Род — забытый бог древних славян

ПРОДОЛЖЕНИЕ. ПРЕДЫДУЩЕЕ ЗДЕСЬ. НАЧАЛО ЗДЕСЬ

В славянской мифологии есть боги, которых мы вроде бы знаем хорошо. Перун — громовержец и покровитель княжеской дружины. Велес — персонаж, связанный со скотом, богатством и, вероятно, миром умерших. Мокошь — загадочное женское божество. Но существует ещё одно имя, значительно более таинственное. Род...

Само это слово кажется настолько понятным русскому человеку, что почти не воспринимается как имя божества: род, родня, родить, рождение, родоначальник, народ, природа… Не скрывается ли за этой цепочкой слов память о чрезвычайно древнем представлении — о некой силе, которая даёт жизнь человеку и соединяет поколения? Именно здесь начинается одна из самых интересных загадок славянского язычества.

Бог, о котором почти ничего не известно, или Трапеза Роду и рожаницам

Главная проблема заключается в том, что собственно славянских языческих текстов до нас практически не дошло. Мы не располагаем ни славянской «Илиадой», ни подробным сводом мифов наподобие греческого. Большая часть сведений о дохристианских верованиях восточных славян содержится в летописях и — что особенно важно — в христианских поучениях против язычества. И там имя Рода действительно появляется. Причём почти всегда рядом с ним стоят рожаницы. [Именно рожАницы, через «а»: мифологические существа, связанные с рождением и судьбой; не «рожЕницы» в современном значении.] В древнерусских церковных текстах осуждаются люди, которые продолжают «ставить трапезу Роду и рожаницам». В некоторых памятниках говорится также о песнях и жертвенной пище, посвящённых им. Исследовавший эти тексты Николай Гальковский ещё в начале XX века отмечал, что почитание Рода и рожаниц принадлежит к наиболее сложным и тёмным вопросам древнерусской религии. Сам факт подобных обличений чрезвычайно важен. Христианский проповедник обычно не стал бы десятилетиями и столетиями бороться с обычаем, которого не существовало. Значит, какие-то обряды, связанные с Родом и рожаницами, действительно продолжали жить уже после Крещения Руси. Причём они могли существовать очень долго.
Перед нами возникает характерная картина. Дом. Семья. Рождение ребёнка или важный семейный праздник. На стол ставится особая пища. Возможно, произносятся пожелания благополучия и счастливой судьбы. Это совсем не похоже на официальный государственный культ. Здесь нет княжеской дружины, огромных идолов и воинственных обрядов. Это скорее домашняя религия семьи и продолжения рода. Древнерусские церковные авторы неоднократно упоминают именно трапезы, посвящённые Роду и рожаницам. Из этих текстов можно достаточно уверенно заключить, что обряд был связан с пищей и коллективным семейным почитанием. Но подробного языческого ритуала источники не сохранили. И здесь особенно важны рожаницы.
Само слово прозрачно связано с рождением. В славянской традиции подобные женские сверхъестественные существа могли восприниматься как силы, присутствующие при появлении человека на свет и определяющие его дальнейшую судьбу. Подобные представления известны и у других славянских народов. Исследователи сопоставляли русских рожаниц с южнославянскими существами судьбы, которые посещают новорождённого и определяют его жизненную участь. Посему сочетание «Род и рожаницы» выглядит вполне закономерным.

Мужское начало — Род.
Женские силы рождения — рожаницы.
А в центре всего — появление нового человека.

Кто такой Род?.. И странное его отсутствие

И вот здесь начинается спор. Самая впечатляющая реконструкция принадлежит археологу и историку Борису Александровичу Рыбакову. В знаменитой книге «Язычество древних славян», вышедшей в 1981 году, а затем в «Язычестве Древней Руси» Рыбаков попытался восстановить древнейшие этапы развития славянской религии, используя археологию, фольклор, орнаменты, средневековые церковные тексты и сравнительную мифологию. В его реконструкции Род оказался фигурой почти космического масштаба. Рыбаков предполагал, что на определённом этапе славянской истории Род мог быть одним из центральных, а возможно, и верховным божеством. Он связывал его с рождением всего живого, плодородием, небом, дождём и жизненной силой природы. Получалась грандиозная схема. Сначала — древнейшие духи и силы природы. Затем — Род и рожаницы. Позднее, с развитием княжеской власти и военной организации общества, на первый план выходит Перун. Подобное представление действительно встречается в изложениях концепции Рыбакова: Род выступает древним божеством плодородия и мироустройства, постепенно уступившим своё место более воинственному Перуну. Версия эффектная. Но — есть проблемка... Прямых древнерусских свидетельств о Роде как о верховном создателе мира у нас чрезвычайно мало! Есть один особенно сильный аргумент против слишком смелой реконструкции. В 980 году князь Владимир Святославич устроил в Киеве знаменитое языческое святилище. Летописная традиция перечисляет богов княжеского пантеона:

Перуна,
Хорса,
Дажьбога,
Стрибога,
Симаргла,
Мокошь.
Рода среди них нет.

Отсутствие сие — трудно игнорировать… Ежели Род действительно был общепризнанным верховным богом восточных славян конца X века, почему Владимир не включил его в государственный пантеон? Рыбаков объяснял это исторической сменой религиозных эпох: культ Рода, по его мнению, был гораздо древнее, а к эпохе Владимира государственный характер приобрёл прежде всего культ Перуна. В своей реконструкции он даже противопоставлял более древний культ Рода позднейшему княжескому пантеону. Но это уже именно реконструкция, а не прямое сообщение источника. И различие здесь принципиально.
Мы знаем, что Род упоминается в древнерусских текстах. Знаем, что существовали трапезы Роду и рожаницам. Но утверждать на основании этих сведений, что Род был когда-то главным богом всех славян, значительно сложнее. Отсюда вопрос: «Род — бог или само понятие рода?» — Появилась и другая трактовка. Некоторые исследователи предполагали, что средневековые авторы могли воспринимать в качестве отдельного божества то, что изначально было более расплывчатым представлением о роде, рождении, судьбе или силе предков. Археолог Лев Клейн, например, гораздо скептичнее относился к реконструкциям Рода как великого славянского бога. В историографии существуют позиции вплоть до сомнения в том, что перед нами вообще самостоятельное божество в том смысле, который мы вкладываем в слово «бог». Это не означает, что Род был просто выдуман позднейшими книжниками.
Источники слишком настойчиво соединяют его с рожаницами и реальными обрядами. Но вполне возможно, что мы пытаемся представить славянскую религию слишком похожей на греческую. Там есть Зевс, Афина, Аполлон — личности с характерами, биографиями и сложными семейными отношениями. Древнейшие верования славян могли быть устроены иначе. Божество не обязательно должно было иметь подробную мифологическую «биографию». Иногда почиталась сама сила — плодородие, судьба, гром, огонь, рождение. В таком случае Род мог олицетворять не просто конкретного персонажа, а — сам принцип возникновения и продолжения жизни.

Род, родители, родина… Где здесь предки?

Необыкновенно соблазнительно построить вокруг имени Рода целую языковую вселенную:

род,
родить,
родители,
родич,
родня,
родина,
народ,
природа.

Действительно, многие из этих слов восходят к древнему общеславянскому корню, связанному с рождением, происхождением и принадлежностью. Но здесь нужно соблюдать осторожность. Само существование родственных слов ещё не доказывает, что все они непосредственно произошли от имени языческого бога. Гораздо вероятнее обратное: имя или обозначение Рода принадлежало к древнейшему кругу понятий, связанных с рождением и происхождением. И именно поэтому оно кажется нам столь естественным. За одним словом стояла огромная область человеческой жизни:

Человек не существовал сам по себе.
Он был сыном своего отца.
Внуком своего деда.
Продолжателем семьи.
Членом рода.

Его существование связывало умерших предков, живущих родственников и ещё неродившихся потомков. В таком мире рождение ребёнка становилось не просто семейным событием. Это был момент, когда род продолжал существовать. Именно поэтому культ Рода иногда связывают и с почитанием умерших предков. Но доказательства здесь косвенные. В древнеславянской культуре действительно существовали обряды поминовения умерших, домашние трапезы и представления о продолжающейся связи живых с покойными. Однако автоматически превращать Рода в «бога всех предков» было бы слишком смело. Вероятнее — говорить о целом комплексе представлений: рождение—семья—продолжение рода—судьба—предки. Все эти понятия для традиционного общества были тесно переплетены. Рождение нового человека одновременно означало продолжение линии предков. Поэтому Род мог занимать особое место именно на границе между прошлым и будущим семьи.

Двоеверие. Почему церковь так долго боролась с Родом?

Есть ещё одна деталь. После Крещения Руси культ официальных богов сравнительно быстро потерял государственную поддержку. Идолов можно было свергнуть. Капища — уничтожить. Жреческие обряды — запретить. Но значительно труднее уничтожить обычай, происходящий внутри семьи. Как запретить бабушке приготовить особую кашу после рождения ребёнка? Как проконтролировать домашнюю трапезу? Как отделить древнее пожелание счастливой судьбы новорождённому от обычного семейного праздника? Именно поэтому домашние обряды могли переживать официальное язычество очень долго. Средневековые церковные тексты неоднократно жалуются на смешение христианских молитв и прежних обычаев — явление, которое позднейшие историки часто описывали как двоеверие. Старые боги исчезали. Но старые привычки продолжали жить. И да… Вопрос вопросов: таки был ли Род отцом всех богов?! Вот здесь необходимо отделить мух от котлет: древность от современности. Сегодня в интернете можно встретить подробные рассказы типа:

Род создал Вселенную.
Из Рода появились все славянские боги.
Род породил Белобога и Чернобога.
Род является абсолютным славянским богом-творцом.

Да, но… Проблема заключается в том, что подробной древней мифологии подобного порядка источники нам не сохранили. Главным образом — поздние реконструкции, иногда научные гипотезы XX века, а иногда уже современное мифотворчество. Мы просто не располагаем древнеславянским текстом, в котором рассказывалось бы, дескать: «Вначале был Род, затем он создал мир и породил остальных богов». — Такого источника нет. Посему изображать подобную историю как установленный факт нельзя. Но — от этого настоящий Род становится не менее интересным. Наоборот.
Мы даже не знаем наверняка, как должен был выглядеть Род. Нет общепризнанного древнего изображения, на котором можно было бы уверенно написать: «Вот Род». Некоторые археологические памятники Рыбаков связывал с этим божеством. Особенно далеко он продвинулся в интерпретации знаменитого Збручского идола, пытаясь увидеть в его композиции целую систему славянского мироздания. Однако подобные атрибуции остаются дискуссионными. Получается удивительный бог. Без сохранившейся биографии. Без достоверного портрета. Без собственного большого мифа. И всё же — имя его прошло через столетия. Возможно, именно здесь и находится ключ... Для человека древнего общества важнейшей формой бессмертия был род. Человек умирал, но оставались дети. Птом внуки. Правнуки. Сохранялось имя семьи, сохранялась земля. Память о предках. И если попытаться осторожно реконструировать смысл почитания Рода, то перед нами возникает вовсе не обязательно седобородый «славянский Зевс», сидящий где-то на облаках. Перед нами — нечто значительно более древнее: вроде самой исконной идеи непрерывности жизни.
Человек приходит в мир не из пустоты. За его спиной стоят поколения. После него должны появиться новые. В сей бесконечной цепи он всего лишь одно звено, сильное, слабое, неважно. Наверное, поэтому имя загадочного Рода оказалось удивительно живучим. Перуна давно перестали просить послать гром. Дажьбогу не приносят жертв. Но русский язык ежедневно произносит:

род.
родители.
родные.
родина.

И даже если мы никогда уже не узнаем точно, каким представляли Рода тысячу лет назад, сама древняя идея, стоявшая за этим именем, остаётся понятной. Человек смертен: род продолжается.

От редактора. На первый взгляд Род — фигура исключительно славянского мира. Но стоит выйти за пределы Древней Руси, и становится заметно, что сама идея священного рода, покровительства предков и непрерывности поколений была знакома едва ли не всей древней Европе. У римлян существовали домашние лары и пенаты, у скандинавов судьбу человека и рода связывали с норнами, у балтийских народов веками сохранялись представления о сакральной связи семьи, земли и предков. Подобные мотивы можно обнаружить и значительно дальше — в древних индоевропейских традициях. Поэтому разговор о Роде — не только рассказ о славянском язычестве. Это — возможность увидеть, как разные народы пытались ответить на одни и те же вопросы: откуда приходит человек, что связывает поколения, кто хранит семью и почему память о предках воспринималась как одна из основ миропорядка. Об этом — далее…

​