День памяти России… Призрак крепостничества за дверями великой реформы

165 лет назад произошла знаменательная отмена крепостного права в России, также известная как Крестьянская реформа. Явилась первой и наиболее значимой из «великих реформ» Александра II, за что последний был удостоен особого эпитета в русской историографии — Освободитель. Отмена провозглашена Манифестом от 3 марта 1861 г.

Начало марта... Питерское суровое «новогодье» 61-го с пиком до -30° и ниже в январе-феврале ещё не отпустило блоковский «скифский город» — сырой ветер с Невы, серое небо, низкие облака. Будто само божье Провидение медлило объявить перемену к теплу. В Зимнем дворце, в одном из кабинетов, где обычно решались грандиозные судьбы армий и границ, на сей раз рассматривалась судьба двадцати трёх миллионов душ.
Александр II стоял у окна. Руки за спиной. Перо лежало на столе, чернила ещё не высохли на манифесте: «О всемилостивейшем даровании…» — начинался документ. Но в этих торжественных строках сквозила усталость человека, который пять лет нёс на себе неподъёмный груз: и страх бунта, и ярость дворян, и глухое тяжёлое молчание деревни. Император знал: лучше сверху, чем снизу. Лучше пером, чем топором. Лучше полуправда реформы, чем правда пугачёвского пожара!
А в это время по бескрайним снежным полям России уже ехали курьеры с экземплярами манифеста. В санях, обёрнутых рогожей, почтовых тройках, кибитках — бумага, должная в клочья разорвать многовековую цепь. И когда через несколько дней — в Прощёное воскресенье 17 марта — священники в церквях после литургии начинали читать текст, в храмах наступала та тишина, которую невозможно забыть. Мужики в потёртых армяках и старых лаптях стояли неподвижно. Женщины прижимали к груди платки. Дети, не понимая слов, чувствовали: что-то огромное закончилось и что-то невероятное начинается...

«Крепостное право… упраздняется навсегда»

Борис Кустодиев. «Освобождение крестьян. Чтение манифеста». Картина 1907 г.

Фразы падали тяжело, вязко, — как камни в застоялую воду. Кто-то крестился, кто — плакал тихо; кто-то смотрел в пустоту, — не веря ни-че-му. В иных местах раздавались крики «Ура!», в других — гробовое молчание. А где-то уже шептались: «А земля-то чья будет?» — Потому что манифест даровал свободу личности, — но не свободу от нужды. Даровал право называться человеком, — но оставлял за «душой» выкупные платежи, отработки, отрезки, временнообязанное состояние. Цепи с рук сняли. Цепи с земли — только ослабили. И всё же то было разломом. Тектоническим сломом… Как будто гигантский зверь — тысячелетняя русская держава — на мгновение остановил дыхание и… шумно выдохнул. Миллионами лёгких. Выдохнул страхом, надеждой, недоверием, благодарностью, злостью за потерянное прошлое, в конце концов.
Кто-то в сей холодный мартовский день впервые в жизни подписался своим именем заместо традиционного крестика. Другой — вдруг услыхал, как его называют не «душой», а — «крестьянином», «сельским обывателем» — по-человечьи!! Кто-то в тот же вечер наклюкался до чёрного света — от горя, что «волю дали, да без земли». Кто и молился всю ночь — за царя-освободителя. Россия 3 марта 1861 г. стала страной, которая уже не могла оставаться прежней. Потому что однажды утром миллионы человек проснулись и поняли: их тело больше никому не принадлежит. Дальше началась другая, долгая, мучительная и кровавая история — история людей, учившихся быть свободными на земле, их ещё не отпустившей.
Но тот первый выдох свободы — слава богу, прозвучал. И его уже невозможно было взять назад.
Отмена крепостного права 19 февраля (3 марта) 1861 г. — глубочайший разлом в русской истории XIX в. Это не был чистый триумф свободы — скорее некий компромисс, пропитанный кровью старого порядка и неизбывной тревогой нового, неведомого грядущего. Последствия реформы растеклись по всем слоям общества, как круги по воде от брошенного камня, и расходились десятилетиями, а некоторые — не утихли и в следующем веке…

Экономические последствия

Худ. Н.Богданов-Бельский, «Новые хозяева. Чаепитие». 1913 г.,
собрание Государственного художественного музея Алтайского края.
Изображена семья богатых крестьян, купившая поместье разорившегося дворянина.

Последствия оказались двойственными, почти полярными... С одной стороны — мощный рывок вперёд. Личная свобода крестьян высвободила огромные человеческие ресурсы. Появился рынок вакансий — сонмы людей могли (хоть и с трудом) уходить в города: на фабрики, стройки железных дорог. За первые 20-25 лет после реформы экономика совершила колоссальный скачок: сеть ж/д выросла в десятки раз; промышленность получила приток дешёвой рабочей силы, начался настоящий капиталистический бум. Современные исследования показывают: резкий рост сельскохозяйственной производительности, улучшение питания крестьян, снижение смертности. Так, в провинциях с высокой долей крепостных до реформы —  после 1861 г. наблюдался заметный подъём уровня жизни одномоментно с индустриальным развитием.
С другой стороны — тяжёлая цена для деревни. Крестьяне получили личную свободу, но земля осталась преимущественно в руках помещиков. Наделы часто урезались (особенно в чернозёмных губерниях — «отрезки»), лучшие земли оставались у владельцев. Выкупные платежи были завышены в 1,5-2,5 раза по сравнению с рыночной стоимостью земли — крестьяне фактически выплачивали за свою же землю грабительские цены, попадая в долговую кабалу на десятилетия (выкупные платежи окончательно отменили только в 1907 году). Малоземелье, отработки (когда крестьянин обрабатывал помещичий надел за аренду или долг); сохранение общины с её круговой порукой и переделами — всё это тормозило развитие товарного сельского хозяйства. Многие усадьбы разорялись, рос слой сельских пролетариев — безземельных батраков, уходивших в города на сезонные заработки. Голодовки 1891—1892 годов стали прямым отголоском этих проблем.

Аграрный кризис Российской империи конца XIX в.

Голод 1891—1892 годов

​

Социальные последствия 

Тут ещё драматичней… Крестьяне получили личную свободу — их больше нельзя было продавать, дарить, переселять без их воли, подвергать телесным наказаниям по прихоти помещика (с 1863 г. телесные наказания вообще отменены для всех). Но психологически реформа воспринималась как обман: «Волю дали, да без земли». В 1861—1863 годах прокатилась волна крестьянских выступлений — более 2 000 волнений. Крупнейшие — в Бездне и Кандеевке — подавлялись войсками. Эти два случая стали символами жестокости подавления и разочарования в реформе. После них (и особенно после 1863 г.) волна пошла на спад: в 1864 г. — уже всего около 150-200 выступлений. Реформа спасла страну от всеобщего бунта (как боялись в 1850-е), но оставила глубокий социальный надрыв, который потом «аукнулся» в 1905—1907 и 1917 годах. Крестьяне так и не простили «обмана с землёй».
Они ждали «настоящей воли» — полной земли без выкупа. Вместо того — получили временнообязанное состояние (до выкупа), общинную зависимость, паспортный контроль: до 1906 г. крестьянин не мог уйти без согласия общины и уплаты недоимок. В свою очередь, помещики потеряли дармовую рабсилу и часть земель — многие разорились, продавали имения, уходили в города, превращались в чиновников или рантье. Дворянство как сословие начало терять экономическую основу. В деревне шло расслоение: выделились кулаки (сельская буржуазия), середняки и бедняки-батраки. Община, которую сохранили как гарант стабильности, на деле тормозила инициативу и усиливала социальное напряжение.

Политические последствия 

Сии последствия — оказались самыми долгосрочными и роковыми… Реформа запустила цепную реакцию «великих реформ» 1860—1870-х: земская, судебная, городская, военная — всё это стало возможным только после 1861 года. Автократия вынуждена была делиться властью с новыми институтами, допускать элементы самоуправления и гласности. Вообще эпоха 1860—1870-х — уникальнейший момент, когда самодержавие добровольно (хоть и под давлением поражения в Крымской войне и угрозы бунтов) пошло на либерализацию, но — не дойдя до конституции. Россия стала «полуконституционной» монархией без главного Закона — и это напряжение определило всю вторую половину XIX—начало XX вв.

Реформы в Российской империи после 1861 года

​

​

Большинство «великих реформ» были инициированы при Александр II. Контрреформы проводились в период правления Александр III. Аграрные преобразования начала XX века связаны с курсом Петра Столыпина.

Великие реформы и контрреформы: сравнительная таблица

​

Аналитическая таблица исторического маятника

​Крестьянский же вопрос остался нерешённым — то была бомба замедленного действия. Недовольство землёй, выкупными платежами, общинным гнётом копилось десятилетиями. Именно аграрный кризис стал одной из главных причин революции 1905—1907 годов («чёрный передел» — лозунг крестьян), а затем — событий 1917 года. Ленин не случайно писал: «1861 год породил 1905-й». В итоге реформа 1861 года не сделала Россию другой страной мгновенно. Сделала неким фонвизинским «вольным» государством, — опиравшимся, понятно, на платоновские догматы,  — которое уже не могло вернуться назад. Но и быстро пойти вперёд без новых потрясений не могло тоже.

Реформа дала свободу, так сказать, телу, — оставив в цепях землю и долг, и долги. Открыла дверь капитализму, — заткнув «за шкаф» в сенках всесущий призрак крепостничества. Освободила миллионы, — плотно посеяв семена будущих бурь. И — таким образом Россия следующие полвека жила в сем напряжении — меж мнемониками понятий «уже не крепостной» и — «ещё несвободный»…

​