Штурм Рейхстага – символ Победы

28 апреля 1945 года части Красной Армии вышли на подступы к Рейхстагу и приступили к его штурму. Захват этого важнейшего сооружения немецкой столицы, да и всего Третьего Рейха, доселе не дает спокойно жить антисоветским и антироссийским пропагандистам всех мастей, изгаляющимся в создании мерзких мифов о нашей Победе.

Просто-таки настоящая «помойка» таких мифов содержится, например, в статье двухлетней давности бандеровского пропагандиста Юрия Бутусова из «незалежного» издания «Главком». Чего там только ни намешано, дабы очернить подвиг советских бойцов или, как минимум, любым способом его девальвировать.
Правда, как нередко случается среди этой публики, подобранные ими аргументы, даже откровенно лживые, плохо сочетаются друг с другом, но это их авторов особо не смущает, главное, чтобы грязи было побольше – и ладненько.
Ну, вот для начала, сообщается, что «Рейхстаг абсолютно никакого значения для немцев не имел, ибо заседания депутатов в нем прекратились еще в 1942 году». Ну а к концу войны там располагался госпиталь. И – пикантная с точки зрения антисоветчиков деталька – Знамя Победы было водружено якобы аккурат над помещениями, в которых размещалось родильное отделение клиники Шаритэ. 
Правда, немцы почему-то якобы «не имеющее никакого значения здание» защищали. Пусть и в якобы совсем уж микроскопических количествах – укро-пропагандист насчитывает гарнизон собственно Рейхстага аж в … 250 человек. И с этими жалкими двумя ротами полного состава неумехи-красноармейцы не могли справиться добрых 4 дня. Это несмотря на огневую поддержку только орудий в количестве 89 штук, не считая реактивной артиллерии, знаменитых «Катюш».
В качестве «вишенки на торте» приводится пространный список «истинных знаменосцев Победы» – в количестве почти двух десятков человек. Причем, естественно, всячески поносится «пропагандистское восхваление советской идеологией мнимо-первого водружения Знамени Победы Егоровым и Кантарией». Правда, на всякий случай, укропропагандист уточняет, что среди этих «мнимых героев» был и украинец Алексей Берест, видимо, в силу уже только своей национальной принадлежности являвшийся героем настоящим. 
Ну и прочая похожая злобно-антисоветская муть от автора, всячески прославляющего «революцию гидности» (то есть «цветной» мятеж на Майдане), «подвиги героических киборгов» (то есть свидомых карателей в Донбассе, «геройствующих» в первую очередь против тамошнего мирного населения», ну и, конечно же, выливающего регулярные ушаты грязи на Россию.

***

Что можно сказать по поводу такой пропаганды? Начнем с того, что прекращение проведений заседаний парламента Третьего Рейха в предназначенном для этого здании никоим образом не уменьшило значение Рейхстага и для самих немцев, и для окружающих стран. 
Подобно тому, как Кремль не перестал быть общепризнанным символом СССР и России в связи с тем, что тяжелой осенью-зимой 1941 года, из-за налетов гитлеровской авиации, руководство страны большую часть времени проводило в хорошо защищенных бомбоубежищах на базе московского метро. Хотя в особые моменты тот же Сталин выступал перед уходящими на фронт прямо с парада войсками, стоя на Мавзолее Ленина, как и было принято до и после войны во время празднования годовщины Великой Октябрьской социалистической революции. 
Так что развертывание в Рейхстаге госпиталя с роддомом (за которым, впрочем, явно прослеживается людоедская логика вождей Рейха – расположить такое учреждение не под землей, а в месте, открытом для бомбежек армад самолетов союзников) ничуть не умалило значение этого здания в качестве общепринятого символа Германии. 
Потому и защищали его эсэсовцы очень упорно. Кстати, не в числе двух рот, а имея до тысячи человек. И это только в самом Рейхстаге – на подступах к нему, в хорошо укрепленных зданиях того же МВД (гестапо) и Кроль-оперы засело еще около 4 тысяч гитлеровцев. Так что в отдельные моменты штурма гитлеровского парламента некоторые передовые части РККА даже на время оказывались отрезанными от основных сил, то бишь в окружении.
Стоит заметить, что и численность наших бойцов выглядит внушительно лишь по формальным названиям их подразделений – целым двум дивизиям. К сожалению, части советских фронтов, штурмующих Берлин, изначально не имели полностью заполненные штаты. Слишком уж быстро приходилось наступать Красной Армии на врага, чтобы опередить ушлых союзничков, которым фашисты предпочитали сдаваться целыми толпами, практически «включив зеленый свет» продвижению англо-американских армий в Германию и к ее столице.
В силу этого многие наши полки и дивизии имели состав в половину, а то и в треть положенной по штату численности. Косвенно об этом свидетельствуют даже звания большинства наиболее известных командиров частей, непосредственно штурмовавших Рейхстаг. 
Из двух комдивов (генерал-майорская должность) один генерал, другой полковник. Среди комполков – полковник всего один, другими полками командовали подполковники и даже майоры. А уж среди комбатов (подполковничья должность) преобладали … капитаны и даже старшие лейтенанты! В мирное время должные командовать разве что ротами или даже быть заместителями их командиров. Кстати, и один из героев, водрузивших Знамя Победы над Рейхстагом, лейтенант Берест, был замполитом батальона, должным по штату носить майорские погоны.

***

Все это лишний раз свидетельствует о том, что штурмовавшие Рейхстаг части Красной Армии были неполного состава, раз ими командовали офицеры в сравнительно невысоких званиях, заменяя убитых в предыдущих боях или выбывших по ранению боевых товарищей. Так что две наших дивизии у символического здания Третьего Рейха – это явно не 19 тысяч бойцов по штатному расписанию. А хорошо если лишь вдвое-втрое меньше. 
А противостояло им, напомним, не мифические «250 человек, защищавших роддом», а около 5 тысяч мотивированных членов фактической гвардии Гитлера, СС. К тому же, находившихся в хорошо укрепленных зданиях, стены которых пробивались разве что сверхмощными снарядами, но никак не обычной полковой и дивизионной артиллерией.
То есть в распоряжение штурмующих войск командование предоставило дивизион гаубиц особой мощности – калибром в 280 и даже 305 мм – сравнимыми с калибром линкоров и линейных крейсеров, способных пробить вражескую броню чуть ли не до метра толщиной.
Снарядами из таких орудий, например, наши артиллеристы разрушили несколько бункеров на берлинском вокзале, расположенных на глубине 15 метров! Так что если бы поступил приказ, наша сверхмощная артиллерия за считанные часы могла бы сровнять Рейхстаг с землей. Еще бы и авиация помогла.
Ну так с помощью артиллерии и авиации можно было бы и весь Берлин уничтожить – похлеще, чем американцы Хиросиму. Только «большевистские варвары» в этом смысле оказались намного гуманнее, чем записные «западные гуманисты», последовательно превращавшие в руины немецкие города, даже не имевшие военного значения, как тот же Дрезден. 
А большевики как раз, в полном соответствии с марксизмом, четко разделяли преступную элиту Германии и простых, пусть и серьезно оболваненных нацисткой пропагандой, немцев. Потому и пытались щадить их при любой возможности, благодаря чему ГДР после войны стала самым надежным союзником СССР по Варшавскому договору. 
Так что очистить символ Германии от нацисткой заразы – это одно. А полностью его разрушить (заодно дав выжившим нацистам повод хвастаться своим «героизмом», дескать, «наши соратники погибли, но не сдались») – это совсем другое.
И наконец, сам штурм хорошо укрепленного даже не только Рейхстага, а целого комплекса зданий, примыкающих к нему, проводился отнюдь не в духе расхожего либерального мифа о «заваливании вражеских окопов трупами советских солдат». Особенно если число последних совсем ненамного превышало численность ожесточенно отстреливавшихся немцев. 
Вот и пришлось с 28 апреля нашим частям сначала форсировать Шпрее и его каналы, превратившие центр Берлина в настоящую цитадель, ров с водой, окружавший собственно Рейхстаг, захватить здание гестапо и т.д. Наконец, утром 30-го апреля первые красноармейцы смогли преодолеть 350-метровое пространство перед зданием имперского парламента и ворваться внутрь. 
Последующая «зачистка» тоже была однозначно нелегким делом. В здании было около 500 комнат, и почти каждую тоже приходилось штурмовать. Конечно, сильно помогал огонь танковых и обычных пушек по окнам, но, опять же, он имел те же недостатки, что и обычная артподготовка. То есть хотя во время ее проведения не успевшие спрятаться в укрытиях враги массово гибнут, но если они успели спрятаться, то с началом атаки нашей пехоты, когда советские пушки вынуждены прекратить огонь (чтобы не задеть своих), ожесточенные схватки все равно неизбежны.

***

С началом штурма собственно Рейхстага связано появление и еще одного плохо завуалированного антисоветского мифа – о «множестве знамен Победы, среди которых то, что установили Егоров и Кантария – одно из самых последних по времени установки». Антисоветским содержанием этот миф, «мимикрирующий» под «поиски истины», делает явная направленность его на попытку вызвать недоверие к общепризнанной истории Великой Отечественной войны.
А что – это классическая технология «окна Овертона», манипуляции сознанием, позволяющая посредством нескольких этапов превратить прежде недопустимое в общественном сознании в нечто очень даже желательное. Вот и в случае с «мифом о Знамени Победы» вначале аудитории внушается, что героев, его установивших, было несколько десятков. А раз запомнить их всех невозможно, то значит, можно о них и вообще не помнить. 
Потом подсознательно внушается мысль, что раз идеологи лгут насчет Знамени Победы, может, они лгут и о самой Победе? Может, ее на самом деле завоевали всякие там «рядовые Райаны», а «русские Иваны» так, на подхвате стояли? Ну как в известной остроте о том, что «Леонид Брежнев – мелкий политический деятель в эпоху Аллы Пугачевой».
А на одной из последних стадий уже большинство россиян и жителей бывшего СССР должны, как «Отче наш», уяснить если не «жаль что Гитлер проиграл – пили бы сейчас баварское», то «если бы Сталин Берлин не брал – кушали бы сейчас американский поп-корн и чипсы».
На самом деле, все эти спекуляции абсолютно беспочвенны. Хотя бы уже тем, что не всякое красное полотнище может называться Знаменем Победы. Их было изготовлено всего 9 – по числу штурмующих Берлин советских армий. И всего одно было вручено в ночь на 1-го мая разведчикам Егорову и Кантарии. 
А остальные флаги, установленные красноармейцами в разных частях Рейхстага, были в лучшем случае «служебными», отдельных подразделений, а то и вообще кустарно изготовленными красными полотнищами. Часто, кстати, даже не имевшими при установлении каких-то символических задач, только чисто утилитарные – сигнализировать появлением красного флажка в окне нашим артиллеристам и пулеметчикам, что сюда уже стрелять для огневой поддержки наступления не надо. 
Хотя, разумеется, все это ничуть не означает, что те, кто такие «флаги второй категории» устанавливал, не заслуживают права называться настоящими героями. Заслуживают, конечно! Но при этом, все же, надо понимать: любой подвиг – понятие коллективное. И всем его участникам, увы, давать Звезду Героя Советского Союза не получится, в противном случае это приведет в откровенной «девальвации» этого высокого звания. А так, другие тоже высокие награды достаточно щедро «пролились» на тех, кто, не щадя своей жизни, вел смертельный бой в последние дни войны… 

***

Кстати, как ни пытаются опошлить и очернить подвиг всех «знаменосцев Победы» современные клеветники, Адольф Гитлер покончил собой именно 30-го апреля, когда на Рейхстаге появились первые красные полотнища. Хотя, с объективной точки зрения, в хорошо защищенном бункере Рейхсканцелярии ему в этот день ничего не угрожало – во всяком случае, не больше, чем в дни предыдущие или следующие. 
Видно, лично фюрер имел несколько другое мнение о якобы «ничего не значащим для Германии и немцев Рейхстаге», как это пытаются представить ныне «лучшие друзья России».
Да и его сподручным-эсэсовцам, засевшим в указанном здании, тоже не удалось войти в историю погибшими, но непокоренными. Сдались, как миленькие, загнанные перед этим наступающими бойцами Красной Армии в рейхстаговские подвалы.
А сам Рейхстаг после этого почти полвека так и остался музеем краха гитлеровской политики. Лишь после объединения Германии, ставшего возможным благодаря предательству Горбачева и его клики, здание вновь начали использовать по назначению. Но это ничуть не умаляет величие подвига советских бойцов, овладевших 75 лет назад этим символом агрессивного фашизма.

5
1
Средняя оценка: 3.43478
Проголосовало: 23
  • Star
  • Star
  • Star
  • Star
  • Star