Размышления у яичного колодца

Открыл я давеча книжно-литературный сайт ЛитРес, по служебной надобности. 
Смотрю – авторица симпатичная, рыженькая. Да еще и с забавной фамилией Говоруха. Писатель и популярный блогер.
А я таких как раз люблю. Дай, думаю, почитаю. Тем более сайт ЛитРес уверяет, что «сотни тысяч женщин начинают свое утро с коротких эссе, которые автор публикует в социальных сетях».

Чем я хуже сотен тысяч женщин? Да всем, конечно. Но вот и надо мне расти над собой, брать пример с лучшей и прекрасной части человечества, учиться и совершенствоваться. Задача не показалась особо тяжкой, ведь «легкие, красочные и очень глубокие по смыслу истории создают читателям настроение и драйв на весь рабочий день». А это как раз то, что нужно изнуренному «большой литературой» человеку типа меня. 

Биография Говорухи мне тоже очень понравилась: «Ирина родилась и живет на Украине. Пишет на русском языке. Далека от политики, бизнеса и прочих мужских материй. Считает, что главное в ее жизни – это творчество».
Ну чудо человек, находка для благодарного читателя! 
Знакомство с творчеством далекой от всего, кроме самого творчества, Ирины Говорухи я решил начать с ее блога и легких, красочных историй, которые она там публикует.

Открыл первый попавшийся текст из свеженьких. Должен признаться, зачитался. Не просто драйв на весь день получил, а, подвывая от читательского восторга, все дела бросил и принялся зачитывать вслух. Сначала жене, потом друзьям, а когда от меня все начали почему-то прятаться, не смирился и решил написать небольшой обзор этого выдающегося текста. 

Зачин у истории классический, олдскульный, проверенный. Его обожают провинциальные журналисты, в стиле «ничто не предвещало беды»:

«Они думали, русские сюда не зайдут. Зачем им маленькое село Ягодное, в котором всего четыреста жителей и пять улиц? Школа, упирающаяся в сосны, яичный колодец, изобилие рослых берез и широкоплечих яблонь». 

Ей-богу, Говоруха эта аки дитя неразумное. Что значит «зачем»?! Как говорил герой Фрунзика Мкртчяна в «Мимино»: «Такие вопросы задаете, что неудобно отвечать даже...» 
Известно зачем: школу необходимо разрушить, иголки с сосен надо ощипать и раскидать вокруг школьных руин. В яичном колодце пополоскать сами понимаете что. Ну а плечистые яблони с березовыми дылдами выкопать и отправить белорусской почтой к себе домой – сколько можно среди чахлого лишайника да гнутых поганок жить. Тоже рослой и крепкой красоты хотим, тоже имеем право!

«Простые трудолюбивые люди и много стариков». 

Вот опять же – чувствуется неширокий кругозор авторицы. Много стариков – это же дополнительный бонус! Вот, было дело при царе еще, спрашивает судья у подсудимого: «Да как же вы решились за десять-то копеек – старушку топором по темечку?» А тот возражает: «Так это ежели одну... Одна бабка – десять копеек, а десять-то бабок – цельный рупь!» 
Тут соображать надо, математика важна. Ничего авторша в стратегии и тактике не понимает. 

«Вот только село находилось на трассе МО1». 

Ну тут уж извините, претензии не принимаются – где построили, там и находилось. Тем более, что Чернигов, что село Ягодное, что трасса –  еще до всяких украин были, так что чего тут тень на плетень наводить. 
Собирался уже бросить читать эту скукотуху-говоруху, но дальше неожиданно началось интересное: 

«Рашисты завернули со стороны леса. Профессионалы, срочники и тувинцы». 

Куда там былым отрядам красноармейцев, что шли за окном вместе с дождем! Тут картина пострашнее. Сидят на броне мордато-бородатые профессионалы со зверскими лицами. Из кузовов «уралов» хищно приглядываются к яичному колодцу молодые срочники. А рядом с рашистской колонной бегут вразвалку тувинцы – как положено, в ошейниках, в цепях и в намордниках (чтобы своих не покусали сгоряча и от дикости своей). Сам Шойгу приказал с цепи спускать их только если чего особо мирное нужно захватить. 

Оп-па, а вот как раз и случай подходящий! Сельская школа! Ишь, стоит да в сосны упирается... Щелкают карабины на ошейниках, и вот уже с воем и визгом устремляется стая тувинцев прямиком в общеобразовательное учреждение – грызть указки, насиловать глобусы и писать мелом нехорошие тувинские слова на досках. Срочники в грузовиках завистливо вздыхают, а профессионалы лишь ухмыляются. Они-то знают, что главное всё – впереди.  

«Танки поставили во дворах, БТРы – под самыми окнами». 

Пришла беда – отворяй ворота! Вали заборы, езжай во двор, души гусей, дави картоплю! Как не вспомнить классика: «Широк украинский двор! Редкий москальский танк доедет до середины! Лишь БТР доберется, да и то – замрет коло хаты под оконцами, и лишь хрущи над башенкой гудуть...» 
Ну, где же общественное движение «Стоп-Хам», когда оно реально так нужно... 

Между тем, рашистам село явно приглянулось. Решили там пожить маленько. Принялись обустраиваться. 

«Сами расположились с шиком. На диванах, кроватях, на печи. Вечерами – костры, шашлыки, винишко. Некоторые переобулись в удобные беговые кроссовки». 

На печи, одной на всё село, судя по единственному числу, – наверняка самый главный рашист-командир с шиком улегся. А позывной у него «Емеля», тут и гадать нечего. 
Шашлыки – это святое, это первым делом. Разве что еще успеть свинью изнасиловать перед жаркой, коль уж попугайчиков в селе не водится.
К вечернему «винишку» вопросов нет, село-то называется Ягодное, спокон веку славилось своими плодововыгодными бормотухами – поставщик черниговского княжеского двора аж с Х века! 

А вот момента с кроссовками я не сразу понял. Потом догадался – это те самые профессионалы, что приехали со срочниками и тунгусами... простите, тувинцами. Мастера спорта, бегуны-легкоатлеты. На Олимпиаду не пущают, а бегать хочется – мы ж хотим всем рекордам наши звонкие дать имена! В берцах бегать можно, конечно, но нету того удобства, которое дают удобные беговые кроссовки. А где на Украине лучшие склады кроссовочные? Правильно – в сельских школах. Ну или в яичных колодцах, но оттуда их еще выловить надо. Да и срочники, вон, уже чего-то неприличное туда окунают по очереди и регочут по-москальски.

На обувной теме авторица Говоруха словно приобретает второе дыхание – не иначе как глубоко нюхнула из удобной беговой кроссовки, для дальнейшего вдохновения. Пурга ее фантазии начинает сметать здравый смысл окончательно и без малейшей оглядки на правдоподобие. 

«Людей согнали в школьный подвал, площадью 65 квадратных метров и продержали в нем 25 дней <...> Воздуха в подвале не было, ведь в нем одновременно находилось от 320 до 360 человек (среди них – 70 детей)». 

Так. Мы помним, что до рашистского заворота из леса в селе обитало «всего четыреста жителей». Получается, от 40 до 80 человек сразу же съели спущенные с цепей тувинцы – больше некому. Профессионалы-то вряд ли шашлык из человечины мастырили. Хотя... Да нет, все же вряд ли. Со срочников спроса вообще нет – те другим заняты были. Такое с яичным колодцем в итоге сотворили, что даже командир-главрашист Емеля на печи ворочаться принялся и бормотать: «Чую, чую... русским духом пахнет...»

Числа и цифры вещь нужная, полезная для любой говорухи-завирухи – они создают эффект убедительности. Мы знаем это с самого детства. Помните – «одним махом семерых побивахом». Или, допустим, некий Робин-Бобин не просто людьми обожрался – а скушал именно сорок человек. Впечатляет, внушает и сразу становится ясным – автор в теме, автор подсчитал. 
Одна беда с цифирями этими – на них же и сыпаться вся поделка начинает.

И если с «деталью» наша авторица работать умеет и любит (всякие сосны-яблони и колодец с яйцами – это она посмотрела фоточки села в Википедии, там как раз все это есть, даже колодец, правда, еще в нормальном виде, не отрастивший всякие прибамбасы), то вот с числами у нее совсем нехорошо. Запихать на 65 квадратных метров 360 человек получится только если значительную часть из них усадить на плечи других впихуемых. И при условии, что все будут стоять. Никаких сидячих, и уж тем более лежачих мест не получится. Для наглядности взгляните на картинку. Даже при такой плотной утрамбовке, когда на 1 кв.м. приходится 4,7 человека – возможно набить заявленную площадь подвала лишь тремя сотнями людей. 305, если уж совсем точно. Но никак не 360, да еще чтобы кто-то лежал на полу, а кто-то сидел на спортивном инвентаре: 

«На гимнастической скамейке с трудом поместилась семья: бабушка с дедом, сын с невесткой и двое детей. Четырехмесячного положить было некуда и его держали на руках». 

Не могу не отметить – хорошо питаются в селе Ягодное. Не только березы рослые и яблони плечистые растут там вокруг колодца яйцастого, но и селяне в задах широки, и стар и млад. Скамейка гимнастическая единого стандарта не имеет – бывает от двух до четырех метров в длину. Пусть будет самый короткий вариант, двухметровый. Любому производителю скамеек парковых известно, что для комфортного расположения на изделии взрослому человеку требуется 60 см. Комфортно – это значит, не теснясь, ни с кем не соприкасаясь, свободно сидючи, даже локотки и коленки слегка растопырив. А уж если без вольготности сидеть – то места вполне хватит семье и побольше. 
С четырехмесячным ясное дело, на руках всяко лучше, даже если и есть куда положить его – и титька ближе, и укачивать удобнее, и не задавит никто. Но у меня остается вопрос к великовозрастному сыну, который уселся наравне с бабушкой, дедушкой, женой и детьми – может, надо было кому из пожилых односельчан местечко-то уступить? 

Ну ладно, люди разные в Ягодном живут. Понимаю. Говорят они тоже странно, сюсюкая и юродствуя, будто пародируют стиль какой-нибудь писательки-графоманки:

«С десятилетней девочкой мечтали:
– Вот нас освободят, и достанем огромную сковородку. Нажарим картошки с лучком, сдобрим ее тушенкой и свежим укропчиком. Накроем во дворе стол. 
У девочки урчало в животе:
– А потом испечем медовик, правда?»

Я уж было приготовился к рассказу, как достанут огромную кастрюлю, нагреют на водяной баньке, маслица сливочного растопят, сдобрят медком да сахарком... Но нет, коварная авторица явно знает присказку Круглого из первого «Брата»: «Любишь медок, люби и холодок», поэтому приходит время новых интересных историй. 

«Три пленника сошло с ума. Особенно буянила молодая женщина. Сперва кричала, что является хозяйкой макаронной фабрики и здесь ее удерживают незаконно. Потом преобразилась в голливудскую актрису. Требовала продюсера и режиссера». 

Так и осталось нераскрытым, откликнулись ли на ее требования двое других сошедших с ума пленников – как раз ведь обе должности вырисовывались вакантными. Как говорится: «– Где у нас прокурор? – В шестой палате, где раньше Наполеон был».
Нужно отдать должное авторице – понимая, что дальнейшее развитие линии сумасшествия персонажей начнет вызывать у читателя не те чувства, на которые она рассчитывала, Говоруха быстро сворачивает безумную тему. И открывает новую, благодатную, под названием «экшон и кравищща!» 

«В один из дней привели окровавленную женщину с годовалым ребенком. Она с семьей направлялась в Винницу, но их машину обстреляли. Муж и старшая дочь погибли на месте, она с Варей бежала по полям, покуда не спряталась в полуразрушенной конторе. Всю ночь вздрагивала от автоматных очередей и воя бездомных собак. Утром ее нашли тувинцы и привели в подвал. Люди накормили картошкой в мундире, она с трудом проглотила кусок и всхлипнула: "Как мне теперь жить?" Подвал ответил хором: "Ради Вари"». 

Ну, это понятно – тувинцы в полях всю ночь среди собак бездомных резвились, выли вместе с ними, в воздух стреляли, а под утро учуяли украинских беглянок недострелянных. Но есть не стали сразу, сытые уже были, решили запас сделать. 
Тувинцы, стало быть, в подвал привели, а люди, выходит, картошкой в мундире угостили. Эту самую людскую картошку – запомним, пригодится еще.

А пока история начинает приобретать все больший размах, словно та самая самочинная директорша макаронной фабрики и по совместительству звезда с Беверли Хиллз отобрала у авторши клавиатуру.

«Пожилые стали умирать, и их хоронили партиями по пять человек. Всех укладывали в одну могилу. Во время отпевания рашисты открыли огонь. Живые прыгали к мертвым. Ранения получило четверо».

Это ж как противно петь надо было сельскому попу, чтобы вызвать шквальный огонь врага! А ведь как хорошо начиналось все – канаву выкопали, по пять человек сноровисто натаскали... Главрашист Емеля пошел навстречу чувствам верующих, отогнал от могилы рыскающих тувинцев и дозволил справить погребальный обряд... И на тебе, таким конфузом всё в итоге закончилось.

Впрочем, какое там «закончилось!» Это только цветочки, а ягодки впереди. 

«Одну девятнадцатилетнюю девушку дважды за час водили на расстрел».

Понятное дело. А в перерывах между расстрелами наверняка насиловали. Может, прям на печи у Емели в его штаб-квартире. 

«Все хотели уточнить кому принадлежит обнаруженная в шкафу камуфляжная куртка. Бедняжку выводили на огород, там, где всегда рос картофель сорта "зоряна", стреляли поверх головы и орали: "Теперь признаешься, кто ее носил?"» 

Очень мне понравилось уточнение сорта картофеля. И ведь не соврала в этот раз Говоруха, честно погуглила и пустила факт в дело – действительно этот сорт в Черниговской области выращивают. Я не зря отметил, что авторша очень любит прием под названием «работа с деталями». Раз с «зоряной» все сходится, значит, и в остальном всё чистая и святая Правда. 

Но, по злой иронии, как раз картофель нашу авторицу и подводит. Рано она его, в мундире сваренным, чуть выше в текст ввела да в рот Варенькиной маме сунула – поторопилась, забыла, что людей рашисты сначала голодом морили. 
Забыла и вдохновенно принялась за вторую серию кулинарной темы.

«Со временем рашисты разрешили готовить на костре. Школьные повара кипятили воду под выстрелами».

Не совсем понятно, прямо в подвале костры разводили, или среди подпирающих школу сосен? И что со школьной столовой случилось, почему там не разрешили воду кипятить? Хотя есть логическое объяснение – рашисты ведь любую жизнедеятельность селян любят стрельбой сопровождать, будь то отпевание или даже простое кипячение. А в столовой не особо постреляешь, оглохнешь или рикошет словишь. В общем, на костре надежнее, согласен. Да и вкус другой совсем – с дымком, как в походе или на рыбалке. 

«Мамам и детям раздавали по полстакана манной каши. Суп наливали в двухсотграммовый стакан». 

Стакан – привычный инструмент оккупанта. Он из него и за победу свою выпьет, и ручному тувинцу в него пописать даст, и манную кашу для подвальных мамочек и детишек туды накладет экономно, на полшишечки – чтобы не излишествовали в плену. 

Заканчивается рассказ о подвально-ягодном сидении на мажорной ноте. 
Авторша повествует, что много раз звонила в Ягодное – конечно, уже когда доблестные збройные силы Украины выгнали всех профессионалов, срочников и даже тувинцев из села, как петушок лису из заячьей избушки.

«– Как вы сейчас?
– Хорошо. Стеклим окна, латаем крыши, сушим одеяла. Вот картошку посадили. Груши расцвели. А там, даст Бог, пойдут ягоды…» 

Ну, Бог обязательно даст, тут без вариантов. Земля там хорошая, будет и урожай картофеля сорта «зоряна», и груши с яблонями плодами нальются, и ягод будет много – особенно вокруг яичного колодца. 
Одеяла тоже просохнут. Одно неясно – допустим, окна в селе тувинцы побили, это же их любимое национальное развлечение. Но крыши-то кто на хатах поломал?! Ужель профессионалы по ним в удобных беговых кроссовках бегали и кровельную жесть давили? 

Между тем ясность тут очень нужна. Думаете, зря эта Говоруха накатала столько бреда про несчастных ягодных селян – и голодом их травила, и расстреливала, и с ума сводила, и по пять человек штабелями отпевала, под звуки очередей? Полет фантазии очередной кастрюлеголовой кликуши, скажете? Записки несостоявшейся директорши макаронной фабрики и голливудской звезды? Месть дамочки, обиженной неудачным романом с заезжим тувинцем? 

Как бы не так!
Все гораздо прозаичнее, и вместе с тем серьезнее. Это часть информационной войны, в данном конкретном случае – прикрытие очередного преступления ВСУ. Этакая «недобуча» под кураторством ЦИПсО, рассчитанная для сетевого вброса и переложения вины.

Причина же поставленной перед Говорухой задачи находится парой кликов, через любой поисковик:

– Кадры с дрона: ВСУ пытались ударить по войскам России, а убивали своих же (ВИДЕО)

В Черниговской области ВСУ на протяжении длительного времени осыпали село Ягодное снарядами, полагая, что там находятся подразделения Армии России.

– Военные ВСУ перепутали мирных жителей с российскими военными и в течение длительного времени вели массированный обстрел населенного пункта в Черниговской области. Об этом рассказал источник из ВС РФ, участвующий в спецоперации на Украине. В частности, атаке украинских артиллеристов подвергся населенный пункт Ягодное Черниговского района Черниговской области. В результате обстрела погибло большое количество мирного населения. Российский беспилотник заснял несколько эпизодов беспорядочной стрельбы украинских военных.

– Военнослужащие Вооруженных сил Украины ошибочно нанесли удар по селу Ягодное в Черниговской области. Отмечается, что украинские бойцы были уверены, что в населенном пункте находятся подразделения российской армии, которых там на самом деле не было. В результате ошибки они длительное время подвергали обстрелу мирных жителей Ягодного.

– Украинская армия подвергла обстрелам мирных жителей поселка Ягодное в Черниговской области. Бойцы Вооруженных сил Украины регулярно открывали огонь по селу, так как украинское командование считало, что в поселке находятся российские войска. Такая ошибка повлекла за собой массовую гибель мирного населения.
Один из обстрелов ВСУ по Ягодному был снят беспилотником. На кадрах видно, как украинская артиллерия бьет по гражданской инфраструктуре поселка.

Комментарии, как говорится, излишни. 
Но в заключение хочется спросить руководство сайта ЛитРес: а вы действительно уверены в правильности ситуации, когда авторы подобных «коротких эссе» рекламируются на вашем сайте? Вы и в самом деле считаете, что на российском портале должна распространяться продукция авторов, которые в своих блогах сочиняют «легкие, красочные и очень глубокие по смыслу истории», полные неприкрытой нацистской клеветы и откровенной ненависти к народам России? 

Мало того: 

«В 2020 году творчеством Ирины Говорухи заинтересовалось крупнейшее издательство «ЭКСМО» и уже в ближайшее время читатели в России смогут познакомиться с новым романом автора «Рыжая», который стал бестселлером 2019 года в Украине». 
Поэтому такой же вопрос и к крупнейшему издательству «ЭКМО» – нет ли у вас в планах в ближайшее время познакомить читателей со свеженькой говорухинской писаниной, с выплатой авторше денежного вознаграждения?

Или мы всё-таки призадумаемся, кого кормим и на чем зарабатываем?

 

Художник: С. Луценко.

5
1
Средняя оценка: 3.37113
Проголосовало: 194