры и поражаются царящему в них разгрому. Сломанные двери, окна без штор, мебели нет. Мародёры сняли водопроводные краны и унитазы, даже струны с оставленных музыкальных инструментов. А потом всё это радиоактивное всплыло на рынках Чернигова и других городов Украины. И ведь покупали люди…
Фото 3. Разграбленная квартира в Припяти.
***
— Чего сидишь дома, с атомной такую рыбу везут! — для убедительности друг широко развёл руки. — А мы что, хуже? Давай махнём на АЭС!
Сказано-сделано! И ранним утром, по темноте, мы уже трясёмся в дизеле. Вышли в Янове и ещё километра три добирались до атомной станции. Мимо то и дело сновали грузовики, грязный снег был укатан колёсами машин и вбит в раскисшую дорожную колею. Шла стройка, достраивались пятый и шестой реакторы. С окончанием стройки Чернобыльская атомная электростанция должна была стать самой мощной в Европе.
На тёплом канале рыбаков было не протолкаться. Тогда многие из Чернигова ездили на Чернобыльскую АЭС за богатым уловом. На мосту, из-под которого шумно вырывался теплый поток, стояли строители в спецодежде и ловили рыбу, азартно закидывая в канал сети на длинных верёвках, так званые пауки. А по обеим сторонам моста теснились удильщики. Вода в канале пестрела от поплавков, на быстром течении они крутились, сталкивались и путались. Тогда рыбаки, чертыхаясь (терялось ведь время, а клевало отменно!), крутили свои катушки и торопливо распутывали свои лесы. То и дело кто-то подтягивал к берегу крупную густеру, плотву, подлещика или даже леща. А мой знакомый простенькой удочкой вытянул 12-килограммового сома!
Рыбы в тот раз наловили мы много, но остался в душе неприятный осадок от увиденного. Поразило большое скопление людей на территории станции. А ведь это режимное предприятие, подумалось, и такой здесь бардак. И хотя каждый блок станции был обнесён высоким бетонным забором и охранялся, но между ними свободно ходила масса людей. Мы вот приехали, ловим рыбу, и никто нас не остановил, не спросил: «Кто такие, что здесь делаете?». И своим «совковым» мышлением, которому склонно было видеть всюду врагов и шпионов, подумалось: «Все рыбаки с рюкзаками, а что, если среди них затешется «враг народа»? Он свободно может пронести в своём рюкзаке на территорию атомной станции бомбу, да где-то здесь её и оставить, подложить, например, под ограду любого реактора. Но такое предположение мне самому показалось абсурдным, а когда поделился своими сомнениями с другом, тот только посмеялся: «Выбрось дурь из головы, здесь есть, кому думать, а наше дело — рыбку ловить. Без тебя разберутся». Как показали события, — разобрались…
***
Конец апреля 1986 года выдался тёплым. Я гостил у тётки в селе и помогал сажать картошку. Разогревшись от спорой работы, скинув рубашку, усердно работал лопатой. Кто-то из подошедших родственников сказал, что по селу ползут тревожные слухи: на Чернобыльской атомной станции случилась авария. Но говорили об этом шёпотом, официальных известий ещё никаких не было. Тогда этот разговор я близко к сердцу не принял. Мало ли чего болтают люди, и что, всему верить? Но когда приехал в Чернигов, слухи только усилились и обросли тревожными подробностями.
Верить всё не хотелось, а радио, телевидение и газеты всё продолжали молчать. А первого мая в городе звучали песни, реяли красные флаги и транспаранты с лозунгами: «Да здравствует!..», «Хай живе!..». Люди большой колонной организованно проходили мимо трибуны с городским начальством, над головами мерно покачивались портреты советских вождей. Всё шло по заведённому годами праздничному сценарию, но вот праздничного настроения совсем не чувствовалось. Все вокруг тревожно перешептывались о пожаре на Чернобыльской АЭС. Говорили, что военкомат поднял многих военнообязанных, их направили в зону аварии. Позже знакомый рассказывал, как его вызвали в военкомат и до глубокой ночи он развозил повестки. Всё, о чём беспокойно говорили уже несколько дней, оказалось правдой. А тут и СМИ вдруг дружно заговорили об аварии на Чернобыльской атомной электростанции имени Ленина.
И только после аварии пришло понимание, что ещё задолго до неё в воздухе уже было разлито тревожное предчувствие беды. Оно проявлялось вот в этой преступной (иначе теперь не скажешь) расхлябанности и безалаберности, царившей на атомной станции. Когда строители в рабочее время ловят рыбу, а на территории режимного предприятия одновременно находится такое множество сторонних людей. Не таким уж глупым оказалось моё «совкое» мышление! Конечно, авария произошла не по вине каких-то там мифических шпионов, а совсем по другим причинам, о них все уже давно знают. Но как теперь думается, эта разудалая рыбалка под стенами ядерных реакторов Чернобыльской АЭС была предсказанием той ужасной трагедии.
В то утро, когда взорвался четвёртый реактор, на тёплом и холодном канале тоже были рыбаки, многие из них даже там ночевали. А кто-то уже копошился на своих дачах неподалёку. Такая пожилая чета, имевшая недалеко от атомной станции свою дачу, жила в нашем доме. Теперь этих людей уже давно нет в живых.
***
А потом было строительство в Черниговской области нового города энергетиков. Возводили Славутич недалеко от Днепра на месте глухого лесного полустанка Нерафа. В этих местах в своё время снимали фильм «Кортик» по известному роману нашего земляка Анатолия Рыбакова. Но вот началась стройка, полустанок исчез, пропало место любимой «тихой» охоты многих черниговцев! Отсюда настоящие грибники всегда возвращались с полными корзинами белых.
Славутич строился силами союзных республик, а ныне независимых государств. Об этом напоминают городские кварталы: Бакинский, Вильнюсский, Киевский, Ленинградский, Московский, Таллинский, Тбилисский, другие. Эта стройка была последней ударной стройкой советского времени. За короткое время вырос в лесу новый город со своим характерным обликом. Железную дорогу электрифицировали. Дизель заменила электричка, отправляться из Чернигова она стала чаще, появился новый маршрут из Киева.
Фото 4. Железнодорожная станция Славутич.
Беда, как известно, одна не ходит. Чернобыльскую АЭС при президенте Кучме закрыли. Многие люди лишились своей работы. Большая политика, затеянная вокруг атомной станции, плохо сказалась на имидже Славутича. В Чернигове, ближайшем от Славутича большом городе, с работой тоже проблема. Крупнейшие черниговские заводы и фабрики влачат жалкое существование. Большинство из них в советское время было завязано на Россию, теперь все эти связи разрушены. Что уж тогда говорить о Славутиче? Город, не успев расцвести, потерял свою перспективу и впал в стагнацию. Всё радужные надежды для его жителей, а для молодёжи особенно, рухнули.
В Славутиче сразу за вокзалом можно увидеть многоэтажное недостроенное здание. Стоит оно с первых дней строительства города. Железобетонные перекрытия позеленели от моха, на них проросли сосны. Не похоже, что этот дом когда-нибудь достроят. И стоит он как яркий символ последних дней советской эпохи. Когда было много вроде бы добрых, но совсем непродуманных инициатив, когда народу обещали счастливое светлое будущее. Не смогла советская власть построить свой большой советский дом, вот, как и это здание.
Фото 5. Заброшенная стройка в Славутиче.
Однако город живёт и не думает умирать. Новая Ильинская церковь (каноническая) — наглядное тому свидетельство. Строилась она не один год, но уже перед Пасхой должна открыться. Церковь станет памятником всем ликвидаторам аварии на Чернобыльской АЭС. А пока служба продолжается в небольшой деревянной церкви архангела Михаила. Молодой священник отец Иоанн сказал: «Много скорбей мы пережили, но сумели возвести церковь. Много помогал нам генеральный директор Чернобыльской атомной станции Игорь Иванович Грамоткин. Божьей милостью будем жить!».
Фото. 6. Последние работы перед открытием Свято-Ильинской церкви.
***
А Чернигов от бедствия тогда уберегся. Радиация обошла его стороной, хотя в области много мест, где радиационный фон значительно превышает норму. Православные говорят, что беду отвёл святитель Феодосий Черниговский. Он покровитель нашего города, мощи его покоятся в черниговском Свято-Троицком соборе. Вот так же во время Великой Отечественной войны он помогал ленинградцам. Тогда его мощи находились в осажденном Ленинграде. Недаром «дорога жизни», проложенная по льду Ладожского озера, была названа именем Феодосия Черниговского. Но это уже совсем иная история.
Виталий Топчий.
Чернигов
Тридцать лет уже прошло после взрыва на Чернобыльской атомной станции. О мужестве пожарных, сбивших радиоактивное пламя, знает весь мир. Ценой собственной жизни они уберегли от ядерного катаклизма не только Украину, Россию и Белоруссию, а всю Европу. За прошедшие годы о Чернобыльской трагедии и тяжёлых её последствиях много сказано. Отснят не один километр киноплёнки. Кажется, что можно ещё добавить к уже известному? Вряд ли скажешь что-нибудь новое.

[caption id="" align="alignnone" width="600" caption="Фото. 1. Славутич. Памятник ликвидаторам аварии на Чернобыльской АЭС. "]Фото. 1. Славутич. Памятник ликвидаторам аварии на Чернобыльской АЭС. [/caption]

Но есть своё личное, связанное с ощущением этой беды. Незадолго до аварии мне пришлось несколько раз побывать на территории атомной станции. Последний раз за месяц до взрыва. Ездил туда на рыбалку. Отработанная в реакторах горячая вода сбегала по тёплому каналу в водохранилище. Рыбы в тёплой воде было уйма. А был ещё холодный канал, по которому вода поступала в реакторы, на нём тоже ловили рыбу, но там её было гораздо меньше. Улов всегда был приличным, но впечатления от этих посещений АЭС остались не очень хорошие. А когда взорвался 4-й реактор, они получили совсем неожиданное подтверждение. Ещё раз оговорюсь, что это моё личное мнение, вот так я тогда чувствовал. Но обо всём по порядку.
.
***
.
От Чернигова до Чернобыльской АЭС тогда ходил дизель «Чернигов-Янов». По железной дороге это 91 км, а по прямой гораздо меньше. Дизель пробегал свой маршрут без особых проблем часа за два с половиной. И так неторопливый его бег каждые 15-20 минут задерживали крохотные полустанки, затерявшиеся среди перелесков, озёр и речушек благодатного Полесского края. А почему добраться до АЭС можно было без проблем? Железная дорога пробегала по украинской и белорусской земле, пограничниками по берегам Днепра и Припяти тогда и не пахло. Времена-то ведь были советские! У Днепра заканчивалась Черниговщина, за Днепром начиналась Гомельская область Белоруссии. А за Припятью опять начиналась Украина — дизель уже катил по Киевской области.
.
Память жива воспоминаниями. В Йолче (первая белорусская станция за Днепром) никто не спрашивал документы: зачем ты сюда приехал? Это ныне с украинской и белорусской стороны строгий пограничный контроль. Белорусские пограничники ещё пускают украинских рыбаков на озёра, но вот на Днепр уже не попадёшь. Берег реки — строгая пограничная зона. Безвозвратно ушла в прошлое отличная рыбалка на белорусском Днепре, когда на одну простенькую удочку можно было наловить до полудня пуд краснопёрых красавцев-окуней! Ночью тихо позванивали колокольчики на донках, это клевал лещ. А на спиннинг можно было поймать хорошего судака или щуку. Да, ушли в прошлое славные времена, ушли вместе с Советским Союзом!
.
Станция Янов получила своё название по расположенному рядом селу. В Яновскую военную школу авиационных механиков, открывшуюся перед Великой Отечественной войной, поступил мой отец, а окончил её уже в городе Котельнич Кировской области, куда с началом войны перебросили школу. Теперь села Янова нет, из-за высокого уровня радиации его снесли. Теперь здесь сосновый лес. После аварии на ЧАЭС многие населённые пункты в 30-километровой зоне оставили люди. Станция тоже заброшена, ржавчина покрыла заросшие травой рельсы да такие же заржавленные брошенные вагоны. Но одна железнодорожная колея всё же рабочая. Она соединяет Чернобыльскую АЭС с внешним миром. По ней везут материалы для строительства нового укрытия над аварийным 4-м реактором.
.
Когда строили Чернобыльскую АЭС, рядом со станцией заложили город Припять. «Полесский атомоград» был рассчитан на 80 тысяч человек. Возводили его Всесоюзной ударной комсомольской стройкой. Из разных концов Советского Союза потянулась на строительство лёгкая на подъём молодёжь. Об этом напоминает название главных улиц города: Энтузиастов, Дружбы народов. Многие молодые люди, приехавшие из глубинки Сибири, имели украинские корни. По разным причинам их предки попали в Сибирь. А когда началось строительство атомной станции на Украине, им представился случай вернуться на родину своих предков. В тёплую и благодатную Украину. Разве мог тогда кто-либо из них подумать, что это возвращение обернётся страшной трагедией. Когда, захватив с собой только самое необходимое, бросив квартиры со всем нажитым (им говорили, что уходят они ненадолго), придётся спешно покидать город.

[caption id="" align="alignnone" width="600" caption="Фото. 2. Город Припять за колючей проволокой."]Фото. 2. Город Припять за колючей проволокой.[/caption]

И теперь Припять — мёртвый город. Улицы подметает ветер, да изредка их оживляют группы туристов. В наше меркантильное время и на трагедии можно неплохо подзаработать. А деньги, как известно, не пахнут. Иногда Припять навещают бывшие жители. Приезжают организованно, часто в одну из родительских суббот перед Пасхой, чтобы прибрать могилки и помянуть своих близких. После кладбища люди заходят в свои квартиры и поражаются царящему в них разгрому. Сломанные двери, окна без штор, мебели нет. Мародёры сняли водопроводные краны и унитазы, даже струны с оставленных музыкальных инструментов. А потом всё это радиоактивное всплыло на рынках Чернигова и других городов Украины. И ведь покупали люди…

[caption id="" align="alignnone" width="600" caption="Фото 3. Разграбленная квартира в Припяти."]Фото 3. Разграбленная квартира в Припяти.[/caption]

***
.
— Чего сидишь дома, с атомной такую рыбу везут! — для убедительности друг широко развёл руки. — А мы что, хуже? Давай махнём на АЭС!
.
Сказано-сделано! И ранним утром, по темноте, мы уже трясёмся в дизеле. Вышли в Янове и ещё километра три добирались до атомной станции. Мимо то и дело сновали грузовики, грязный снег был укатан колёсами машин и вбит в раскисшую дорожную колею. Шла стройка, достраивались пятый и шестой реакторы. С окончанием стройки Чернобыльская атомная электростанция должна была стать самой мощной в Европе.
.
На тёплом канале рыбаков было не протолкаться. Тогда многие из Чернигова ездили на Чернобыльскую АЭС за богатым уловом. На мосту, из-под которого шумно вырывался теплый поток, стояли строители в спецодежде и ловили рыбу, азартно закидывая в канал сети на длинных верёвках, так званые пауки. А по обеим сторонам моста теснились удильщики. Вода в канале пестрела от поплавков, на быстром течении они крутились, сталкивались и путались. Тогда рыбаки, чертыхаясь (терялось ведь время, а клевало отменно!), крутили свои катушки и торопливо распутывали свои лесы. То и дело кто-то подтягивал к берегу крупную густеру, плотву, подлещика или даже леща. А мой знакомый простенькой удочкой вытянул 12-килограммового сома!
.
Рыбы в тот раз наловили мы много, но остался в душе неприятный осадок от увиденного. Поразило большое скопление людей на территории станции. А ведь это режимное предприятие, подумалось, и такой здесь бардак. И хотя каждый блок станции был обнесён высоким бетонным забором и охранялся, но между ними свободно ходила масса людей. Мы вот приехали, ловим рыбу, и никто нас не остановил, не спросил: «Кто такие, что здесь делаете?». И своим «совковым» мышлением, которому склонно было видеть всюду врагов и шпионов, подумалось: «Все рыбаки с рюкзаками, а что, если среди них затешется «враг народа»? Он свободно может пронести в своём рюкзаке на территорию атомной станции бомбу, да где-то здесь её и оставить, подложить, например, под ограду любого реактора. Но такое предположение мне самому показалось абсурдным, а когда поделился своими сомнениями с другом, тот только посмеялся: «Выбрось дурь из головы, здесь есть, кому думать, а наше дело — рыбку ловить. Без тебя разберутся». Как показали события, — разобрались…
.
***
.
Конец апреля 1986 года выдался тёплым. Я гостил у тётки в селе и помогал сажать картошку. Разогревшись от спорой работы, скинув рубашку, усердно работал лопатой. Кто-то из подошедших родственников сказал, что по селу ползут тревожные слухи: на Чернобыльской атомной станции случилась авария. Но говорили об этом шёпотом, официальных известий ещё никаких не было. Тогда этот разговор я близко к сердцу не принял. Мало ли чего болтают люди, и что, всему верить? Но когда приехал в Чернигов, слухи только усилились и обросли тревожными подробностями.
.
Верить всё не хотелось, а радио, телевидение и газеты всё продолжали молчать. А первого мая в городе звучали песни, реяли красные флаги и транспаранты с лозунгами: «Да здравствует!..», «Хай живе!..». Люди большой колонной организованно проходили мимо трибуны с городским начальством, над головами мерно покачивались портреты советских вождей. Всё шло по заведённому годами праздничному сценарию, но вот праздничного настроения совсем не чувствовалось. Все вокруг тревожно перешептывались о пожаре на Чернобыльской АЭС. Говорили, что военкомат поднял многих военнообязанных, их направили в зону аварии. Позже знакомый рассказывал, как его вызвали в военкомат и до глубокой ночи он развозил повестки. Всё, о чём беспокойно говорили уже несколько дней, оказалось правдой. А тут и СМИ вдруг дружно заговорили об аварии на Чернобыльской атомной электростанции имени Ленина.
.
И только после аварии пришло понимание, что ещё задолго до неё в воздухе уже было разлито тревожное предчувствие беды. Оно проявлялось вот в этой преступной (иначе теперь не скажешь) расхлябанности и безалаберности, царившей на атомной станции. Когда строители в рабочее время ловят рыбу, а на территории режимного предприятия одновременно находится такое множество сторонних людей. Не таким уж глупым оказалось моё «совкое» мышление! Конечно, авария произошла не по вине каких-то там мифических шпионов, а совсем по другим причинам, о них все уже давно знают. Но как теперь думается, эта разудалая рыбалка под стенами ядерных реакторов Чернобыльской АЭС была предсказанием той ужасной трагедии.
.
В то утро, когда взорвался четвёртый реактор, на тёплом и холодном канале тоже были рыбаки, многие из них даже там ночевали. А кто-то уже копошился на своих дачах неподалёку. Такая пожилая чета, имевшая недалеко от атомной станции свою дачу, жила в нашем доме. Теперь этих людей уже давно нет в живых.
.
***
.
А потом было строительство в Черниговской области нового города энергетиков. Возводили Славутич недалеко от Днепра на месте глухого лесного полустанка Нерафа. В этих местах в своё время снимали фильм «Кортик» по известному роману нашего земляка Анатолия Рыбакова. Но вот началась стройка, полустанок исчез, пропало место любимой «тихой» охоты многих черниговцев! Отсюда настоящие грибники всегда возвращались с полными корзинами белых.
Славутич строился силами союзных республик, а ныне независимых государств. Об этом напоминают городские кварталы: Бакинский, Вильнюсский, Киевский, Ленинградский, Московский, Таллинский, Тбилисский, другие. Эта стройка была последней ударной стройкой советского времени. За короткое время вырос в лесу новый город со своим характерным обликом. Железную дорогу электрифицировали. Дизель заменила электричка, отправляться из Чернигова она стала чаще, появился новый маршрут из Киева.

[caption id="" align="alignnone" width="450" caption="Фото 4. Железнодорожная станция Славутич."]Фото 4. Железнодорожная станция Славутич.[/caption]

Беда, как известно, одна не ходит. Чернобыльскую АЭС при президенте Кучме закрыли. Многие люди лишились своей работы. Большая политика, затеянная вокруг атомной станции, плохо сказалась на имидже Славутича. В Чернигове, ближайшем от Славутича большом городе, с работой тоже проблема. Крупнейшие черниговские заводы и фабрики влачат жалкое существование. Большинство из них в советское время было завязано на Россию, теперь все эти связи разрушены. Что уж тогда говорить о Славутиче? Город, не успев расцвести, потерял свою перспективу и впал в стагнацию. Всё радужные надежды для его жителей, а для молодёжи особенно, рухнули.

В Славутиче сразу за вокзалом можно увидеть многоэтажное недостроенное здание. Стоит оно с первых дней строительства города. Железобетонные перекрытия позеленели от моха, на них проросли сосны. Не похоже, что этот дом когда-нибудь достроят. И стоит он как яркий символ последних дней советской эпохи. Когда было много вроде бы добрых, но совсем непродуманных инициатив, когда народу обещали счастливое светлое будущее. Не смогла советская власть построить свой большой советский дом, вот, как и это здание.

[caption id="" align="alignnone" width="600" caption="Фото 5. Заброшенная стройка в Славутиче."]Фото 5. Заброшенная стройка в Славутиче.[/caption]

Однако город живёт и не думает умирать. Новая Ильинская церковь (каноническая) — наглядное тому свидетельство. Строилась она не один год, но уже перед Пасхой должна открыться. Церковь станет памятником всем ликвидаторам аварии на Чернобыльской АЭС. А пока служба продолжается в небольшой деревянной церкви архангела Михаила. Молодой священник отец Иоанн сказал: «Много скорбей мы пережили, но сумели возвести церковь. Много помогал нам генеральный директор Чернобыльской атомной станции Игорь Иванович Грамоткин. Божьей милостью будем жить!».

[caption id="" align="alignnone" width="450" caption="Фото. 6. Последние работы перед открытием Свято-Ильинской церкви. "]Фото. 6. Последние работы перед открытием Свято-Ильинской церкви. [/caption]

***
.
А Чернигов от бедствия тогда уберегся. Радиация обошла его стороной, хотя в области много мест, где радиационный фон значительно превышает норму. Православные говорят, что беду отвёл святитель Феодосий Черниговский. Он покровитель нашего города, мощи его покоятся в черниговском Свято-Троицком соборе. Вот так же во время Великой Отечественной войны он помогал ленинградцам. Тогда его мощи находились в осажденном Ленинграде. Недаром «дорога жизни», проложенная по льду Ладожского озера, была названа именем Феодосия Черниговского. Но это уже совсем иная история.
5
1
Средняя оценка: 3.33333
Проголосовало: 6