Беседы с «Ермаком», или Гельминт Кремлю грозит

Все началось с того, что в одном из отелей Берлина 2 февраля открылась двухдневная «встреча лиц, объявленных Кремлем иноагентами». Подготовка к конгрессу шла полтора месяца практически втайне – эта небольшая масса (я бы даже сказала, желеобразная масса) отчаянных трусов полагала, что их вот-вот отравят чем-нибудь, подсыпав им в кофе. Или в трусы. Некоторые щеголяли телохранителями-чеченцами – удивительно, что не в бурках и папахах. Собравшиеся, разумеется, несли самоутешительный бред:
– Светлане Ганнушкиной было «удивительно, как те, кто наделил нас этим статусом, умеют добиваться целей, прямо противоположных тем, что ставят» (откуда она взяла эти «противоположные цели», неизвестно – спрашивать тут надо не у Светланы Ганнушкиной, а у Петра Борисовича Ганнушкина, создателя психиатрической школы);
– политолог Станислав Белковский требовал: «давайте сделаем так, чтобы эта власть горько пожалела о том, что объединила нас» (он бы для начала придумал, как сделать так, чтобы эта власть их хотя бы заметила);
– экс-премьер Михаил Касьянов заявлял, что «они ненавидят нас прежде всего за то, что мы остаемся свободными» (свободными от чего – от стабильных доходов и уверенности в завтрашнем дне?);
– Евгения Кара-Мурза, назвавшая себя «единственной на съезде и.о. «иноагента» выступала от имени своего мужа Владимира Кара-Мурзы, одного из трех иноагентов, отбывающих сейчас срок в российских колониях (но не факт, что количество их не увеличится по мере того, как положение на Западе для них для всех станет безвыходным и они не поползут обратно в Россию, предпочтя отсидку нищете и бесправию);
– и другие политические трупы, малочисленные и малоинтересные лица (операторам пришлось немало потрудиться, чтобы снимать с таких ракурсов, которые скроют множество пустых мест в зале).

В статье DW было заявлено: «...едва ли кто-то из организаторов и участников изначально предполагал, что по итогам двух дней обмена опытом можно, скажем, выработать проект новой конституции России или детальный план дворцового переворота против Владимира Путина с рецептом нитроглицериновой взрывчатки для его бункера» – и это одним махом демонстрирует, чего от оппозиционной кодлы ждет Запад. Затем эта компания, похоже, отравилась молоком к кофе из открытых пакетов. А может, им молоко (и кофий заодно) на коньяк заменили – иначе в голову не шибануло бы так.
Гельман, годами надоедающий требованиями, чтобы у него, «свободного человека», спрашивали разрешения на каждый пук в России, решил: «Отсель грозить мы будем… всем, кто нас заметит! В идеале – Кремлю». Гельмановская мания величия, завершившая мероприятие, которое прошло практически невидимым для мировой общественности, тем не менее навела на определенные размышления.
Все эти «правительства и чрезвычайные комитеты на удаленке» действуют и выглядят одинаково – и хотя их обычно сравнивают с персонажами фильма «Неуловимые мстители», нынешние не так смелы, не так темпераментны и не настолько боевиты, чтобы отстаивать свои позиции в кулачном бою. Это записные болтуны, чьи угрозы переходят в попрошайничество прямо у вас на глазах. По сути это не бойцы и даже не наемники, а не более чем побирушки. К тому же профессия, работа, а следовательно, и доход остались далеко, в России. Если эти «знаменитости» некогда добивались каких-нибудь гастролей на Запад – на гастролях их тоже ждала Россия, Россия эмигрантская, ностальгирующая. Она была готова заплатить энную сумму, дабы послушать старых знакомцев, русские песни, русскую речь.
Теперь эти «знакомцы» сами превратились в тех, кто ходил на их выступления и платил за развлечение. Ситуация изменилась: вы все, ругавшие страну, живя в ней, зарабатывая деньги на ее жителях, а затем уехавшие из нее в надежде зарабатывать на самой ругани – итак, вы добились целей, как сказала бы Ганнушкина, противоположных тем, что ставили. Страну и ее жителей, а с ними и вас, «хороших русских», Запад возненавидел. Вспомните Марину Овсянникову, возомнившую себя непримиримой правдорубкой – что с нею теперь?
Да ничего. То же, что и с каждым из вас. Она пытается создать для себя нишу на Западе, вот только нишу она создает из… своих соотечественников. Западная аудитория ею не интересуется – и вряд ли вообще знает, кто такая данная немолодая женщина с трудновыговариваемой фамилией. А Мария Овсянникова жалуется на таких же, как она сама, «понауехавших»: «Все они находятся на дотациях у Евросоюза». А на чем еще могут находиться оппозиционные российские медиа? Чего еще от них ожидала бывший редактор «Первого канала»?

Впрочем, чего они все ожидали от себя и своих единомышленников? Сплоченности и единства? Борьбы с путинским ненавистным режимом? Они не смотрели в детстве «Неуловимых мстителей»? Так пусть посмотрят сейчас. То, что они разыгрывают перед западными СМИ – старый-престарый спектакль, у которого лишь одна «закулиса» – жесточайшая конкуренция и борьба за каждый кусок, за каждый грант, за каждый концерт, который им все-таки согласятся оплатить здешние хозяева общественного мнения. И финал у этого спектакля всегда один – мучительное умирание в душе «уезжанта» прежнего «гордого свободного буревестника, реявшего над седым от пены морем». Из этого самого буревестника он превращается в мелкую чайку, питающуюся отбросами и реющую не столько над морем, сколько над свалками, дерущуюся за кусок со стаями таких же чаек, вечно голодных и бесприютных. Печальная картина, и даже без чеховского флера.
Разумеется, будут они лезть обратно, поднимая старые связи, упрашивая знакомых дать им хоть какой-нибудь способ «релоцироваться». Шоумен Александр Ревва прямо сейчас старается как можно тише присоединиться к проекту «Звезды» на канале НТВ. «Конечно, Саша вернулся неспроста, – говорит концертный продюсер Сергей Лавров.За рубежом и заработков, которые были здесь, нет. И видите, какая сейчас ситуация складывается в том же Израиле. Не только Ревва вернулся в Россию: многие потихонечку сейчас начнут возвращаться».
Речь именно о волне «возвращенцев», а не персонально о Ревве, которого я не замечала на экране, когда он там был, не заметила и как он пропал. Возвратиться хотят все – уже хотят, а не захотят в неком далеком будущем. Так же, как до начала СВО многие мечтали уехать, покупали заграничную недвижимость и видели себя «людьми мира». И чтобы этот мир полюбил их и принял, поругивали Россию, а спецоперацию посчитали отличным поводом, чтобы обрушиться на свою Родину всем скопом. Как им в голову не пришло, что возгонка русофобства закончится тем, что «хорошие русские» перестанут существовать как явление? Что их причислят к персонам нон грата по национальному признаку, а вовсе не пригласят к себе в качестве единомышленников? Что в Европе и Америке нацизм сидит у многих в подкорке, предки власть имущих служили в вермахте или сотрудничали с ним, а потомки впитали его устои? Да и по национальному признаку определить, хороший ты человек или нет (ярлык наклеить), куда легче, чем по твоим словам (особенно если те регулярно меняются по мере смены места работы и проживания).
Сегодня, получив свои ярлыки, «оппозиционеры» разделились на категории «надеющихся» и «безнадежных». Такие, например, как Галкин и Макаревич, Акунин и Улицкая, явно безнадежны. Работу в России они больше не получат, ни высокооплачиваемую, ни даже низкооплачиваемую. А такие, как Ревва, ляпавшие, что «в конфликтах всегда страдают обычные люди, независимо от того, на чьей стороне они находятся. Мы должны стремиться к миру и пониманию, а не поддерживать и разжигать вражду» – формально они ничего такого, экстремального и радикального не сказали, так почему бы им не заползти обратно на ТВ? «Обычные люди», менеджеры да айтишники, в свое время давшие дёру через Верхний Ларс, давно, небось, покаялись да обратно пристроились. Почему артист не может?
Да потому, что он персона публичная, его высказывания гораздо большему количеству людей становятся известны буквально сразу. И уже не забываются, сколько бы артист потом ни изображал из себя обиженку, ни подавал в суд на использование «своих материалов из соцсетей и аккаунтов» – на память людскую в суд не подашь. Если о тебе заговорили как об Иуде Искариоте – не обессудь, но доказать, что ты на самом деле любимейший ученик Христа и путем предательства выполнял тайное задание, жертвуя собственной репутацией, и за два тысячелетия не получится.
Предательство несмываемо. Предателям не платят, предателей не возвышают, предателей не спасают. И тем, кто надеялся возвыситься, обогатиться и прославиться за счет клеветы на Россию, придется убедиться в этом на собственном опыте.

5
1
Средняя оценка: 4.2973
Проголосовало: 37