«Серый кардинал» Гитлера: загадки жизни и смерти Бормана

2 мая 1945 года большинством считается датой самоубийства Мартина Бормана, заместителя фюрера по партии и одного из самых влиятельных людей Рейха. Впрочем, немалое число людей считают, что этот топ-нацист прожил ещё немало лет после войны – по причине то ли успешного бегства, то ли из-за того, что был завербован то ли британской, то ли американской, то ли даже советской разведкой.
Родился будущий рейхсляйтер в 1900 году, в семье почтового служащего-лютеранина. На фронты Первой мировой ему попасть не довелось – после призыва в 1918 году и подготовки в запасном полку новобранца рейхсвера отправили служить в тыловой гарнизон. А вскоре война закончилась.
Впрочем, собственно Германии (как и ряду других европейских государств) Версальский мир настоящего мира, увы, не принёс. Ибо тут же, из-за распада великих империй, начались войны гражданские и войны между возникающими мелкими государствами.
Немцы тоже довольно долго выясняли, в том числе и с оружием в руках, вопрос «как жить дальше?» Свою лепту в это противостояние внёс и Борман, участвовавший в убийстве немецкого учителя за то, что тот якобы «продался французам». Даже отбывал срок за убийство, выйдя на свободу всего через год.
В середине 20-х молодой боевик правых убеждений примкнул к нацисткой партии. К тому времени он уже прагматично решил, что судьба простого (или даже более-менее высокопоставленного) штурмовика – не для него. Ибо там и убить могут, а вот на кабинетной работе выгод и влияния можно получить гораздо больше.
Посему с конца 20-х Борман занимает должность руководителя страхового отдела НСДАП. Своего рода «фашистского собеса», должного выплачивать компенсации и пенсии заболевшим и раненым нацистам, а также пособия членам семей убитых боевиков. 
Понятно, что на такой работе есть хорошенькая возможность не просто неплохо заработать путём несложных махинаций, но ещё и завести знакомства с обязанными тебе людьми. Да и просто наработать нужный опыт аппаратной работы.
Посему, когда с переходом Гитлера на должность канцлера (а потом и фюрера, «вождя» Рейха) чисто партийными делами нацистов поставили заниматься Рудольфа Гесса, Борман попросился на работу к нему. И тут же получил важнейший пост заместителя Гесса – начальника его партийного штаба, в партийной иерархии заняв третью ступеньку после самого Гитлера.

Впрочем, формальные регалии начальника нацистского партаппарата особо не интересовали, чего не скажешь о реальном влиянии. Очень скоро Борман стал исполнять обязанности и личного секретаря – сначала Гесса, а затем и Гитлера.
А такая должность при нужном подходе может дать очень много своему обладателю. Составлять график приёма главой государства самых влиятельных лиц, составлять протекцию искателям таких встреч помельче, проверять исполнение поручений фюрера и делать отчёт то ли в более радужных, то ли, наоборот, чёрных тонах: всё это в аппаратных играх означает почти что абсолютную власть (в духе пословицы «короля играет свита»). Тем более что сам Гесс перестал быть слишком близким к фюреру уже к концу 40-х годов.
А после того, как Гесс в начале 41-го улетел в Англию пытаться заключить мир для мобилизации Рейха исключительно для войны против СССР (пусть и неудачно), Борман стал уже официальным начальником Партийной канцелярии. По-прежнему, с совмещением поста личного секретаря Гитлера.
После этого влияние «серого кардинала» возросло ещё больше. Это и политика по подбору кадров (и не только в партийных структурах), и возможность оказывать влияние на партийных руководителей на местах.
Естественно, немалая часть формирования и внутренней, и внешней политики тоже лежала на Бормане. Так что и «окончательное решение еврейского вопроса» и «политика на восточных территориях» и многое другое – тоже на его совести.
Можно заметить, что по некоторым пунктам поведение зама Гитлера вполне соответствовало ироничной остроте «выгнали из гестапо за жестокость». Хоть рейхсляйтера на деле ниоткуда не выгоняли (да и в гестапо он формально не числился), но в отношении к жителям оккупированной территории СССР он настаивал на максимально жёстких мерах. В чём расходился даже с одним из авторов «расовой теории» нацистов Альфредом Розенбергом, ратовавшим за более мягкое отношение к «неполноценным» славянам (как минимум, до полной победы Рейха, дабы не провоцировать массового партизанского движения).

Но, пожалуй, наибольшее количество загадок принесла историкам смерть Бормана. Относительно досконально известно одно – топ-нацист практически до самого конца был в бункере Рейхсканцелярии, пока, после самоубийства Гитлера 30 апреля, его обитатели решили разрозненными группками прорываться из осаждённого города.
В конечном счёте, после нескольких часов блужданий по улицам города, на которых шли ожесточённые бои, Борман вместе с одним из высокопоставленных эсэсовских врачей, Гюнтером Штаупмфеггером, отделился от основной группы. Через некоторое время чуть позже взятый в плен советскими войсками руководитель Гитлерюгенда Аксман якобы обнаружил их трупы без следов внешнего насилия. А начальник близлежащего почтового отделения даже переслал вдове эсэсовского доктора письмо о том, что её муж умер.
Но дальше начинаются сплошные странности. Начиная с того, что трупы и Бормана, и Штаумпфеггера, хотя якобы вскоре и захоронили, но вот найти это самое захоронение ни советские власти, ни союзники, ни власти ГДР не могли целые четверть века! Несмотря на то, что нацистов вроде бы похоронили вблизи заметного ориентира – старого тополя, от которого, понятно, должен бы остаться хотя бы пенёк.
Кроме того, заключение о том, что трупы принадлежали именно указанным лицам, было сделано лишь на основании показаний Аксмана и найденного в карманах одного из погибших документов на имя Штаумпфеггера. В карманах другого мертвеца не было ничего, хотя, по данным допросов соратников Бормана по побегу, тот захватил с собой копию завещания Гитлера, в котором назначался министром по делам нацисткой партии. А ведь к такому документу в любом случае требуется и удостоверение личности.
Кстати говоря, указанные документы доселе не всплыли нигде. Хотя, попади они в третьи руки, думается, по крайней мере после объединения Германии новые владельцы не преминули бы продать такие раритеты через какой-нибудь «Собис» за очень кругленькую сумму.
В общем, Борман стал официально считаться, в том числе и властями ГДР, «пропавшим без вести». В связи с чем на Нюрнбегском процессе его официально приговорили к повешению на случай, если вдруг преступник когда-нибудь найдётся в добром здравии. Впрочем, с примечанием, что если к тому времени найдутся какие-нибудь смягчающие обстоятельства, может быть смягчён и приговор. 

Однако в руки правосудия бывший рейхсляйтер попадаться не спешил. Немалое количество людей сообщало, что имеют данные о его местонахождении и даже вроде видели его лично. 
Правда, местопребывание это очень уж варьировало. От городов и джунглей Южной Америки – до Вашингтона, Лондона и даже… Москвы!
В связи с чем множились и версии, как же на самом деле Борман скрылся из Берлина? Опять же, от относительно реалистичных – сбежал в нейтральную страну, а оттуда в Латинскую Америку, просто сдался советским войскам и был препровождён в СССР, до – «был захвачен специально посланной для спасения ценного британского агента группой коммандос».
Можно заметить, что последняя версия уж точно не выдерживает никакой критики. Никакой «Джеймс Бонд» (и даже их группа) не рискнули бы пробраться в пылающий Берлин, оказавшись между двух огней – советского и гитлеровского. 
Допустим даже, парням с Туманного Альбиона удалось бы избежать фатальных неприятностей при встрече с советскими войсками, отрекомендовавшись союзниками. Но только точно не от вопросов советского командования и контрразведки: «А что это вы делаете, дорогие союзнички, в зоне ответственности Красной Армии? А, Бормана решили арестовать? Ну так мы от него тоже не откажемся, у нас и свой Смерш есть, а вы, ребятки, отправляйтесь к себе обратно на остров».
А доберись такой спецотряд до немцев, те в них тоже стрелять бы начали. В общем, куда не кинь – всюду клин.
А вот гипотеза с разыгранной для публики смерти Бормана выглядит несколько более убедительной. Вообще, автор этой статьи никогда не понимал пафоса «папаши Мюллера» из сериала «17 мгновений весны», убеждавшего Штирлица (когда шеф гестапо «попросил его остаться») в том, что бежать из агонизирующей Германии прямо сейчас – последнее дело. 
Дескать, таких беглецов союзники сразу переловят. А вот когда «в Берлине будет грохотать русская канонада, тогда умные люди и смогут исчезнуть».

Но, похоже, в этом эпизоде по-настоящему рациональным зерном является именно слово «исчезнуть». Официально – для большинства. Потому что бегство а ля тот же Борман сотоварищи – это что-то из разряда то ли для «экстремалов», то ли для откровенных мазохистов-самоубийц. 
Чтобы серьёзные люди, «бонзы» одного из самых могущественных, хоть ныне и терпящих крах, государств, пробирались по пылающим улицам, рискуя в любой момент получить шальную (или прицельную) пулю? Как-то не верится…
Тем более, если среди них человек, с лёгкой руки создателей культового сериала олицетворяющий собой пресловутое «золото партии», о котором, в отличие от «засвеченных» счетов Гиммлера, почти никто ничего не знает. Так неужели даже такой человек не мог бы просто купить для себя безопасную эвакуацию менее экзотичным путем, чем бегство из Рейхсканцелярии под огнём советских пушек за сутки до официальной капитуляции берлинского гарнизона?
Какие там «заставы союзников»? Германия граничит со Швейцарией, нейтральной страной, чьи спецслужбы под руководством полковника Роже Масона неплохо ладили со спецслужбами Рейха. Да и просто «страна банкиров и шоколада» всю Вторую мировую исправно служила для Рейха «расчётным пунктом» для платежей за дефицитное сырьё для военной промышленности из «третьих стран». Возили эти грузы корабли нейтральной Швеции (благодаря чему та и избегла участи находящейся куда дальше от Гитлера Норвегии), а золото и валюта за поставки везлись из Берлина в банки Женевы и Берна.
Так что в эту тихую гавань беглым нацистам надо было только добраться. А потом прямым авиарейсом – в такую же нейтрально-дружественную Испанию, с её диктатором Франко, не забывшим, кто помог ему разгромить республиканцев. 
И никакие «союзные спецслужбы» швейцарский самолёт в воздушном пространстве над Францией «шерстить» не будут. А если вдруг и будут, так на такой случай надёжные швейцарские документы можно заиметь, а на немецком языке говорят две трети швейцарского населения. Поди, разберись, кто перед тобой – швейцарский или немецкий немец… 
Посему захоти Борман просто исчезнуть из Рейха, он мог бы сделать это значительно раньше. Вон, Геринг и Гиммлер покинули Берлин задолго до его падения под благовидным предлогом необходимости пребывания поближе к фронту. Ну а рейхсляйтер вполне мог выбить у Гитлера «командировку», чтобы слетать, скажем, в осаждённый Бреслау «для поднятия боевого духа» тамошнего гарнизона. И незаметно «пропасть без вести» по дороге.
В общем, вариантов тьма. Но если Борман хотел именно, чтобы все считали его убитым (и потому не сильно искали), то избранный им общеизвестный способ был для этого одним из лучших.

И всё же, высказываемая больше на Западе гипотеза о том, что заместитель Гитлера был завербован советской разведкой, а после войны был вывезен ею в СССР, не так фантастична, как кажется на первый взгляд.
Во-первых, в её пользу косвенно свидетельствует «головоломное» обнаружение останков Бермана и Штаумпфеггера … аж 8 декабря 1972 года. Когда рабочие, рывшие канаву, случайно наткнулись на их скелеты. Которые, после проведенной судмедэкспертизы (правда, больше на основе косвенных свидетельств) были признаны принадлежащим этим военным преступникам. Более того, генетическая экспертиза, проведённая уже в 1998 году в объединённой Германии, вроде бы показала, что одно из тел точно принадлежит именно Борману.
Но ведь дело даже не в том, что и эти экспертизы могут давать противоречивые результаты. Особенно когда генетический материал берётся у родственников, тогда точность просто не может превышать в лучшем случае 90%. А в тех же США, в связи с так называемым «делом Симпсонов» к неопровержимости таких экспертиз начинают относиться со всё большим скепсисом.
Просто само поведение заместителя Гитлера по нацисткой партии, особенно в последние месяцы войны, даёт очень серьёзный повод задуматься. Взять тот же уже упоминавшийся сериал «17 мгновений весны» по книге Юлиана Семенова. 
Ведь операция «Санрайз» и её срыв – это не фантазия популярного автора советских детективов. Тем более что он был допущен к работе в «святая святых» КГБ – архивах с самыми секретными грифами.
Ну, с какой стати Штирлиц смог опереться именно на соратника фюрера в своей попытке расстроить переговоры группенфюрера СС Вольфа с американским резидентом Даллесом в Берне? По фильму получается, что основной мотив Бормана в срыве переговоров и заключении сепаратного мира между Лондоном-Вашингтоном и Берлином – исключительно в желании «утопить» Гиммлера и его соратников в глазах Гитлера, во всяком случае не допустить их усиления. Но ведь объективно такое поведение выглядит, как борьба за капитанский мостик на тонущем «Титанике». То есть занятием бессмысленным. 

Однако матёрый нацистский партаппаратчик ни фанатиком, ни идиотом не был, иначе он не смог бы достичь таких высот в гитлеровской иерархии, а тем более их удержать.
Стало быть, за трескуче-патриотическими фразами о «верности фюреру», «уверенности в скорой победе Рейха» скрывалось нечто совсем другое. Желание продолжить уже окончательно обречённую на поражение в прежнем формате войну Германии на два фронта. 
Но ведь точно таким же было желание и советского руководства! Додавить фашистскую гадину окончательно, а не позволить ей ускользнуть от полного разгрома путём заключения сепаратного мира с Западом и броска освободившихся сил на Восточный фронт, против СССР. Так что, получается, что весной 1945 года Борман в рамках важнейшей разведывательно-дипломатической операции Советского Союза по срыву плана «Санрайз» выступал в качестве «агента влияния» Москвы! В силу чего, и вправду, почему бы не предположить, что его в этом использовали не в тёмную – а в открытую? 
А что, зам. фюрера в то время был в расцвете сил (всего-то 45 лет) и уходить в небытие вместе с Третьим Рейхом ему однозначно не хотелось. В таких случаях прожжённые циники обычно и поступают в духе максимы: «Вовремя предать – значит предвидеть!» 
Тем более что в Берлине всю войну успешно действовали информаторы «Красной Капеллы» – группы находившегося в Швейцарии советского разведчика Шандора Радо. Причём, имена большинства из них неизвестны до сих пор… Так что долго искать посредников, через которых можно было бы предложить свои услуги СССР в обмен на гарантии безопасности, рейхсляйтеру, при желании, долго бы не пришлось.
В конце концов, несмотря на запятнанность Бормана в чудовищных преступлениях, его роль только в срыве плана «Сайрайз» принесла СССР настолько огромные военные и геополитические козыри, ценой в сотни тысяч, если не миллионы сохранённых жизней советских воинов, что за такое можно было бы закрыть глаза на очень многое. А уж важнейшая информация по банковским счетам того же «золота партии» нацистов, их зарубежные резидентуры – это тоже «весомый вклад». 
И, вообще, в СССР с его закрытостью скрывать таких персонажей проще, чем на Западе. Где тамошние спецслужбы, конечно, тоже старались беречь своих агентов из числа нацистов, но не всегда это получалось из-за журналистских расследований, операций израильского «Моссада» и т.д. Так что гипотетический выбор Бормана в конце войны работать именно на советскую разведку, в принципе, был бы вполне рациональным. 

Но, понятно, что о таких крупнейших успехах, как вербовка членов высшего руководства той или иной страны, ни одна разведка мира вслух не говорит. Максимум, делает вид, что их добросовестные агенты – на самом деле «агенты влияния», – так сказать, «добросовестные помощники за идею». Как, например, те деятели КПСС во главе с Горбачёвым, которые развалили в угоду Западу и Советский блок, и сам СССР.
Так что если бы Борман и впрямь был завербован Москвой, об этом официально, скорее всего, не будет сказано никогда. Не только потому что зам. Гитлера осуждён Нюрнбергским трибуналом. Просто, сотрудничай он с нашей разведкой, та бы такие изящные игры с поставкой дезинформации «лучшим друзьям» через агентов Бормана могла бы организовать, такие вербовки обеспечить, что речь шла бы об успехах, следы которых, вполне вероятно, тянутся и по сей день. А такое разглашению, понятное дело, не подлежит. 
Но после реальной смерти беглого рейхсляйтера его тело вполне могло быть использовано для укрепления легенды о его смерти в пылающем Берлине. Это ведь произошло в «советском» секторе города, относящемуся к ГДР. 
Так что доставить туда останки как Бормана, так и Штумпфеггера можно было бы без особого труда. После чего зарыть в землю в месте, где вскоре будут идти строительные работы и где эти останки и будут обнаружены. 
Собственно, схожий сценарий (правда, в комедийном ключе) изложен в картине «Бриллиантовая рука», когда главарь контрабандистов для «легализации» части своих нетрудовых доходов зарывает на пустыре банку с драгоценностями, а потом сам их и «случайно» находит, сдавая государству в качестве «клада», получив законные 25%. 
Конечно, дотошные немецкие эксперты могли бы, наверное, и обратить внимание на какие-то нестыковки в найденных спустя 27 лет после гипотетической гибели останках высокопоставленных гитлеровцев. Но ведь, опять же, дело происходило на территории ГДР, под контролем и местной, и советской госбезопасности. Так что если такие вопросы у кого-то и возникли, они бы быстро… «сошли на нет».
Впрочем, вышеизложенное – не более чем гипотеза, не претендующая на «истину в последней инстанции». Тем более что хоть отравись последний партийный лидер нацистов в горящем Берлине, хоть избегни тогда гибели, главный итог остается без изменений. 
Ведь благодаря подвигу советских воинов и Третий Рейх, и вдохновлявшая его на кровавые преступления нацистская партия, 75 лет назад были окончательно повержены, и свершившийся над ними суд истории обжалованию не подлежит.

5
1
Средняя оценка: 2.68421
Проголосовало: 57