На распутье

– Не ожидал тебя здесь встретить! Это же городское дно, – что ты тут делаешь?
– Присаживайся, Стёпа, поговорим...
Степан, которого когда-то все ставили в пример, за последние несколько лет разительно изменился. Никто толком не знал, что с ним произошло, но вдруг ушла жена, забрав с собой детей, затем уволили с работы. Он стал завсегдатаем кабаков и притонов. В городе его не редко видели в окружении лиц, имевших не одну судимость.
– Витя, предупреждаю сразу, я терпеть не могу моралистов!..
– Садись! – слегка раздражённо произнёс Виктор.
Степан шумно вздохнул и опустился на стул с противоположной стороны стола. Взгляды мужчин встретились.
– Пить будешь?
– Сегодня день трезвости, – угрюмо ответил Степан.
– Как знаешь.
Виктор чуть больше, чем на половину, наполнил стакан водкой и залпом осушил его.
– Говорят, ты хорошо поднялся, – немного помолчав, спросил Степан.
– Говорят, – согласился Виктор. – Белую «Бэху» видел у входа?
– Твоя?
– Моя...
– Хорошая тачка.
– Неплохая... Тебе деньги нужны?
Вопрос был неожиданным, и Степан на какое-то мгновение растерялся. Собравшись, он изучающим взглядом посмотрел на Виктора и понимающе улыбнулся:
– Конкуренты напрягают?
– Дурак ты, Стёпа, – поморщился Виктор.
Достав из кармана бумажник, он бросил на стол несколько пятитысячных купюр.
– Расплатись с официантом. Остальные – твои.
Встав из-за стола, Виктор, слегка покачиваясь, направился к выходу. Степан проводил его недоумевающим взглядом и присвистнул.
– Вот дебил!..

Выйдя из кабака, Виктор свернул за угол и медленно побрёл по пыльной, ухабистой улочке. Ему хотелось как можно глубже впитать в себя жизнь родного города, – взглянуть на неё со всевозможных сторон, проникнуться разнообразием видов, звуков и запахов, чтобы запомнить на многие годы, сохранив в душе частичку малой родины. День клонился к закату, и всё вокруг было окутано жёлто-алым светом. На деревьях изредка перекликались птицы, где-то далеко вяло лаяла собака. В одном из дворов что-то скрипнуло, и раздался плач ребёнка. Виктор посмотрел в ту сторону и вздохнул.
Пройдя очередной перекрёсток двух тихих, малолюдных улиц, он приблизился к небольшой, полуразрушенной церкви, и остановился напротив нищего. Пожилой мужчина, одетый в какие-то непонятные лохмотья, молча сидел на камне, держа в дрожащих руках потрёпанную шляпу. На морщинистый лоб одиноко спадала прядь седых волос, а в глазах его читались тоска и безъисходность.
– Возьми, – бросая в шляпу раскрытый бумажник, сказал Виктор. – Пускай хоть тебе повезёт в этой жизни.
– Спасибо!.. – переводя взгляд с рассыпавшихся купюр на Виктора, произнёс ошеломлённый старик. – Храни вас Бог! – и он трижды перекрестился.
– Там тысяч тридцать – на какое-то время хватит.
Взглянув на сияющие в лучах заходящего солнца купола, Виктор немного постоял, думая о чём-то своём, глубоко личном, не спеша осенил себя крестным знаменем и, резко развернувшись, пошёл прочь. По его щеке медленно катилась крупная слеза.

В кармане зазвонил мобильный телефон. Взглянув на экран, Виктор нажал «сброс».
– Зачем? – тихо произнёс он. – Ведь ничего не изменится. Ни-че-го!..
Выйдя на оживлённую улицу, он, не оглядываясь, стал переходить дорогу. Справа раздался пронзительный звук клаксона, взвизгнули тормоза.
– Пьянь слепая! – опустив стекло, на всю улицу заорал водитель серой «Волги». – Дать бы тебе в морду, чтоб мозги вправить!..
– Да пошёл ты!.. – не оборачиваясь, бросил Виктор. – И без тебя тошно...

Ему вдруг вспомнился холодный зимний вечер. Они стояли вдвоём, прижавшись друг к другу. Она тогда сильно замёрзла, и он старался хоть немного согреть её своим теплом.
Сначала она осторожно обвила нежными руками его шею, потом спрятала их в карманы. Он, наклонив голову, слегка касался губами её волос, выбивавшихся из-под шапки.
– Уже скоро придёт машина, – прошептал он. – Совсем чуть-чуть, и будет тепло!..
Ему же так хотелось в ту минуту, чтобы время остановилось, и она – такая родная, такая близкая, осталась рядом навсегда. Но из-за поворота уже выезжала машина, и их вновь ждали разные дома...

Тряхнув головой, Виктор отогнал непрошеные воспоминания.
– Зачем? – в который раз спросил он, обращаясь в никуда. – Зачем всё так?
– Вам плохо? Останавливаясь рядом с ним, участливо спросила проходившая мимо женщина. В обеих руках она держала сумки, до верха набитые различными продуктами, – вероятно, только что из магазина.
– Всё нормально, спасибо, – ответил Виктор. – Давайте, помогу.
Он взял из рук женщины обе сумки.
– Далеко живёте?
– Улицы три отсюда, – растеряно произнесла женщина.
– Пойдёмте. Закупили на полгода, что ли?
– Да нет, – улыбнулась она. – Просто семья большая: трое деток, родители, бабушка старенькая – тоже с нами живёт...
– А муж?
– Муж – тоже. Только он сейчас в командировке, потому вот я одна иду...
«Трое детей, – мысленно произнёс Виктор. – Родная, если бы ты только была рядом!.. Я бы всю жизнь и такие вот сумки, и тебя саму на руках носил!..»
Идя чуть поодаль от женщины, он, с нескрываемой грустью в глазах, наблюдал за её хрупкой, беззащитной спиной с маленькими, слегка заострёнными плечами, ритмично двигавшимися в такт походки.

Проводив женщину, Виктор, особо не разбирая дороги, пошёл вдоль домов. Солнце уже практически скрылось, и теперь стремительно темнело. В кустах громко трещали сверчки.
«Жизнь – очень сложная штука. И в ней всё, что кажется на первый взгляд таким простым и понятным, на самом деле совершенно не постижимо!.. – размышлял он. – Вот как объяснить существование двух людей, каждый из которых изнемогает от одиночества и неустроенности в жизни? Зачем тебе даются деньги, связи, слава, если ты ничего из этого не можешь использовать для её блага? Зачем в тебе самом всё то, что предназначено для двоих, но ты можешь лишь заниматься самоподавлением? В чём сокрыта суть, в чём смысл?..»

Дойдя до развилки, Виктор остановился.
– И куда теперь? Направо? Налево? Или вообще назад?
Он вздохнул и огляделся по сторонам.
«А ведь я не смогу!.. – Вдруг явственно понял Виктор. – И дело не в бизнесе, в который вложено столько сил и времени, не в родном крае, где прошла вся моя жизнь, и даже не в друзьях и родных... Я без неё и недели не выдержу. Хотя бы изредка, хоть мельком, но видеть её, знать, что с ней всё в порядке!.. Без неё меня просто нет!..
Эгоизм? Психологическая зависимость? Нет, просто очень сильные чувства, рождённые душою, а не разумом. С огромной глубиной, как бывает в жизни лишь единожды.
Но, если душа не заблуждается, и она – действительно мне послана свыше, почему нет ответа?
Значит, так нужно. Ничего не происходит в этой жизни просто так; всё имеет глубокий смысл, и лишь мы не всегда его видим. И убегать от себя бесполезно – это ещё никому не удавалось. Надо идти вперёд. Знать бы только, какая тропинка на этом распутье правильная!.. Какую стоит выбрать? Помоги мне, Господи, – ты ведь ведаешь!..»
Откуда-то издалека ветер донёс слабый звон колоколов. Виктор улыбнулся и медленно пошёл на их звук. На душе стало легко и как-то по-особому радостно. Тоска и отчаяние незаметно сменились приливом сил и верой в завтрашний день. Рука непроизвольно опустилась в карман, где лежал мобильный телефон.
– Она ведь что-то хотела сказать!.. Да и я – тоже...