Киргизия: страна перманентной революции

Третьи за 15 лет «революционные» потрясения в Киргизии

Пока что ситуация в стране зависла. Хотя действующая власть в значительной части парализована, но дрязги в стане оппозиции не позволяют ей закрепить доминирующее положение. Впрочем, без коренной перестройки политической системы Киргизии, похоже, суждено остаться «страной перманентных революций».

Самое интересное – накануне эскалации радикализма в Киргизии практически никто из наблюдателей не предсказывал таких событий. 
Наблюдатели ОБСЕ, мониторившие ход парламентских выборов 4 октября, в целом отозвались о них вполне положительно. Власть постаралась сделать многое, чтобы избежать обвинений в «грязных» избирательных технологиях. Например, ввела для избирателей практику предъявления не только паспорта, но и отпечатка пальца во избежание повторной подачи голоса на других участках. Другое дело, что при введении технических мер обеспечения «чистых» выборов куда более важные политические аспекты остались без внимания.
Так, порог прохождения в парламент был установлен в немаленькие 7% (обычно 3-5%). Это почти гарантировано отсекало от попадания в парламент представителей большинства оппозиционных партий. В итоге в высший законодательный орган Киргизии 4 октября прошли представители лишь четырёх партий (всего участвовали в выборах два десятка партий). Подавляющее большинство новых парламентариев были сторонниками действующих властей. И, что особенно важно для Киргизии – новоизбранные представляли почти исключительно юг республики, откуда вышел действующий президент Сооронбай Жээнбеков.

***

О противостоянии «северных» и «южных» киргизских кланов написано немало. Исторически северные киргизские племена были кочевниками, южные вели более оседлый образ жизни. В годы Великой Отечественной войны на север республики были эвакуированы сотни заводов; многие из них там так и остались. В то же время соперничество между кланами севера и юга никуда не делось. Из него и произошли три «революции» за 15 лет, начиная со свержения президента Аскара Акаева (северянина) во время «революции тюльпанов» в 2005 году. Спустя 5 лет свергли его преемника Бакиева (с Юга), и лишь передача власти новым представителем севера Атамбековым нынешнему президенту Жээнбекову (снова с юга) в 2017 году прошла без заметных эксцессов. Однако новая «революция» оказалась просто «растянутой во времени», поскольку Жээнбеков за полтора-два года «зачистил» всех сторонников своего предшественника, а кого-то отправил в тюрьму, не исключая самого Атамбекова, приговоренного к 11 годам тюремного заключения.
Дров наломали много. Ведь южане Жээнбекова, занявшие должности в столичных органах государственной власти, как-никак находились «на севере», в Бишкеке, а вели себя, будто оставались в своей вотчине, в неофициальной столице юга, городе Ош.

Массовые митинги в Бишкеке 5 октября против итогов выборов многие наблюдатели в российских СМИ России посчитали «инспирированной Западом цветной революцией» с целью дестабилизации ситуации у южных границ РФ. Насчет дестабилизации не спорю, но вот насчет «руки Запада»… Как мне представляется, если бы Запад стоял за уличными протестами, они не были бы организованы столь топорно. 
В Киргизии же сейчас в стане оппозиции разброд и шатание. Только кандидатов на роль премьер-министра на момент написания этих строк насчитывалось в Бишкеке пятеро! 
И власть после первого шока (сидельцев, включая Атамбекова, выпустили из захваченных тюрем, ОМОН после кратких схваток с митингующими самоустранился, глава МВД бежал из столицы, премьер, мэр столицы и многие губернаторы подали в отставку) постепенно начала приходить в себя, прибегая к все более решительным мерам. 9 октября президент Сооронбай Жээнбеков объявил режим «чрезвычайного положения» и ввел в столицу войска и бронетехнику. 
Относительно самого президента, чьи полномочия по Конституции заканчиваются в 2023 году, у протестующих единого мнения нет. Звучат призывы устроить ему импичмент, но кто это будет делать? Легитимность уходящего парламента под вопросом, а у нового состава депутатов ее вообще нет, ведь Центризбирком после начала протестов объявил итоги выборов недействительными. 
Трагедия всех условно демократических постсоветских республик заключается в том, что тамошние соперничающие группировки не имеют сил для установления по-настоящему стабильного авторитарного режима, но каждая из этих группировок пытается его установить с помощью механизмов формальной демократии. Только демократия, вообще-то, предполагает регулярный обмен местами между властью и оппозицией, а «меняться» эти условные демократы не хотят.
В Киргизии правящие группировки не могут ни толком договориться между собой (хотя бы насчет мирной передачи власти по итогам выборов и отказа от репрессий в отношении «бывших»), ни решительно одержать верх друг над другом, исключив сопротивление оппонента. 
Отсюда то, что мы наблюдаем в Киргизии в третий раз за 15 лет. И непохоже, что эта тенденция прекратится в обозримом будущем… 

5
1
Средняя оценка: 3.25
Проголосовало: 12