Американская история президентского правосудия

Неделю назад, 29 сентября 2026 года в Вашингтоне снова заговорили о делах, которые ещё совсем недавно могли изменить политическую историю Соединённых Штатов. В девять утра в зале 216 здания Сената Харта начались слушания юридического комитета Сената. Перед сенаторами сидел Джек Смит — бывший специальный прокурор Министерства юстиции США, человек, которому было поручено расследовать сразу два уголовных дела против Дональда Трампа. К тому моменту оба дела уже были прекращены...

Трамп снова находился в Белом доме, Смит давно покинул должность, однако история, казалось бы оставшаяся в бурных 2023—2024 годах, неожиданно вернулась на Капитолийский холм. Официальное название заседания, сформулированное республиканским большинством комитета, прямо говорило о предполагаемом «злоупотреблении полномочиями» со стороны Смита. Сам бывший прокурор обвинения в политически мотивированном расследовании отвергал и настаивал, что действовал в соответствии с законом и правилами Министерства юстиции. Демократы защищали законность расследований, республиканцы подвергали методы следствия резкой критике. Спор оказался удивительно живым для истории об уголовных процессах, которых в прежнем виде уже не существует. И это хороший повод вспомнить, что же произошло. Потому что когда говорят, что против Трампа было возбуждено «четыре уголовных дела», это не газетное преувеличение. В 2023 году бывший президент действительно оказался обвиняемым сразу в четырёх отдельных уголовных производствах — двух федеральных и двух на уровне штатов. Первоначально ему предъявили в общей сложности 91 пункт обвинения. До Трампа подобного с бывшим президентом Соединённых Штатов не происходило. А затем произошло нечто ещё более необычное: он выиграл президентские выборы и вернулся в Белый дом! И американскому праву пришлось столкнуться с ситуацией, которую его создатели два с лишним столетия назад подробно не прописали.

Дело первое. Нью-Йорк

Слева направо: Сторми Дэниэлс, Майкл Коэн и Дональд Трамп.
Фото: Glenn Francis / Wikimedia Commons, IowaPolitics.com / Wikimedia Commons, Gage Skidmore / Wikimedia Commons.

История самого успешного для обвинения дела начиналась вовсе не с государственных секретов, мятежа или международной политики. Начиналась она со 130 тысяч долларов. Незадолго до президентских выборов 2016 года адвокат и давний помощник Трампа Майкл Коэн выплатил эти деньги актрисе фильмов для взрослых Сторми Дэниэлс. Она утверждала, что ранее имела сексуальную связь с Трампом; сам Трамп это отрицал. Уголовное дело, однако, касалось не самого факта выплаты денег за молчание. В центре процесса оказались документы, которыми впоследствии оформлялось возмещение средств Коэну. Прокуратура Манхэттена утверждала, что деловые записи были фальсифицированы с целью скрыть истинное назначение платежей. Отсюда и необычное число обвинений — 34 эпизода фальсификации деловой документации.
30 мая 2024 года присяжные признали Трампа виновным по всем 34 пунктам. Это был исторический момент: никогда прежде бывший президент США не получал обвинительный приговор по уголовному делу. 10 января 2025 года судья Хуан Мерчан назначил крайне необычное наказание — unconditional discharge, то есть освобождение без какого-либо дополнительного наказания. Ни тюрьмы, ни штрафа, ни испытательного срока. Формально обвинительный приговор оставался, но наказание к нему не прилагалось.
Причина такого решения понятна: через десять дней осуждённый должен был вступить в должность президента Соединённых Штатов. Получилась конструкция, которую американская история прежде просто не знала: осуждённый по уголовному делу президент отправлялся не в тюрьму и не на испытательный срок, а — в Белый дом. Трамп — продолжил добиваться отмены приговора. 28 августа 2026 года федеральный судья Элвин Хеллерстайн вновь отказался перенести уже рассмотренное нью-йоркское дело в федеральную юрисдикцию. Судья счёл, что речь шла о личном, а не официальном поведении президента и потому президентский иммунитет здесь не уничтожает обвинительный приговор. Трамп продолжает его обжаловать. Именно это дело из четырёх остаётся принципиально отличным от остальных: оно единственное дошло до суда присяжных и приговора.

Дело второе. Мар-а-Лаго и Уотергейт

Вторая история выглядела совершенно иначе. После окончания первого президентского срока Трампа Национальное управление архивов и документации США начало добиваться возвращения материалов, которые должны были находиться в распоряжении государства. Дальше последовали переговоры, передача части документов, повестка большого жюри и, наконец, обыск ФБР в резиденции Трампа Мар-а-Лаго во Флориде в августе 2022 года. Федеральное обвинение в окончательном варианте насчитывало 40 пунктов. Среди них были обвинения в умышленном хранении информации, относящейся к национальной обороне, а также обвинения, связанные с предполагаемым воспрепятствованием расследованию. В материалах обвинения фигурировали документы с высокими грифами секретности. Для американской истории сама тема была болезненно знакомой.
Президентская власть в Соединённых Штатах неоднократно сталкивалась с вопросом: где заканчивается право президента на конфиденциальность и начинается право суда требовать доказательства? Самый известный ответ был дан летом 1974 года. Во время Уотергейтского скандала президент Ричард Никсон пытался не передавать прокуратуре записи разговоров, сделанных системой звукозаписи Белого дома, ссылаясь на президентскую привилегию. Дело дошло до Верховного суда. В деле United States v. Nixon судьи единогласно решили, что президентская привилегия не является абсолютной и не может сама по себе закрыть доказательства от уголовного правосудия. Через две недели после решения суда Никсон объявил об отставке. Но до уголовного суда бывший президент так и не дошёл…
Большое жюри назвало его «непривлечённым соучастником» — unindicted co-conspirator. Возможность предъявления обвинения после ухода Никсона действительно рассматривалась специальной прокуратурой. Однако 8 сентября 1974 года новый президент Джеральд Форд предоставил Никсону полное президентское помилование за возможные федеральные преступления, совершённые им в период президентства. Вот одно из принципиальных отличий эпохи Никсона от эпохи Трампа: Никсон ушёл из Белого дома прежде, чем вопрос об уголовном преследовании дошёл до суда. Трамп, напротив, уже после предъявления обвинений вернулся в Белый дом. Флоридское дело Трампа также до присяжных не дошло.
В июле 2024 года федеральный судья Эйлин Кэннон прекратила его, решив, что назначение Джека Смита специальным прокурором было юридически неправомерным. Прокуратура обжаловала постановление, однако после победы Трампа на выборах от дальнейшей попытки восстановить дело против него отказалась. В ноябре 2024 года апелляционный суд прекратил соответствующую часть производства. Сие — важная оговорка: прекращение дела не было вердиктом присяжных о виновности или невиновности Трампа. Такого процесса просто не состоялось.

Дело третье. Вашингтон

Третье уголовное дело было, пожалуй, самым тесно связанным непосредственно с институтом президентской власти. 1 августа 2023 года федеральное большое жюри предъявило Трампу обвинение по четырём пунктам. Они касались его действий после президентских выборов 2020 года и попыток помешать установленной процедуре утверждения их результатов. Среди обвинений были сговор с целью обмана Соединённых Штатов, сговор против прав граждан и преступления, связанные с воспрепятствованием официальной процедуре Конгресса. Трамп вину отрицал и утверждал, что преследование носит политический характер. Дело быстро упёрлось в вопрос, старый почти как сама американская республика: «Можно ли судить президента за действия, совершённые им в качестве президента?» — Ответ Верховного суда, вынесенный 1 июля 2024 года, оказался гораздо шире самого дела Трампа.
Суд постановил, что бывший президент обладает абсолютным иммунитетом от уголовного преследования за действия, относящиеся к его исключительным конституционным полномочиям; по другим официальным действиям существует как минимум презумпция иммунитета. При этом на неофициальные частные действия иммунитет не распространяется. Фактически судьям нижестоящих судов предстояло разбирать поведение президента едва ли не по эпизодам: здесь он действовал как глава исполнительной власти, здесь как кандидат на выборах, здесь как политик, здесь как частное лицо. То был новый этап американской конституционной истории.

Почему Никсона не судили в 1974-м?

Ещё во времена Уотергейта юристы Министерства юстиции пришли к выводу, что действующего президента нельзя подвергать обычному уголовному преследованию, поскольку это помешает работе исполнительной власти. В 2000 году юридическое управление Минюста повторило эту позицию: уголовное обвинение или преследование действующего президента, по его мнению, несовместимо с конституционным исполнением президентских функций. Но что делать с бывшим президентом?.. Здесь положение другое. В том же 2000 году Минюст отдельно пришёл к выводу, что бывший президент в принципе может быть привлечён к уголовной ответственности даже за действия, по которым ранее проходил процедуру импичмента. Именно в этот юридический зазор и попали дела Трампа.
В 2023 году он был бывшим президентом — следовательно, федеральное уголовное дело было возможно. Но в ноябре 2024-го Трамп снова выиграл президентские выборы. И ситуация перевернулась. 25 ноября 2024 г. Джек Смит попросил суд прекратить вашингтонское дело, сославшись на давнюю позицию Министерства юстиции о невозможности уголовного преследования действующего президента. Прокуратура специально подчеркнула: просьба о прекращении связана с президентским статусом Трампа, а не с изменением её оценки доказательств или существа обвинений. Судья Таня Чуткан удовлетворила ходатайство. Таким образом, один из самых значительных уголовно-конституционных процессов в истории США закончился до начала процесса по существу.

«Конгресс шагает под надзором». Ричард Никсон и президентские полномочия.
Карикатура Эдмунда Валтмана, 1973. Library of Congress.

Дело четвёртое. Джорджия

Последнее из четырёх дел появилось в августе 2023 года в штате Джорджия. Здесь обвинителем выступало уже не федеральное правительство. Прокуратура округа Фултон утверждала, что Трамп и ряд его союзников участвовали в незаконной схеме, целью которой было изменить результат президентских выборов 2020 года в Джорджии. Первоначально лично Трампу предъявили 13 обвинений. Особенно заметным оказался закон штата RICO — Racketeer Influenced and Corrupt Organizations Act, первоначально ассоциировавшийся прежде всего с борьбой против организованной преступности. Прокуратура использовала его для описания предполагаемой совместной схемы нескольких участников. Одним из центральных эпизодов стал телефонный разговор 2 января 2021 года между Трампом и государственным секретарём Джорджии Брэдом Раффенспергером. 
Но процесс постепенно начал разрушаться не столько вокруг содержания первоначального обвинения, сколько вокруг самой прокуратуры. Фани Уиллис, возглавлявшая дело, оказалась втянута в спор о конфликте интересов из-за личных отношений со специальным прокурором Натаном Уэйдом. После продолжительных судебных разбирательств Уиллис была отстранена от дела. В ноябре 2025 года новый прокурор Пит Скандалакис отказался продолжать производство. Он ссылался среди прочего на сложность, масштаб дела и практические трудности уголовного процесса против действующего президента. Судья после этого прекратил дело. И снова необходимо различать два понятия: «Дело прекращено» не означает: «Присяжные признали обвиняемого невиновным». — Но и обвинительное заключение не означает виновности. По существу обвинений Трампа присяжные в Джорджии решения так и не вынесли.

От Эндрю Джонсона до Билла Клинтона

Почему история Трампа выглядит настолько необычной? Потому что на протяжении большей части истории Соединённых Штатов конфликт между президентом и законом решался прежде всего политико-конституционным, а не уголовным способом. В 1868 году президент Эндрю Джонсон подвергся импичменту после тяжелейшего конфликта с Конгрессом. До отстранения ему не хватило одного голоса в Сенате. В 1974-м к импичменту практически подошёл Ричард Никсон. Но он предпочёл уйти в отставку, а затем был помилован преемником. В 1998 году Палата представителей объявила импичмент Биллу Клинтону. В феврале 1999 года Сенат оправдал его по обоим рассматривавшимся пунктам, и Клинтон остался президентом. Однако история Клинтона особенно интересна для сравнения с Трампом…
После окончания президентского срока сохранялся вопрос, может ли бывший президент столкнуться уже не с импичментом, а с уголовным преследованием за показания, данные во время истории с Моникой Левински? 19 января 2001 г. — буквально в последние часы пребывания Клинтона в Белом доме — был заключён компромисс с независимым прокурором Робертом Рэем. Клинтон признал, что некоторые из его ответов были ложными; согласился на пятилетнее приостановление адвокатской лицензии и штраф, а независимый прокурор отказался от уголовного преследования. Американская система снова избежала уголовного процесса над бывшим президентом. С Трампом этого уже не произошло… Было: 91 обвинение, — но не 91 доказанное преступление! Здесь полезно сделать арифметическую паузу. Первоначально получалось:

Нью-Йорк — 34 пункта.
Флорида — 40.
Вашингтон — 4.
Джорджия — 13.
Итого — 91.

Эта цифра много месяцев кочевала по американским газетам и телевизионным студиям. Но юридически она может вводить в заблуждение. Потому что уголовное обвинение и установленная судом виновность — совершенно разные вещи. Из первоначальных 91 пунктов только 34 нью-йоркских обвинения были рассмотрены присяжными и завершились обвинительным вердиктом. 

По федеральному делу о выборах судебного процесса не произошло.
По делу о документах в Мар-а-Лаго судебного процесса не произошло.
По делу Джорджии судебного процесса против Трампа также не произошло.

Поэтому историк будущего, вероятно, будет писать не о «91 преступлении Трампа», а о 91 первоначальном пункте обвинения в четырёх уголовных производствах, одно из которых закончилось обвинительным вердиктом, а остальные — нет.

Замкнутый круг истории US

Вот почему слушания 29 сентября 2026 года оказались интереснее, чем может показаться на первый взгляд. Формально сенаторы обсуждали деятельность Джека Смита: повестки, телефонные метаданные, банковские документы, методы расследования и пределы полномочий специального прокурора. Республиканский председатель комитета Чак Грассли обвинял следствие в чрезмерно широком сборе информации и политизированности. Смит отвергал обвинения, объяснив получение телефонных метаданных необходимостью установить контакты людей, коих следствие считало связанными с событиями вокруг сертификации выборов. Демократические сенаторы, в свою очередь, защищали обоснованность первоначального расследования. Но — за этим спором скрывается гораздо более крупная история… Америка фактически продолжает выяснять вопрос, оставшийся нерешённым ещё после Уотергейта: «…как должна действовать республика, если уголовный закон сталкивается с человеком, занимающим высшую государственную должность?»
Никсон избежал ответа благодаря отставке и помилованию. Клинтон — благодаря политическому оправданию в Сенате и последующему соглашению с прокурором. В случае Трампа ситуация сложилась иначе. Он сначала покинул власть, затем как бывший президент получил четыре уголовных обвинения, был осуждён в одном из процессов — и после этого снова выиграл выборы и вернулся на пост президента. Дополнительную черту провёл Верховный суд, впервые столь подробно сформулировав уголовно-правовой иммунитет бывшего президента за официальные действия. Посему история четырёх дел Трампа — уже не только биография одного политика и даже не только история выборов 2016 или 2020 гг. Это ещё одна глава долгого американского спора о разделении властей. С одной стороны стоит принцип, старый как республика: никто не должен находиться выше закона. С другой — принцип той же системы: глава исполнительной власти должен иметь возможность исполнять свои конституционные полномочия, не превращаясь во время каждого политического кризиса в объект уголовного преследования своих противников. Граница меж этими двумя принципами никогда не была проведена идеально. 

Уотергейт передвинул её в одну сторону. Решение Верховного суда 2024 года о президентском иммунитете — в иную. А четыре уголовных дела Дональда Трампа показали, что даже спустя почти два с половиной века после принятия Конституции США окончательного ответа на вопрос о соотношении президентской власти и уголовного закона у Америки всё ещё нет. Возможно, именно поэтому 29 сентября 2026 г. Джек Смит снова сидел перед сенаторами. Сами процессы почти исчезли. Спор, породивший их, — остался.

​