Транзит Москва – Нью-Йорк – Лондон, далее – везде

«Государство может, государство обязано, когда оно находится в опасности, принимать самые строгие, самые исключительные законы, чтобы оградить себя от распада. Это было, это есть, это будет всегда и неизменно. Этот принцип в природе человека, он в природе самого государства».
П. А. Столыпин, 1907

Государству, образованному после Великой Октябрьской социалистической революции, защищаться приходилось с первых дней не только штыком, но и внешней разведкой. 
Уже 20 декабря 1920 года председатель Всероссийской чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией и саботажем (ВЧК) при Совете народных комиссаров (СНК) РСФСР Феликс Дзержинский подписал приказ о создании в ВЧК Иностранного отдела. 
В дальнейшем служба претерпевала изменения не только в названии, но и в структуре. 
В новейшей истории очередное изменение прошло 17 января 1996 года, когда вступил в силу Федеральный закон «О внешней разведке». 
Он является нормативным правовым актом высшей юридической силы, регулирующим общественные отношения в области разведывательной деятельности органов внешней разведки Российской Федерации. 
Согласно закону, СВР осуществляет свою деятельность «в целях обеспечения президента, Федерального собрания и правительства разведывательной информацией, необходимой им для принятия решений в политической, экономической, военно-стратегической, научно-технической и экологической областях», а также содействует экономическому и научно-техническому развитию России. 
За всю историю разведки самым ярким событием, ставшим доступным мировой общественности, явилась операция в урегулировании Карибского кризиса 1962 года. 
Тогда внешняя разведка уберегла планету от ядерной войны. 
И стояли за этим подвигом люди, имена которых стали известны совсем недавно. 
Откуда берутся герои?

1.    Юноша с Рабочей улицы мечтал управлять скорым поездом, а судьба предложила вести локомотив истории

Его имени мы не найдём в памятных календарях, хотя оно теперь уже не значится под грифом «секретно». Роль Александра Семёновича Феклисова в урегулировании Карибского кризиса в нашей стране умалчивалась в течение 45 лет.

Александр Семёнович Феклисов

… 9 марта 1914 года в Москве у Рогожской заставы на Рабочей улице в семье железнодорожного стрелочника родился Александр Феклисов. 
Старший из пяти детей, он с детства понимал свою ответственность за судьбу семьи. Ведь источником существования была небольшая зарплата отца да случайные дополнительные заработки на так называемой дровянке, на железнодорожном дворе. Александр вместе с дедушкой и мамой разгружал вагоны с дровами, кирпичом, песком, известью. 
Тогда, в двадцатые годы, Александр связывал своё будущее с железной дорогой, которая кормила большую семью Феклисовых и их родственников. Поэтому в 1922 году он стал учеником железнодорожной школы. 
В 1929 окончил семилетку. Ни у самого обладателя документа об образовании, ни у родителей не было определённых планов в отношении выбора профессии. Судьба как бы сама предлагала варианты. 
Биржа труда направила Александра учиться на слесаря по ремонту железнодорожных вагонов в школу ФЗУ при заводе имени Войтовича. 
В память начинающего железнодорожника навсегда врезался ремонт первого паровоза, его обкатка. Бригаде, в которую входили опытные рабочие и ученики-ремонтники, доверили вести первый дачный поезд по расписанию Москва-Обдираловка (так раньше называлась станция Железнодорожная Горьковской дороги). Весь путь до конечной станции составлял всего 25 километров. 
Когда поезд отправился, двадцать «фабзайчат» с ключами, молотками, маслёнками слушали, как работали на ходу различные узлы. 
На остановке все ребята спрыгивали, проверяли буксы и подшипники в дышлах, чтобы определить, не греются и не болтаются ли они.
Александр, вспоминая в кругу семьи первые трудовые годы, говорил: 
«С тех пор прошло более шестидесяти лет, этот первый в моей жизни пассажирский паровоз давно сдан на слом, но я до сих пор помню его номер – С-189». 
После окончания ФЗУ Феклисов пошёл работать помощником машиниста на паровоз. Гордился, что доверили серьёзное дело, да, к тому же, всегда был готов перенять опыт старших. 
Он по рассказам отца знал, сколько профессиональных секретов хранит каждая, даже самая простейшая профессия.
 Но радость была недолгой. Разоблачили подделку в копии метрического свидетельства. 
История была, на первый взгляд, безобидная. Юноше в голову не приходило, что последствия могут не просто повлиять на судьбу, а вообще испортить биографию. 
Дело было так. В копии метрического свидетельства Феклисов исправил дату рождения с 1914-го на 1912-й для того, чтобы иметь полных 18 лет, которые требовались для помощника машиниста. 
Но один из друзей-завистников наябедничал, доложил начальству о подделке. 
Первый опыт предательства… 
Комиссия по охране труда сняла Александра с паровоза. Он реагировал на это весьма бурно, сильно избив доносчика. Во избежание неприятностей пришлось уйти из депо и расстаться с мечтой жизни – стать машинистом и водить скорые поезда. 
Пошёл работать на завод.
Неизвестно, куда бы привела судьба, если бы в размеренную жизнь не вторглось чрезвычайное событие. 
Сгорел дом, в котором жила семья Феклисовых. Погорельцев расселили кого куда. Александр несколько ночей провёл в местной библиотеке. 

2.    НКВД. Новая страница биографии 

Всегда интересовавшийся физикой, химией и математикой, любознательный юноша взял с полки задачник «Уравнения высшей математики» Смирнова. Пытался решить – не получилось. 
Тогда он обратился к заводскому инженеру, который объяснил, что для решения таких задач необходимы институтские знания.
Так желание грызть гранит науки привело Феклисова в Московский институт инженеров связи. Амбициозный студент, способный к точным наукам, к четвёртому курсу стал отличником, а активное участие в комсомольских мероприятиях вывело его в лидеры не только на курсе, но и в институте в целом. 
Вместе с дипломом Феклисов получил предложение развить уникальные способности в Школе особого назначения НКВД. 
Это событие сыграло главенствующую роль во всей дальнейшей жизни. Ситуационно это выглядело так. Однажды его вызвали в ЦК ВКП (б), где состоялась беседа о возможности «перехода после окончания института на важную работу», характер которой не раскрыли. Он ответил: 
«Если вы считаете, что я подхожу для вас, я не возражаю».
 Важное решение. И принималось оно, видимо, интуитивно, потому что о разведке Феклисов тогда ничего не знал. 
Однако понимал, что ему доверяют, и это доверие нужно оправдать. К тому же предчувствие войны витало в воздухе. 
Молодые люди понимали, что защищать Родину придётся всеми возможными способами, в том числе и разведывательными. 
Будущий разведчик ещё не осознавал, что мобилизация в органы госбезопасности резко изменит образ жизни, оторвёт от родных мест, от родственников и друзей, среди которых он вырос, направит жизнь и работу по новой, хотя и сложной, но интересной дороге, откроет перспективы и горизонты, о которых даже не мечтал.
В Школе особого назначения в подмосковной Балашихе училось всего десять слушателей. 
По своему социальному происхождению все были детьми рабочих и крестьян, мобилизованными в органы госбезопасности после окончания технических вузов. 
Почему начальник разведки Павел Михайлович Фитин набирал кадры главным образом из числа молодых людей, окончивших технические учебные заведения? Он считал их более трудолюбивыми и изобретательными. 
Выпускников же гуманитарных институтов, по его убеждению, учили лишь «зубрёжке и болтовне». 
Годичная программа ШОН включала в себя изучение иностранных языков, спецдисциплин, отдельные вопросы истории ВКП (б), страноведение. 
Из десяти слушателей, окончивших разведывательную школу, в разведку взяли шестерых. 

3.    Дочь разведчика

Наталья Александровна Асатур встретила меня в уютной со вкусом обставленной квартире, проявляя осторожное радушие. 
Сразу отмечаю: в этой женщине читается не только достоинство, свойственное семьям такого статуса, но и значимость личного свидетельства исторических событий. 
О начале работы отца за границей она знает из многочисленных разговоров в семье об этом периоде, а также по собственным детским впечатлениям. 
– В первую командировку, которая пришлась на 1941-1946 годы, отец поехал стажёром под прикрытием работы в консульском отделе в Нью-Йорке. Нужно сказать, что это был уникальный случай, когда в зарубежную командировку направлялся неженатый сотрудник. В Москве на представлении Министру иностранных дел Вячеславу Молотову отсутствие жены у разведчика отмечалось как единственный недостаток. Молотов сказал: «Александр, ну как же вы так! На «холостом ходу» опасно ехать в такую серьёзную командировку. Там вам быстро подведут какую-нибудь красавицу». 
Начальник отдела кадров парировал: «Во время обучения в ШОН Феклисов был одним из лучших слушателей, на выпускных экзаменах получил отличные оценки по всем предметам. Он хорошо говорит по-английски, активно занимается спортом и не имеет вредных наклонностей. Происходит из рабочей семьи, несколько лет сам работал слесарем. В настоящее время у нас нет лучшего кандидата для направления в США. Что же касается его женитьбы, то, я думаю, к этой проблеме он относится серьёзно и не хочет брать в жёны первую попавшуюся девушку. В нашем Генконсульстве в Нью-Йорке, где он будет работать, есть незамужние девушки. Он может жениться там. Я за то, чтобы послать Феклисова в США».
И на самом деле так вышло. Мама закончила иняз и с группой девушек была направлена в Америку для практики в языке, изучения делопроизводства и стенографии. Отец принимал у стажёрок экзамены. Мама получила самый высокий балл. Красавица и умница сразу понравилась экзаменатору. 
Так сошлись две судьбы. Мама была не просто тылом для разведчика. Она, как многие жёны работавших под прикрытием, полностью разделяла все трудности конспиративной жизни, была полноценным соратником в этом деле. 
Работа в Генеральном консульстве СССР в Нью-Йорке в качестве стажера выпала на начало 1941 года. Неспокойное время. Через несколько месяцев началась Великая Отечественная война. Под псевдонимом Фомин Александр Семенович все военные годы руководил группой важных агентов. 
Жизнь распорядилась таким образом, что за тридцать пять лет службы в разведке Феклисову довелось трижды быть участником событий исторического значения. 
Это встречи с радиоинженером Юлиусом Розенбергом, американским коммунистом, обвинённым впоследствии в шпионаже в пользу Советского Союза, а также с английским подданным, знаменитым учёным-атомщиком Клаусом Фуксом, сыгравшим ключевую роль в похищении секретов атомного оружия, немецким коммунистом и советским разведчиком. 
Третьим в этом списке стоит известный американский журналист Джон Скали, который способствовал диалогу между СССР и США во время Карибского кризиса в 1962 году.

4.    Игра на выживание

Наталья Александровна из воспоминаний отца знает, как он переживал, что в тяжёлые военные годы не защищал страну с оружием в руках. 
Но работа с американскими антифашистами была не менее опасна и во многом даже более продуктивна. Чего стоили контакты с Юлиусом Розенбергом! Антифашисты приносили информацию по электронике, радиолокации, авиационной технике. 
Как Феклисову удавалось долгие годы сохранять конспирацию, добывать секретные сведения о разработках во многих областях науки и техники? 
И не только в Америке, но потом в Англии, где немецкий физик-ядерщик, участник Манхэттенского проекта Клаус Фукс добровольно начал передавать секреты по атомной бомбе. 
На этот вопрос Наталья Александровна отвечает, перелистывая семейный альбом, в котором запечатлены моменты биографии разведчика: 
– Отец был настоящим русским богатырём. Физическое здоровье и сила духа в такой профессии значат очень много. К тому же у него было хорошее техническое образование и цепкий ум. Заурядных в разведке не было. Нужно отметить, что большинство иностранных учёных работали с советской разведкой не за деньги, а по убеждениям. Например, Клаус Фукс понимал, что атомное оружие во избежание войны не должно быть только у одного государства.

5.    Американские горки

Вторая командировка Александра Феклисова в Америку началась, когда холодная война явно переходила в стадию горячей. Это уже Карибский кризис, разразившийся в октябре 1962 года, связанный с сильнейшими политическими и военными проблемами. 
Наталья Александровна Асатур говорит об этом периоде так: 
– Как только американцы обнаружили на Кубе советские ракетные установки с ядерными боеголовками, с отцом, который официально был работником советского посольства, связался Джон Скали – политический обозреватель телевизионного центра Эй-би-си. Он также был неофициальным уполномоченный Президента США Джона Кеннеди. У отца с Джоном Скали были хорошие отношения. 
Дочь Александра Семеновича знает об этом периоде жизни достаточно много. Феклисов уже после рассекречивания его деятельности не скрывал перипетий тех дней. 
– Скали 22 октября позвонил моему отцу и сказал: «Что же это вы так себя ведёте? Вы считаете, что Кеннеди молодой президент и поддастся на провокацию?». 
Оба понимали, что очередная мировая война на пороге. Затем была вторая встреча, на которой Скали без обиняков сказал, что по поручению высшей власти предлагаются следующие условия урегулирования конфликта: СССР убирает ракетные установки с Кубы, а США прекращают планировать вторжение на остров. Отец пошёл в посольство, составил телеграмму в Москву. Хотел подписать её у посла СССР в США Анатолия Добрынина, но тот отказался. И причина была веская – отец не был официально уполномочен вести такие переговоры. Однако времени на формальности не оставалось. Тогда отец по своим каналам отправил эту телеграмму в Центр. 
28 октября рано утром пришёл ответ от Хрущева – и все вздохнули с облегчением. Конфликт был разрешён. 
Советский и американский лидеры, конечно, имели и другие неофициальные каналы обмена информацией. Но для урегулирования кризиса использовались все возможности.

6.    История от первого лица

В последние годы жизни к Александру Семёновичу обращались и русские, и американские корреспонденты с просьбой рассказать о работе с Юлиусом Розенбергом в военные годы, но, связанный позицией руководства внешней разведки, он вынужден был отвечать отказом. 
В начале 1993 года лучший друг и соратник Феклисова Анатолий Яцков, который также проводил ответственные операции по сбору особо секретной и важной информации Манхэттенского проекта, несколько раз говорил: 
«Саня, у меня к тебе последняя убедительная просьба: напиши правду о Юлиусе Розенберге. Я не успел этого сделать, поэтому сделай это ты».
Для нашего героя было самым трудным написать о первой разведывательной миссии. Людям, хоть немного интересующимся историей разведки, известно, что супруги Юлиус и Этель Розенберги – американские коммунисты, обвинённые в атомном шпионаже в пользу Советского Союза. 
Несмотря на волну возмущения после вердикта суда, поднявшуюся по всему миру, и практически полное отсутствие улик против Розенбергов, в США был исполнен смертный приговор. 
Даже ради спасения собственной жизни супруги отказались оговаривать знакомых или просить прощения за свои взгляды. 
Сама казнь описывалась современниками как маленькое шоу, проигранное ради спасения «заблудших душ»: 
«19 июня 1953 года в камеру федеральной тюрьмы Синг-Синг в штате Нью-Йорк, где содержалась Этель Розенберг, вошёл тюремный раввин.
– Юлиус мёртв, – обратился он к женщине, – но ты ещё можешь спастись. Просто назови любое имя. Подумай, ведь ты оставляешь сиротами своих сыновей! – У меня нет никаких имён, – ответила женщина, – я невиновна. Я готова умереть.
Когда эту маленькую хрупкую женщину посадили на электрический стул, даже у видавших виды тюремщиков сжалось сердце. 
Первый пуск тока не смог убить Этель Розенберг, её умертвили лишь со второй попытки».
Александр Семёнович всё же написал книгу об этом периоде своей разведывательной работы. 

7.    Дела семейные

Самое счастливое время для семьи Феклисовых – это спокойные пятидесятые годы, перед второй командировкой в Америку. 
Александр Семёнович работал заместителем главного советника по разведке при МВД Чехословакии. 
«Ваш папа – самый смелый человек на свете, – говорила своим детям мама Зинаида Васильевна Феклисова. – Учите английский, выйдите замуж за разведчиков и тоже начнёте помогать мужьям в их работе». 
Сама она была идеальной женой резидента, а по-английски, пожалуй, говорила лучше мужа.
Наталья Александровна вспоминает, как отец в те годы воспитывал её.
– У нас с сестрой был диатез. Шоколад прятали от нас, но я знала все тайники. Как-то мама с сестрой уехали отдыхать в Карловы Вары. Я осталась с отцом. Он сказал: «Наташа, мы с тобой будем вырабатывать характер. Я на стол кладу две шоколадки – «Золотой ярлык» и «Серебряный ярлык». Ты должна проявить волю и не трогать их до приезда мамы». 
Что я делала? Я вскрывала шоколад, с изнаночный стороны аккуратно стесывала плитки и возвращала обёртку в изначальный вид. Папа каждый день убеждался, что обе шоколадки надёжно запечатаны. 
В день приезда мамы к нам в гости пришли чехи. Отец решил похвастаться своими педагогическими способностями и рассказал о своём эксперименте. Прозорливая мама (недаром соратница разведчика) тут же бросилась к столу, попыталась поднять плитки. Обёртка обмякла! Там были только крошки! Чехи рассмеялись и сказали: «Друг Александр, ты растишь себе достойную смену». 

Александр Семёнович Феклисов с дочерью Натальей Александровной

Гриф «секретно» с биографии Александра Феклисова снят. Но многие её страницы остаются неизвестными.
С 1964 года Феклисов работал в руководстве Первого Главного управлении КГБ СССР. С 1968 года он был заместителем начальника, затем начальником Краснознамённого института КГБ при Совете Министров СССР. С 1974 года – в отставке. Награждён медалью «Золотая Звезда» Героя Российской Федерации, орденами Отечественной войны 2-й степени, двумя орденами Трудового Красного Знамени, двумя орденами Красной Звезды, орденом «Знак Почёта», знаком «Почётный сотрудник Службы внешней разведки».
Ушел из жизни в 93 года. 
Имена героев разведки дней сегодняшних узнают, видимо, наши потомки. 

 

Фото из семейного архива Феклисовых.

5
1
Средняя оценка: 2.80556
Проголосовало: 36