Летом 1813 года судьба Европы решалась не только на полях сражений. Пока армии пополняли поредевшие ряды, подтягивали артиллерию и заготавливали провиант, в императорских ставках, дворцах и временных резиденциях шла другая война — дипломатическая. Она была не менее напряжённой, чем вооружённое противостояние, поскольку каждый участник стремился использовать перемирие для укрепления собственных позиций.

Семён Олелькович был сыном Олелько Владимировича и принадлежал к роду Олельковичей -- ветви Гедиминовичей, происходившей от Владимиру Ольгердовичу, сыну великого князя литовского Ольгерда. Семен родился в первой четверти XV века и вырос в период восстановления Киевского княжества, которое было вновь учреждено великим князем литовским Казимиром IV Ягеллончиком в 1440 году...

Изгнание Великой армии из России ещё не означало окончания войны. Наполеон потерял сотни тысяч солдат, почти всю артиллерию и значительную часть своей конницы, но сохранил власть над Францией и зависимыми от неё государствами Европы. Император французов обладал огромным политическим авторитетом, располагал людскими резервами и был способен в короткий срок создать новую армию.

Олелько Владимирович происходил из рода Олельковичей — ветви Гедиминовичей. Он был сыном Владимира Ольгердовича, который управлял Киевом до конца XIV века и был сыном великого князя литовского Ольгерда. После смещения Владимира Ольгердовича великим князем литовским Витовтом, Киев утратил статус наследственного княжества.

Австро-французское сближение ускорялось успехами русской армии на Дунае. Для России завершение войны с Османской империей имело огромное значение: мир освобождал десятки тысяч солдат, которых можно было направить против Наполеона.

Иван Владимирович Бельский происходил из рода Бельских, одной из ветвей Гедиминовичей. Его отцом был Владимир Ольгердович, сын великого князя литовского Ольгерд. После утраты Киевского княжения Владимиром Ольгердовичем в конце XIV века, его потомки сохранили владения на северо-востоке Великого княжества Литовского.

К началу 1812 года война между Российской и Французской империями уже не казалась отдалённой возможностью. Армии ещё не перешли границу, дипломаты продолжали обмениваться нотами, императоры сохраняли внешнюю вежливость, однако политическая система, созданная после Тильзита, стремительно разрушалась. В Петербурге понимали: столкновение с Наполеоном становится почти неизбежным.