Виктор Мережко: «Жизнь моя – кинематограф»

Ответив так на вопрос молодого ялтинца на одной из встреч во время Международного кинофестиваля «Евразийский мост», Виктор Иванович, чтобы слова эти ему не приписали, продолжил строчками из стихотворения Юрия Левитанского:

Жизнь моя, кинематограф, черно-белое кино!
Кем написан был сценарий? Что за странный фантазёр
этот равно гениальный и безумный режиссёр?
Как свободно он монтирует различные куски
ликованья и отчаянья, веселья и тоски!

– Вот так и моя жизнь: бесконечный сюжет, который воплощается на экране, становясь основой фильма моего собственного или талантливого режиссёра, а с другими дела не имею, – закончил мысль с улыбкой.

После того, как на 85-м году жизни актёр, сценарист, драматург, кинорежиссёр, продюсер, народный артист России, лауреат Государственной премии СССР покинул наш бренный мир, вспоминается каждая беседа с ним с благодарностью и огорчением, что продолжения не будет. 
Сделанного талантливым деятелем культуры, одним из основателей киноакадемии «Ника» и её первым президентом, одним из организаторов фестиваля «Киношок», руководителем популярных телевизионных проектов и много чего ещё хватило бы на добрый десяток творцов. А осуществлено им одним. Человеком из плеяды необходимых и незаменимых. 
Свои фильмы (их нынче без малого девять десятков) Мережко называл полётами во сне и наяву. А картину по его сценарию «Полёты во сне и наяву» относил к особенно дорогим его сердцу: «Не любить свои фильмы невозможно. Но есть, что называется, из ряда вон, как этот, в котором рассказываем с режиссёром Романом Балаяном о времени и о себе. В нём наши мысли, вопросы, страсти. И всё в нём – из жизни тех далёких лет. Мы во всём сошлись с режиссёром, которого мне рекомендовал Никита Михалков, на которого я писал главную роль, но он согласился снимать только с Олегом Янковским. Надо отдать должное Никите Сергеевичу – не только не обиделся, но и снялся в небольшой роли».

Фильм посмотрели шесть с половиной миллионов зрителей, он получил Государственную премию СССР и имел успех в зарубежном прокате, благосклонные отзывы критиков. Он и сейчас вызывает интерес, как, впрочем, и всё, снятое по сценариям писателя Виктора Ивановича Мережко разными режиссёрами и им самим, блестяще освоившим и эту профессию.
Свою жизнь на экране Виктор Мережко начинал сценаристом и актёром в конце шестидесятых годов прошлого века. В режиссёры, по словам большого шутника, его привела Сонька Золотая ручка – легендарная преступница-авантюристка: 
– У меня с этой дамой особые отношения. Наверное, потому что и сам по натуре авантюрист, только в другой области, конечно. Сонька, святая дама у воров, меня авторитетом и в воровском сообществе сделала. Один уголовный авторитет телефон мой откуда-то достал и позвонил с московской пересылки, заверив: «Не дай Бог с вами такое случится, но если вдруг – лучшая шконка в камере обеспечена». Тьфу, тьфу, тьфу сказал я, и не воспользовался столь заманчивой перспективой.
– Чем всё же привлекла эта героиня воровского мира?
– Я снимал, как всегда, историю о любви. О красивой талантливой молодой женщине, образованной, знавшей шесть языков, легко музицирующей. Живи она в другое время, многого достигла бы, а не жила в страстях и пагубном пороке. Она – героиня своего времени. Снимал я с огромным удовольствием, спасибо выдающемуся кинопродюсеру Владимиру Досталю, который дал мне такую возможность, найдя деньги на картину. 
– Такое впечатление, что вы и сами на время съёмок переселились в то время.
– Так оно и есть. Со мной это всегда происходит. С ней жил в XIX веке. Когда я сочинял сериал «Вождь» о сталинской эпохе, жил во времена с 1924 года по 1953 год. Разговаривал с Ежовым, Ягодой, Кагановичем. А как иначе? Не вживёшься в разные эпохи, наврёшь о них. А я врать не привык. 

Путь провинциала, появившегося на свет на хуторе в семье донской казачки и украинца, не был усеян розами. Рассказывал, что с детства хотел быть артистом, но пришлось пройти «жизненные университеты» – поработать и лесорубом, и грузчиком, поучиться в полиграфическом институте. Но был уверен, что непременно состоится в той профессии, о которой мечтал. Со свойственным ему юмором признался: 
– Пареньком я был нахальным, и отправился не куда-нибудь, а во ВГИК. На сценарное отделение, потому как пописывал, и даже публиковался. Приняли. Я понимал, что надо самому пробиваться «в люди». Стал на всякие киношные тусовки ходить. На одной из них, накануне Нового года, пристроился к группе, в которой были великие Григорий Чухрай, Сергей Бондарчук, Сергей Герасимов, Геннадий Шпаликов. Они разговаривают о чём-то, смеются. Кто-то из них обратил на меня внимание: «Тебе, парень, чего?». Я громогласно: «С Новым годом, мужики! Запомните фамилию – Мережко, потому что стану я таким же знаменитым, как вы». Навеселе чего не скажешь. Герасимов за локоть взял, в сторонку отвёл и тихо так, ласково напутствовал: «Иди отсюда». Вот с тех пор и иду. Но не в сторону, а по их стопам.
– Судя по всему, фамилию хорошо запомнил Григорий Чухрай, раз именно с вами поделился задумкой нового фильма и пригласил в сценаристы?
– Для меня полной неожиданностью был звонок великого режиссёра, прогремевшего на весь мир «Балладой о солдате», «Чистым небом», «Сорок первым». У меня тогда всего-то три картины было. А тут сам Чухрай заказывает сценарий на Нону Мордюкову про женщину, которая прячет сына во время войны от призыва в армию. Для той поры сюжет совсем нетипичный. Героиня – крестьянка Матрёна, у которой на фронте муж погиб, старший сын пропал без вести, и она, решив любой ценой сохранить младшего сына, укрывает его от призыва в армию на чердаке дома, делая дезертиром. Картину долго не принимали, нас с Григорием Наумовичем обвиняли в том, что порочим честь советских воинов, отдавших жизнь за Родину. Год наша с ним «Трясина» пролежала на полке, потом всё же в 1978 году фильм вышел в прокат. Правда жизни пробивается непросто на экран.

На этой картине Мережко не только познакомился, но и подружился с Нонной Мордюковой, которая после тяжёлой роли попросила его написать для неё что-нибудь комедийное. Заказ выполнил, сценарий с названием «Была не была» ей отправил. А в ответ: «Ты хоть понимаешь, что написал?! Я такая счастливая! Снимать будет лучший режиссёр – Никита».
– Я подпрыгнул от счастья, – признался Виктор Иванович. – Смутило только имя Михалкова, с которым я тогда ещё не был знаком. А он же уже взлетел, кинематографическая звезда! «Не боись», – сказала Нонна Викторовна, и отдала Никите Сергеевичу сценарий. Он через два дня позвонил: «Буду снимать». Второй раз подпрыгнуть пришлось. И родилась наша «на троих» «Родня», которая мне и славу, и уверенность принесла, потому что понял: вхожу в обойму лучших сценаристов страны.
– И всё же пришли в режиссуру. Как это получилось? 
– До поры до времени и в голову не приходило самому взяться за это непростоt дело. Но в режиссуре я уже разбирался, потому что всегда присутствовал на съёмках, по просьбе режиссёров дорабатывал что-нибудь, хотя это редко требовалось. Но наступили девяностые, будь они неладны. Деньги на фильмы иссякли. А жить-то надо. Подался на телевидение, и семь лет вёл «Кинопанораму», потом десять лет был ведущим программы «Мое кино». Так я восполнял невостребованность в кино и дыры финансовые штопал. Тогда же поставили мою пьесу «Мужчина по выходным» в театре Моссовета, Увидел её продюсер Юрий Мацюк и предложил мне написать по ней сценарий. Написал, принёс ему, а он: вот и снимай теперь. Ладно, думаю, не пропадать же работе. Конечно, понимал, что берусь за дело для меня очень сложное. Раньше только с режиссёром дело имел, а теперь всех укрощать надо: актёров, операторов, художников, гримеров, костюмеров, администраторов… Сколько головной боли! Но взялся за гуж, не говори, что не дюж. И вошёл во вкус. Магия съёмочной площадки захватила. Славная получились комедия «Новогодние мужчины» с Михаилом Боярским, Анатолием Васильевым, Валерой Гаркалиным, Олей Ломоносовой. Снимал в паре с Валерием Саркисовым. 
– Войдя во вкус, самостоятельно продолжили? 
– Так точно. Опыт переделывать пьесы в сценарий был. Спектакль «Ночные забавы» по пьесе «Прости» обошёл все театры Советского Союза. Потом Владимир Краснопольский и Валерий Усков сняли фильм со звёздным составом: Евгений Евстигнеев, Валентин Гафт, Ирина Алфёрова, Альберт Филозов. И после «Новогодних мужчин» я уже самостоятельно продолжил. Вроде получилось. Судя по отзывам зрителей, не только мне, но и им нравятся мои «Хуторянин», «Красная комната», «Одиночество любви», «Белая ночь, нежная ночь», да и все остальные.

Обещание стать знаменитым Виктор Мережко выполнил сполна. Со сценаристом охотно работали именитые режиссёры, среди которых Андрон Кончаловский. Первая совместная картина снималась во Франции – «Возлюбленные Марии». А потом выполнил просьбу режиссёра написать продолжение фильма о деревенской жизни «История Аси Клячиной, которая любила, да не вышла замуж», за который Кончаловский получил «Нику» и Госпремию. И родилась у них «Курочка Ряба».
У этого фильма, как и у предыдущего, полежавшего на полке, была репутация «антирусского». С чем сценарист категорически не согласен: 
– Какое время, такие фильмы, а время было ельцинское, не к ночи будь помянуто. Я люблю свой народ, и никогда не позволю себе его порочить. «Курочка Ряба» – фильм не антирусский, а поучительный и правдивый. О том, как чистую, неискушённую, нежную Асю превратили в сварливую «партийку», бабу в очках, с папиросой в зубах, слюняво пересчитывающую деньги. Как же противоестественно шло развитие общества, если славная девчушка превратилась в чудовище!

На вопрос, как приходят сюжеты будущих сценариев, отвечал честно: «По наитию и из наблюдений за жизнью». Иногда и в подробности вдавался: 
– Как-то увидел на столбе листочек с объявлением: «Одинокая женщина желает познакомиться», включил фантазию, и получился фильм с прекрасным дуэтом – Ириной Купченко и Александром Збруевым. Слушаю теперь их диалоги и удивляюсь: неужто я написал? У меня вообще часто этот вопрос возникает, когда пересматриваю фильмы.

Делясь планами в последнюю нашу встречу в Ялте на кинофестивале «Евразийский мост», где он президентствовал, Виктор Иванович упомянул о начале съёмок многосерийной мелодрамы по его книге «Входя в дом, оглянись» и чуть подробнее – о 28-серийном телефильме с рабочим названием «Сталин и его окружение»: «Потрясающей силы детектив будет! Чтобы соблюсти историческую достоверность, тщательно поработал в архивах, изучил интереснейший материал, равного которому ещё не держал в руках, пожалуй, никогда. Картина будет масштабной, около 200 персонажей, без массовки, только полноценные роли».

Сообщения о начале съёмок исторического детектива о вожде были, но картину сценаристу увидеть не суждено. А мелодрама вышла.
Своё участие в фестивале «Евразийский мост» считал почётной обязанностью и старался сделать так, чтобы он стал изысканным событием, попасть на которое было бы честью для кинематографистов. Это теперь – его завет.
Он был оптимистом, оставил нам позитивные фильмы с простыми героями, которых любил сам и полюбили мы. Жил весело и советовал всем: «Не унывайте и радуйтесь!».

5
1
Средняя оценка: 3.08482
Проголосовало: 224