Поверь в новогоднее чудо…

(Новогодняя сказка для взрослых)

Вечер был неуютный. Накануне Нового года он не баловал зимней морозной погодой. Декабрь выдался сырой, дождливый и хмурый, как будто он был не зимним месяцем, а продолжением вечно хнычущего ноября. И коль уж весь срок, отведённый ему природой, он был унылым и несчастным, то по какой, собственно, причине последние дни его должны быть снежными? Естественно, с неба сыпал мелкий отвратительный дождь.
В такую погоду во дворах не увидишь праздношатающихся. Даже для взрослых она служила лишним поводом не выходить на улицу без особой надобности… А уж дети и подавно сидели дома: не сильно-то прокатишься на санках по лужам и размокшей земле. 
Но нашлись весельчаки, характер которых указывал на пренебрежительно-саркастическое отношение к погодным условиям. Нет мороза – не беда! Снег не выпал – подумаешь горе?! И умудрились эти взрослые дети, насмехаясь над погодными капризами, слепить не Снеговика, а полную его противоположность. Землевик, красовавшийся посреди двора, – скульптура из песка и земли, которая то раскисала от дождей, то подсыхала в редкие погожие дни. Форму изваяния и некоторые детали скульпторы по традиции оставили, но всё же внесли некоторые коррективы в облик своего детища. Морковь ярким оранжевым пятном выделялась на «загорелой» голове Землевика. Вместо ведра находчивые зодчие прицепили старенький белый цилиндр, видимо, намеренно найденный для этого действа в неизвестных кладовых. Белый галстук-бабочка подчёркивал торжественность наряда и приближение самого волшебного праздника. И для полной гармонии шутники накинули на круглые плечи вырезанный из куска белой материи плащ. А вместо рук красовались небольшие цветочные грабли на пять зубьев, что придало Землевеку смешной обнимающе-заграбастывающий вид. Словом, необычный денди украшал детскую площадку своим присутствием. 
И посмеивались над этим творением прохожие, отдавая дань смекалке умельцев и жадности зимней поры, у которой и снега в декабре не выпросить. Пока погода стояла сухая, держался кое-как наш земляной «негритёнок», но как только пускался дождь, его строительный материал начинал медленно оползать. Что хоть немного спасало бедолагу от неминуемого превращения в грязную лужу, так это цилиндр и едва державшийся плащ. 
Дождь в предновогодний день моросил с самого утра. И видно было, что не простоит это забавное земляное изваяние до рассвета Нового года… развалится и канет в небытие, как и уходящий Старый год.
А праздник приближался! Никакая погода не могла лишить людей удовольствия поднять бокалы с шампанским под бой курантов. Предвкушение веселья так и витало среди улиц. В домах всё ярче разгорались огни окон. Свет гирлянд, отражавшийся в стёклах, навевал сказочное настроение. Последние запоздалые бедолаги спешили в тёплые уютные дома для встречи Нового года.
– Ну и погода! – раздался хриплый голос в темноте.
Хлюпая ногами по размокшей земле, по детской площадке шёл человек с рюкзаком, наброшенным на плечо. Горящие вдали фонари практически не освещали его путь. Проходя мимо земляного изваяния, прохожий слегка шарахнулся в сторону и ойкнул.
– Это же надо встретить такое чучело вечером… Заикой стать можно.
Прохожий подошёл поближе и присмотрелся. Улыбка, похожая на гримасу, скользнула по его лицу.
– Вот шутники. И выдумали же… Чёрный снеговик… Из земли… Хе-хе, – прокряхтел мужчина и решил было устроиться под зонтом металлического гриба, росшего из детской песочницы, юбкой которому служила деревянная лавочка. Но присмотревшись, невольный бродяга увидел пушистого рыжего кота, облюбовавшего скамейку гриба. 
– Господин кот, вы не будете против, если я нарушу ваше одиночество? – в шутливой форме обратился пришедший.
Казалось, кота абсолютно не смутило вторжение постороннего. Он только зевнул в ответ и отвернул голову в другую сторону.
– Вот и ладненько! Премного благодарен! – снова ёрничая, сказал временный постоялец и разместился на скамье. 

Положив сумку на колени, незнакомец начал перебирать её содержимое. В сумке раздался лёгкий стеклянный звон, и наружу вынырнул стакан, а за ним – полулитровая бутылка горячительной жидкости. Сооружая импровизированный стол, человек накрыл лавочку газетой, словно скатертью, и стал выкладывать нехитрые пожитки из сумки. Блюдами его новогоднего стола оказались: половина батона, пара солёных огурцов, завёрнутых в пакет, неровно нарезанная варёная колбаса и пластиковая бутылочка лимонада.
– Ну вот, стол и сервирован. Милости прошу откушать, Родион Сергеевич! – обратившись к самому себе, произнёс мужчина под грибком.
В это время его сосед по пристанищу, учуяв запах колбасы, стал тереться о сумку нового знакомца. 
– Что, брат, голод не тётка? Ладно, подходи… Огурцы с хлебом ты, конечно, не будешь, но колбасой поделюсь. Чем богаты, так сказать. 
Кот, без лишних уговоров, стал поглощать предложенное угощение. 
– Проводим Старый год и не помянем его лихом. Как говорится, об ушедших либо хорошо, либо ничего. – И, кивнув стоящему в трёх метрах от него земляному изваянию, продолжил: –  Правильно я говорю, дружище?!
Опрокинув налитые треть стакана, Родион Сергеевич поморщился и с хрустом откусил заранее приготовленный огурец. Дожевав его, празднующий отломил кусочек хлеба и, с небольшим ломтиком колбасы, отправил его вслед за огурцом. Не переставая жевать и вытирая руки носовым платком не первой свежести, Сергеевич достал из помятой пачки сигарету и, чиркнув спичкой, подкурил её. Выпустив дым, он почувствовал, как волна лёгкого опьянения ударила в голову. Так отозвался проголодавшийся и усталый организм на тост за Старый год.
– Ой, как меня накрыло… И это с трети стакана-то?! – потрусив головой, удивился сидящий. – Не свалиться бы до Нового года. Хотя какая разница, где заснуть?
– Не скажите! Мне кажется, разница большая!
Мужчина даже вздрогнул от неожиданности. Минуту назад рядом было безлюдно! Он огляделся по сторонам – на детской площадке никого, кроме него, кота и земляного чучела, потихоньку оплывающего от сырости и дождя.
– Ничего себе! Мне что, уже чудится? Водка, вроде, не «левая»… – Мужчина подставил бутылку к свету и посмотрел на неё. – Хотя, кто его знает, что туда мешают? А, где наша не пропадала!.. Ну-с, Родион Сергеевич, продолжим, а то уж полночь близится, а Германа всё нет.

Налив в стакан ещё порцию спиртного и, подготовив недоеденный в прошлый раз огурец, одинокий гуляка, кивнув Землевику: «Будь здрав, дружище!», ловко опрокинул жидкость внутрь. Снова поёжившись и открыв рот, чтобы откусить огурец, он услышал:
– И вы будьте здоровы!
Огурец, не долетев до рта испуганного человека, выпал из его рук. Снова оглядевшись по сторонам, но уже не с удивлением, а с беспокойством, мужчина запричитал:
– Точно, водка «левая»! Да сколько же я выпил – грамм сто… с лишком! И уже глюки?! Встретил Новый год! На тебе!
Уже занеся руку, чтобы перекреститься, посетитель «подгрибка» повернулся в сторону сидящего рядом кота.
– Это ты со мной шутки шутишь, что ли? – глядя на кота, спросил озадаченный выпивоха.
Но кот, глядя на собеседника огромными глазами, только облизывался после употребления варёной колбасы. Хотя, как показалось Родиону Сергеевичу, в зелёных глазах рыжего соседа мелькнул насмешливый огонёк.
– С вами всё в порядке, не беспокойтесь, – снова раздался голос.
– Как это в порядке? Мне голоса мерещатся. Какой тут порядок? Конец года коту под хвост. Жизнь рухнула, ещё и галлюцинации начались!
– Это не галлюцинации… Это я с вами разговариваю. И кот наш вовсе ни при чём.
Сергеевич даже вскочил с лавочки и начал озираться по сторонам уже в панике. 
– Ты кто? А ну, выходи!
– Да здесь я, перед вами. Вы меня ещё дружищем назвали.
Мужчина впал в лёгкое оцепенение, глядя на расплывающуюся земляную фигуру. И, вновь качнув головой, словно стряхивая наваждение, он осторожно вышел из-под грибка, направляясь к страшиле с морковным носом.
– Да, это я с вами говорю, честно! – немного забавным голосом проговорил Землевик.
– Ты – это первое доказательство, что водка левая! Не разговаривают снеговики, ззз-землевики… или как там тебя… Никакие скульптуры не разговаривают! – повышая голос, нервно взвыл Родион Сергеевич.   
– Ну в этом вы не правы… Нет, конечно, обычно мы не говорим… Это обычно. Но иногда бывает. И примеров тому предостаточно... Вы не мокните, а то замёрзнете совсем. Спрячьтесь под грибок.

Онемевший от шока мужчина, начал пятиться в песочницу. Присев на лавочку, он машинально достал сигареты из кармана и, чиркнув спичкой, озарившей его бледное лицо, вдруг спросил:
– Вы не против, если я закурю?
– Что вы? Нет, конечно, мне это абсолютно не мешает, а вот нашему рыжему другу – не знаю. Хотя я слышал, что это вредно для людей! – многозначительно закончил Землевик.
– А вы уверены, что это не голоса в моей голове, а именно вы со мной говорите? – не унимался Родион Сергеевич.
– Именно я!
– Но как? Это невозможно! Такого не бывает!.. Тем, кто разговаривает с неодушевлёнными предметами необходима медицинская помощь. И, кажется, она нужна именно мне…
– Да не волнуйтесь вы так… Всё довольно просто. В определённые моменты времени, но их немного, происходит искривление пространства и наши реальности совмещаются. У вас неодушевлённые предметы могут приобретать другую форму и говорить, а люди, наоборот, попадают в другие измерения, и вы их называете путешественниками во времени. Такие случаи описаны в вашей литературе и называются сказками или чудесами. Хотя, всё это происходит в действительности. А ночь вашего Нового года одна из точек пересечения.
– Действительно, всё абсолютно просто! – с немного дикой улыбкой и саркастическим тоном произнёс собеседник Землевика. – Невероятно! Я в сказки перестал верить в пятом классе. Я что, впал в детство?
– Сказки – только в книгах сказки, а на самом деле, в них меньше вымысла, чем в том, что вы называете научной фантастикой. Но сейчас не об этом! Если я правильно услышал, вас зовут Родион Сергеевич?
Понемногу приходивший в себя, человек кивнул в знак согласия и промычал что-то невнятное.
– Тогда позвольте спросить, что вы в такую погоду, да ещё ночью, здесь делаете? Как видно, у вас что-то не ладится, раз вашими единственными собеседниками в праздничную, как я понимаю, ночь стали только я и кот? 
– Не уверен, что хочу это обсуждать со снеговиком из грязи, пусть даже и из другого измерения. – Сергеевич отвернулся в сторону и угрюмо затянулся табачным дымом. – Бред какой-то: я разговариваю с комком земли! Надо ещё выпить. 
«Так ведь водка палёная! Ещё хуже станет!» – пронеслась мысль в голове Родиона.
– Да куда уж хуже? Сижу в песочнице под дождём. Разговариваю неизвестно с кем! Была не была! Хуже точно не будет, – проговорил мужчина, наливая в стакан «змея».
Но, поднеся руку ко рту, он понял, что с ним никто не говорит. Тишина вокруг.
– Что умолк? Прошла галлюцинация. Привиделся мне, – снова перейдя на «ТЫ» и, не дожидаясь ответа, Родион начал глотать прозрачную жидкость.

Выпив и втянув носом запах колбасы, лежащей на кусочке хлеба, Сергеевич уже собрался уложить его на язык, как всё тот же голос заставил его вздрогнуть и выронить вожделенный кусок закуски, который мгновенно подхватил рыжий кот:
– Я не хотел вам мешать, потому и молчал.
– Тьфу ты, а я уже думал, что всё прошло. – Глянув на часы, раздосадованный человек прошептал: – Уже одиннадцать… Настя дома, а я здесь один.
– Вы не один. Я с вами. Может, я смогу помочь?
– Чем ты можешь помочь, морковный нос? – буркнул мужчина, но, заметив грустное выражение на тёмном лице Землевика, Сергеевич нахмурился, словно журя самого себя. – Ты прости меня, пожалуйста… Не нарочно я, с досады.
– Я всё понимаю. И не обижаюсь. Так что у вас случилось?
– Не понять тебе. Человеческие отношения только люди понять могут, да и то не всегда. А какие в вашем мире могут быть человеческие отношения? – делая усиление на вопросе снова вскипел Родион.
– Зря вы так, – возразил земляной человечек. – Отношения, они везде одинаковы. Доброта и любовь всем понятны. И злость с обидой тоже. На этом построена любая жизнь. Вы, люди, усложняете много… Лукавите. Гонитесь не за тем, что имеет настоящую ценность, потому и несчастливы многие.
– Ну, знаток человеческих ценностей, подскажи, что нужно для счастья? – печально вздыхая, спросил Родион Сергеевич.
– Вам к жене вернуться нужно, к Насте. Простить её. И дать понять, что вы её всё также любите.
– Как же её простить, когда она так поступила со мной? – и в этот момент мужчина вспомнил недавнюю ссору с женой. 

Она отчётливо всплыла в памяти… Родион был раздражён: на работе не ладилось, начальство придиралось, зарплату никак не хотели поднять. Он пришёл домой и просто хотел поддержки и ласкового слова. А она, она…
А что она? Она также работала, да ещё и хлопотала над новогодним меню. И также уставала, и также хотела поддержки и помощи… но не говорила об этом. А он эгоистически не захотел этого понять. Вскипел. И началось… Взаимные обвинения, слёзы и её резкие слова: «Не хочу тебя видеть!» И его ответный стук входной дверью, и бегство по лестнице.
– Третий день меня дома нет. Ночевал у друзей две ночи, а сегодня праздник, ночевать негде, и домой никак.
– Почему никак? Всегда есть шанс вернуться и примириться. Вы попробуйте. И она вас простит. И всё будет у вас хорошо! И вы поверьте, что чудо случится! Особенно сегодня.
– Откуда ты знаешь, что будет хорошо? 
– Я знаю и даже уверен в этом. Хотя у меня не получится узнать, как всё у вас пройдёт: моё время заканчивается. Я скоро исчезну. 
И действительно, в пылу разговора Родион Сергеевич не заметил, как белый цилиндр скатился с оплывшего изваяния. Правая рука-грабля вывалилась и лежала на земле, а левая, как и морковный нос, осунулась и почти повисла.
– Вы идите домой встречать Новый год с женой. Она ждёт вас, и вы обязательно помиритесь! А когда-нибудь вы ей расскажите обо мне, а она – вашим внукам, и это будет новая сказка.
Часы показывали половину двенадцатого. 
– Ты думаешь? Ещё успею до боя курантов! Мне тут через дом, близко. Спасибо тебе, дружище! Если бы не ты, я бы провёл новогоднюю ночь здесь. – Но вдруг, остановившись, Родион засомневался: – А если не примет? Ведь сказала, что видеть не хочет.
– А вы хотите? 
– Конечно, хочу! Что за вопрос? 
– Значит, примет. 
– А как же ты? Что будет с тобой?
– Это совсем не важно. Бегите! Не теряйте времени! – сказало с расплывающейся улыбкой бывшее произведение земляного искусства.
– Хорошо, бегу! Спасибо тебе! Не забуду, честное слово!
И, оставив свои пожитки на скамье под песочным грибом, Родион Сергеевич быстро бежал домой. Заскочив в подъезд, он не стал дожидаться лифта, а, как юноша, летел по лестничным пролётам. Подойдя к своей двери, он покрутил в руках ключи, преодолевая последние сомнения. Но, отперев замок, шагнул в распахнувшуюся дверь. Из комнаты выскочила заплаканная женщина и бросилась ему на шею.
– Родька, дурак! Где тебя носит третий день? Я чуть с ума не сошла!
– Настя, прости меня, безмозглого… Я очень тебя люблю!
Женщина ещё сильнее прижалась к мужу и, пытаясь унять слёзы, только шептала:
– Я знала, знала, что ты придёшь. – И, подняв глаза на мужчину, добавила: – Раздевайся. Пойдём к столу. У меня всё готово, горе ты моё луковое.
– Скорее, счастье морковное, – с улыбкой сказал Родион.
– Почему морковное? – удивилась Настя, вытирая слёзы.
– Как-нибудь потом расскажу. – И куда-то в сторону шёпотом добавил: – Спасибо тебе, дружище!
Рядом с песочницей, на детской площадке, под мелкими каплями дождя размокали последние комки земли. Старенький белый цилиндр с плащом и белый галстук-бабочка – всё, что осталось от растаявшего Землевика. И лишь уходящий в темноту ночи рыжий кот являлся молчаливым свидетелем невероятной предпраздничной встречи. 

А в окнах соседних домов звучали куранты и радостные возгласы поздравлений. Пришло время Нового года. 

5
1
Средняя оценка: 3.20482
Проголосовало: 83