«Эту страну трудно изучать и еще труднее управлять ею…»

«Эту страну трудно изучать и еще труднее управлять ею…»
История смотрит не на человека, а на общество.
В.О. Ключевский.
Говорят, что лицо – зеркало души, но душа проявляет себя не только во внешности. У человека, имеющего отношение к науке, душа в его научных трудах, а если такой человек ещё и блестящий оратор, душа его раскрывается в умении донести свою мысль людям.
Василию Осиповичу Ключевскому (28 января 1841 года – 25 мая 1911 года) исполнилось 175 лет. Родился он в царствование Николая I, а умер при Николае II. Это целая эпоха российской истории с крутыми переменами и потрясениями в экономической, политической и общественной жизни. Ключевский уже читал лекции по русской истории в Московской духовной академии и в Московском университете, когда народовольцы убили императора Александра II Освободителя (отменил крепостное право, провёл ряд реформ, существенно изменивших уклад жизни российского общества, при нём Россия одержала победу в русско-турецкой войне). На трон взошёл «тяжелый на подъем царь» (слова Ключевского – В.Т.) Александр III. Россия уже не вела войн, заключив русско-французский союз, стала могущественной европейской державой. Экономика развивалась быстрыми темпами. Началось строительство Транссибирской железной дороги. Но вот социально-политическая жизнь в стране оставляла желать лучшего. После Манифеста о незыблемости самодержавия либеральные реформы стали сворачиваться.
О времени, когда на российском троне сидели Романовы, Ключевский сказал: «По мере расширения территории вместе с ростом внешней силы народа все более стеснялась его внутренняя свобода». И сделал вывод: «Государство пухло, а народ хирел». Это «пухло-хирел» создавало образ нездорового государства и не сулило ничего хорошего российской империи. Ключевский, далёкий от марксистских идей, оказался проницательным человеком. «Хилость» жизни провоцировала недовольство народа. Вся внутриполитическая жизнь страны во второй половине XΙX века прошла под знаменем революционной пропаганды. «Реформаторы 60-х годов очень любили свои идеалы, но не знали психологии своего времени, и потому их дух не сошелся с душой времени». Замечательные слова! В это время родилось поколение нигилистов, резко относившихся ко всем переменам. После серии неудачных покушений они убили Александра II и пытались убить Александра III. За покушение на него был повешен Александр Ульянов, брат Владимира Ленина. Нигилисты – будущие большевики, раздули в стране революцию 1905 года, а в 1917 году сумели развалить большую Российскую империю. Вот и «допухлась» страна.
После окончания историко-филологического факультета Московского университета В.О. Ключевский при содействии С.М. Соловьёва (1820-1879) остался на кафедре русской истории. А когда Соловьёв умер, выдвинулся в число ведущих московских историков. На лекциях профессора Ключевского негде было упасть яблоку. Студенты заранее занимали места и старательно всё записывали, ведь каждая его лекция была кладезем родной русской истории. А читал он мастерски, нередко приправляя свои научные выкладки острым словцом.
«Читал он всегда сидя, часто опустивши глаза к кафедре, по временам вздрагивающая прядь волос свешивалась на лоб. Тихая и плавная речь прерывалась едва заметными паузами, которые, как нельзя кстати, подчеркивали глубину высказанной мысли». Такое свидетельство оставил один из его слушателей в Александровском военном училище. А говорил Ключевский негромко с паузами потому, что в детстве испытал сильное потрясение. После трагической смерти своего отца, сельского священника, стал сильно заикаться. И только упорная работа над произношением позволила ему справиться с этой бедой. Но полностью избавиться от заикания так и не смог.
«Мудрено пишут только о том, чего не понимают», – говаривал Ключевский. Его лекции понимал даже далекий от истории человек. Известный юрист А.Ф. Кони вспоминал о «неподражаемой ясности и краткости» Ключевского. О его умении завораживать слушателей вспоминал Фёдор Шаляпин. «Идет рядом со мною старичок, подстриженный в кружало, в очках, за которыми блестят узенькие мудрые глазки, с маленькой седой бородкой,.. вкрадчивым голосом, с тонкой усмешкой на лице передает мне, точно очевидец событий, диалоги между Шуйским и Годуновым… Когда я слышал из его уст Шуйского, мне думалось: «Как жаль, что Василий Осипович не поет и не может сыграть со мною князя Василия!».
В Ключевском удачно сочетался талант преподавателя и литератора. Как-то он сказал: «Тайна искусства писать – уметь быть первым читателем своего сочинения». И он долго и скрупулезно работал над словом. Ему принадлежит серия набросков и портретов русских историков и писателей: В.Н. Татищева, Н.М. Карамзина, Т.Н. Грановского, С.М. Соловьёва, А.С. Пушкина, Н.В. Гоголя, М.Ю. Лермонтова, И.С. Аксакова, А.П. Чехова Л.Н. Толстого и многих других. В статье «Евгений Онегин и его предки», давая характеристику времени, когда жил пушкинский герой, историк проницательно заметил: «Это была полная нравственная растерянность, выражавшаяся в одном правиле: ничего сделать нельзя и не нужно делать. Поэтическим олицетворением этой растерянности и явился Евгений Онегин».
«Учитель – что проповедник: можно слово в слово записать проповедь, даже урок; читатель прочтет записанное, но проповеди и урока не услышит», – так оценивал преподавательскую деятельность Ключевский. Сегодня мы не услышим его голос и манеру произношения, показывающую отношение к сказанному, но можем прочитать его «Курс русской истории». В наши дни он нисколько не потерял своего значения. Свою речь профессор нередко пересыпал остроумными фразами, которые мгновенно запоминались, становились крылатыми: «Я потому и глуп, что мой организм слишком умно организован; Как ей не быть умной, возясь всю жизнь с такими дураками; Металл оттачивается оселками, а ум ослами». На поздравления в связи с новой должностью проректора Московского университета он ответил: «Если начальство посадит тебя на сковородку с раскаленными угольями, не думай, что ты получил казенную квартиру с отоплением». А разве потерял свой смысл такой его афоризм: «Что такое диссертация? Труд, имеющий двух оппонентов и ни одного читателя»? Проезжая мимо деревень, в которых было много одиноких женщин с детьми, он кратко сказал: «Творения святых отцов». А деревеньки-то эти окружали Троице-Сергиеву лавру.
Ключевский был учёным-историком большой эрудиции, его научные интересы касались историографии и философии истории, дисциплин, смежных с исторической наукой. Он и географ (отлично знает климатические особенности природы России). И фольклорист (хорошо разбирается в фольклоре русского народа и его соседей, с которыми русский человек жил обок долгие века). И лингвист (со знанием дела говорит о русских говорах). И отличный психолог (когда говорит о факторах, повлиявших на формирование характера русского народа). В 17-й лекции «Курса русской истории» заключительный раздел «Психология великоросса». Есть здесь такое, может, и спорное замечание: «Он (русский человек – В.Т.) принадлежит к тому типу умных людей, которые глупеют от признания своего ума».
***
Какой исторический путь России, куда она движется? Эти вопрос волновал профессора русской истории Московского университета В.О. Ключевского. Русский интеллигент (хотя к этому слову он относился критически, об этом его статья «Об интеллигенции»), он придерживался либеральных взглядов, ратовал за просвещение и широкие преобразования в обществе. Никаких революционных потрясений! Но как историк, посвятивший изучению государственного устройства России не один свой научный труд, он понимал, что далеко не всё ладно в российском доме. В его дневнике можно прочитать: «Тоскливо, грустно отзываются во мне звуки жизни. Сколько в них негармоничного, жестокого!».
М.В. Нечкина (1901-1985) в монографии «Василий Осипович Ключевский. История жизни и творчества», оценивая научную деятельность Ключевского как марксист-ленинец, рассматривала его как буржуазного историка и политического идеалиста, мечтавшего о справедливом переустройстве общества.
Ключевский был сторонником государственной школы в российской историографии. Школу связывают с именами К.Д. Кавeлина, С.М. Соловьёва, Б.Н. Чичерина. Именно они выработали научную систему взглядов на ход русской истории и на роль государства в историческом процессе. Принадлежа к «западному» течению русской философской мысли, они считали русский народ европейским. В своем развитии он должен не только догнать, но и перегнать Европу.
По Ключевскому славяне уже в начальный период своей истории стали единым русским народом и смогли создать своё государство. Однако в Древней (Киевской) Руси славяне вряд ли были единой народностью. Русь была страной городов, где каждый город стоял на страже своих интересов. Летописи повествуют о непрерывных княжеских междоусобицах на протяжении всей древнерусской истории. Внутренние княжеские разногласия (а народ в каждом княжестве стоял за своего князя!) привели, в конечном итоге, к ослаблению и краху государственности Южной Руси. В этот период можно говорить только об относительном единстве славянских племен, называвших себя «русью». Русичами называл их автор «Слова о полку Игореве». Только благодаря таким волевым личностям, как князь Владимир Ι Креститель и его сын Ярослав Мудрый, Русь стала сильным государством, с которым считались все королевские дворы Европы. Эту традицию продолжил Владимир Мономах и его старший сын Мстислав. После смерти Мстислава Южная Русь медленно шла к своему краху. Нашествие монголов пресекло древнерусскую государственность. Крайне пёстрая по своему племенному составу, а потому неустойчивая, древнерусская народность распалась.
Ключевский считал, что основная цель государства – общее благо для своего народа. Однако «частный интерес по природе своей наклонен противодействовать общему благу. Между тем человеческое общежитие строится взаимодействием обоих вечно борющихся начал… В отличие от государственного порядка, основанного на власти и повиновении, экономическая жизнь есть область личной свободы и личной инициативы как выражения свободной воли». Противоречия между личной свободой и интересами государства создают сложную коллизию, когда сталкиваются разные взгляды, интересы, стремления. От их успешного разрешения зависит народное благо. Так кратко можно характеризовать взгляды Ключевский на происхождение и роль государства в жизни русских людей.
Взгляды эти, тут можно согласиться с М.В. Нечкиной, во многом идеалистичны. Внешние и внутренние функции московского княжества, а затем российского государства, совершенно не совпадали с интересами населения. В условиях золотоордынского ига русские князья кровью своих подданных возрождали русскую государственность. Об этом времени небезызвестный Карл Макс сказал: «Изумленная Европа, в начале правления Ивана (московский князь Иван ΙΙΙ (1440-1505) – В.Т.) едва знавшая о существовании Московии, стиснутой между татарами и литовцами, была ошеломлена внезапным появлением на ее восточных границах огромной империи». А потом уже русские цари, начиная с Ивана ΙV Грозного, в тяжелейшей борьбе с внешним врагом отстаивали суверенитет этой «огромной империи», неустанно расширяющейся в последующие века.
Претендовали на русские земли Литва. Польша, Швеция, Франция. Шли непрерывные войны с Крымским ханством и Турцией. Вопрос об общем народном благе поневоле уходил в тень. Как говорится: не до жиру, быть бы живу. Потому этот вопрос всегда становился чисто политическим: быть русскому государству или нет. На Куликовом поле русский народ явил свою великорусскую гордость, но до единства ему было ещё далеко. В Смутное время, когда прервалась династия Рюриковичей, а Польша пыталась посадить на московский престол королевича Владислава, русский народ, сплотившись, изгнал из Москвы поляков и возвёл на трон Михаила Фёдоровича Романова. Россией стала править новая царская династия. Общая историческая память, язык и культура объединили народ в борьбе с польскими интервентами. Только с этого времени можно говорить о едином великорусском народе. А вот малорусский народ (украинцы), как ни напрягал свои силы, долгие века оставался без своего государства.
Деятельность Ключевского пришлась на вторую половину XΙX века, когда после реформ Александра ΙΙ экономика России пошла на подъём. В результате финансовой реформы (1897-1899) вошёл в обращение золотой рубль, по содержанию золота он был только в два раза «легче» доллара (интересно сравнить с нашим временем). Мысли о всеобщем благе в это время уже не выглядели утопией. Идеи французской революции «Свобода, равенство, братство» бродили в умах просвещённых людей. И вот, казалось, настало их время в России. Ключевский (одно время читал в Московском университете курс истории французской революции 1789 года) увлёкся политикой и вступил в Конституционно-демократическую партию (кадетов), декларирующую себя как внеклассовую и реформистскую. Но известности на этом поприще не снискал.
***
Главным фактором русской истории Ключевский считал колонизацию. В ней он выделил четыре периода. Эта периодизация не потеряла своего значения в наши дни, когда после распада СССР в независимой Украине принялись создавать свою историю и стали отрицать общие славянские корни украинцев и русских. Во второй период русской истории (XΙΙΙ век – начало XV века) в силу ряда неблагоприятных причин начался отток русского населения со среднего течения Днепра на северо-восток Среднерусской возвышенности, заселённой преимущественно финскими племенами. И вот тут лежит ключ к пониманию процессов, приведших, в конечном итоге, к разделению русского народа на русских и украинцев.
В глухой труднодоступный угол пришлые русские принесли свои обычаи, законы и христианскую веру. Здесь возводили по рекам свои города (Ключевский в топониме Москва слышит финское «Va» – «вода»), постепенно смешиваясь с финским населением, перенимая некоторые их обычаи. Так формировалась великорусская народность. В крови современного русского течёт толика финской крови. Этот факт, подробно описанный Ключевским, служит украинским националистам доказательством, что украинцы и русские, совсем разные народы. Якобы нынешние русские украли у украинцев их родовое самоназвание (этноним) Русь. Иначе, как сознательным искажением исторических фактов, это не назовёшь. Умышленное насаждение простым украинцам мысли, что украинский и русский народ не имеют общих исторических корней, служит отчуждению двух братских славянских народов. Сеет между ними рознь. Кому выгодно? – можно повторить вслед за древними римлянами.
В Восточной Европе происходили процессы, значительно позже затронувшие Западную Европу, когда Христофор Колумб открыл Америку. Это позволило деятельному, не лишенному авантюрной жилки, населению Западной Европы колонизовать Новый Свет и создать свою цивилизацию. На Среднерусской возвышенности эти процессы проходили ещё задолго до открытия Америки. Ключевский, оценивая эти процессы, говорил о разрыве древнерусской народности. «Главная масса русского народа, отступив перед непосильными внешними опасностями с днепровского юго-запада к Оке и верхней Волге, там собрала свои разбитые силы, окрепла в лесах центральной России, спасла свою народность и, вооружив её силой сплочённого государства, опять пришла на днепровский юго-запад, чтобы спасти остававшуюся там слабейшую часть русского народа от чужеземного ига и влияния».
«Быть соседями не значит быть близкими», – сказал Ключевский. Украинцы и русские, действительно, разные по своему менталитету. По многим историческим причинам. Но вот корни у них одни, лежат они в истории Киевской Руси. Это нужно знать, а не оголтело кричать, что мы никогда не были братьями. Никогда ими мы уже и не будем, история пишется один раз и сразу набело. А вот корни свои помнить нужно.
Конечно, историческая наука не стоит на месте. За столетие после смерти Ключевского археологами обнаружены новые артефакты, в научный оборот введены многие ранее не известные документы. Они раздвигают наши познания о русской истории с древнейших времён, дополняют сказанное Ключевским в «Курсе русской истории». Однако новейшие открытия, введенные в арсенал исторической науки, ни в коем случае не умаляют научные труды известного московского историка. Они и сейчас не потеряли своей актуальности.
***
Многогранно талантливый человек Василий Осипович писал стихи и прозу. Рассказ «Письмо француженки» о России. Ключевский и здесь остался историком, который предвидел великую и трагическую историю России, предвидел приход её неудачных мессий.
«Во-первых, не знаю почему, но мне чуется в этой стране присутствие громадных, еще не тронутых сил, о которых еще нельзя сказать, какое примут они направление, когда тронутся из своего бездействия: пойдут ли они на созидание счастья человеческого рода, или на разрушение того скудного блага, которым они располагают… Мне думается, что это будет страна неожиданностей, исторических сюрпризов… Здесь может случиться все, что угодно, кроме того, что нужно, может случиться великое, когда никто не ожидает, может и ничего не случиться, когда все ждут великого. Да, эту страну трудно изучать и еще труднее управлять ею… Я право, не знаю, что будет с этой страной. В ней, быть может, явятся великие истории; но она едва ли будет иметь удачных пророков...».
И ещё из этого же рассказа. «Можно и должно заимствовать изобретенный другим легчайший способ вязать чулки; но нельзя и стыдно перенимать чужой образ жизни, строй чувства и порядок отношений. Каждый порядочный народ все это должен иметь свое, как у каждого порядочного человека должна быть своя голова и своя жена».
Похоронен профессор русской истории Василий Осипович Ключевский в Москве на кладбище Донского монастыря.
Виталий Топчий.
Чернигов
История смотрит не на человека, а на общество.
В.О. Ключевский.
.
Говорят, что лицо – зеркало души, но душа проявляет себя не только во внешности. У человека, имеющего отношение к науке, душа в его научных трудах, а если такой человек ещё и блестящий оратор, душа его раскрывается в умении донести свою мысль людям.
Василию Осиповичу Ключевскому (28 января 1841 года – 25 мая 1911 года) исполнилось 175 лет. Родился он в царствование Николая I, а умер при Николае II. Это целая эпоха российской истории с крутыми переменами и потрясениями в экономической, политической и общественной жизни. Ключевский уже читал лекции по русской истории в Московской духовной академии и в Московском университете, когда народовольцы убили императора Александра II Освободителя (отменил крепостное право, провёл ряд реформ, существенно изменивших уклад жизни российского общества, при нём Россия одержала победу в русско-турецкой войне). На трон взошёл «тяжелый на подъем царь» (слова Ключевского – В.Т.) Александр III. Россия уже не вела войн, заключив русско-французский союз, стала могущественной европейской державой. Экономика развивалась быстрыми темпами. Началось строительство Транссибирской железной дороги. Но вот социально-политическая жизнь в стране оставляла желать лучшего. После Манифеста о незыблемости самодержавия либеральные реформы стали сворачиваться.
.
О времени, когда на российском троне сидели Романовы, Ключевский сказал: «По мере расширения территории вместе с ростом внешней силы народа все более стеснялась его внутренняя свобода». И сделал вывод: «Государство пухло, а народ хирел». Это «пухло-хирел» создавало образ нездорового государства и не сулило ничего хорошего российской империи. Ключевский, далёкий от марксистских идей, оказался проницательным человеком. «Хилость» жизни провоцировала недовольство народа. Вся внутриполитическая жизнь страны во второй половине XΙX века прошла под знаменем революционной пропаганды. «Реформаторы 60-х годов очень любили свои идеалы, но не знали психологии своего времени, и потому их дух не сошелся с душой времени». Замечательные слова! В это время родилось поколение нигилистов, резко относившихся ко всем переменам. После серии неудачных покушений они убили Александра II и пытались убить Александра III. За покушение на него был повешен Александр Ульянов, брат Владимира Ленина. Нигилисты – будущие большевики, раздули в стране революцию 1905 года, а в 1917 году сумели развалить большую Российскую империю. Вот и «допухлась» страна.
.
После окончания историко-филологического факультета Московского университета В.О. Ключевский при содействии С.М. Соловьёва (1820-1879) остался на кафедре русской истории. А когда Соловьёв умер, выдвинулся в число ведущих московских историков. На лекциях профессора Ключевского негде было упасть яблоку. Студенты заранее занимали места и старательно всё записывали, ведь каждая его лекция была кладезем родной русской истории. А читал он мастерски, нередко приправляя свои научные выкладки острым словцом.
«Читал он всегда сидя, часто опустивши глаза к кафедре, по временам вздрагивающая прядь волос свешивалась на лоб. Тихая и плавная речь прерывалась едва заметными паузами, которые, как нельзя кстати, подчеркивали глубину высказанной мысли». Такое свидетельство оставил один из его слушателей в Александровском военном училище. А говорил Ключевский негромко с паузами потому, что в детстве испытал сильное потрясение. После трагической смерти своего отца, сельского священника, стал сильно заикаться. И только упорная работа над произношением позволила ему справиться с этой бедой. Но полностью избавиться от заикания так и не смог.
«Мудрено пишут только о том, чего не понимают», – говаривал Ключевский. Его лекции понимал даже далекий от истории человек. Известный юрист А.Ф. Кони вспоминал о «неподражаемой ясности и краткости» Ключевского. О его умении завораживать слушателей вспоминал Фёдор Шаляпин. «Идет рядом со мною старичок, подстриженный в кружало, в очках, за которыми блестят узенькие мудрые глазки, с маленькой седой бородкой,.. вкрадчивым голосом, с тонкой усмешкой на лице передает мне, точно очевидец событий, диалоги между Шуйским и Годуновым… Когда я слышал из его уст Шуйского, мне думалось: «Как жаль, что Василий Осипович не поет и не может сыграть со мною князя Василия!».
.
В Ключевском удачно сочетался талант преподавателя и литератора. Как-то он сказал: «Тайна искусства писать – уметь быть первым читателем своего сочинения». И он долго и скрупулезно работал над словом. Ему принадлежит серия набросков и портретов русских историков и писателей: В.Н. Татищева, Н.М. Карамзина, Т.Н. Грановского, С.М. Соловьёва, А.С. Пушкина, Н.В. Гоголя, М.Ю. Лермонтова, И.С. Аксакова, А.П. Чехова Л.Н. Толстого и многих других. В статье «Евгений Онегин и его предки», давая характеристику времени, когда жил пушкинский герой, историк проницательно заметил: «Это была полная нравственная растерянность, выражавшаяся в одном правиле: ничего сделать нельзя и не нужно делать. Поэтическим олицетворением этой растерянности и явился Евгений Онегин».
«Учитель – что проповедник: можно слово в слово записать проповедь, даже урок; читатель прочтет записанное, но проповеди и урока не услышит», – так оценивал преподавательскую деятельность Ключевский. Сегодня мы не услышим его голос и манеру произношения, показывающую отношение к сказанному, но можем прочитать его «Курс русской истории». В наши дни он нисколько не потерял своего значения. Свою речь профессор нередко пересыпал остроумными фразами, которые мгновенно запоминались, становились крылатыми: «Я потому и глуп, что мой организм слишком умно организован; Как ей не быть умной, возясь всю жизнь с такими дураками; Металл оттачивается оселками, а ум ослами». На поздравления в связи с новой должностью проректора Московского университета он ответил: «Если начальство посадит тебя на сковородку с раскаленными угольями, не думай, что ты получил казенную квартиру с отоплением». А разве потерял свой смысл такой его афоризм: «Что такое диссертация? Труд, имеющий двух оппонентов и ни одного читателя»? Проезжая мимо деревень, в которых было много одиноких женщин с детьми, он кратко сказал: «Творения святых отцов». А деревеньки-то эти окружали Троице-Сергиеву лавру.
.
Ключевский был учёным-историком большой эрудиции, его научные интересы касались историографии и философии истории, дисциплин, смежных с исторической наукой. Он и географ (отлично знает климатические особенности природы России). И фольклорист (хорошо разбирается в фольклоре русского народа и его соседей, с которыми русский человек жил обок долгие века). И лингвист (со знанием дела говорит о русских говорах). И отличный психолог (когда говорит о факторах, повлиявших на формирование характера русского народа). В 17-й лекции «Курса русской истории» заключительный раздел «Психология великоросса». Есть здесь такое, может, и спорное замечание: «Он (русский человек – В.Т.) принадлежит к тому типу умных людей, которые глупеют от признания своего ума».
.
***
.
Какой исторический путь России, куда она движется? Эти вопрос волновал профессора русской истории Московского университета В.О. Ключевского. Русский интеллигент (хотя к этому слову он относился критически, об этом его статья «Об интеллигенции»), он придерживался либеральных взглядов, ратовал за просвещение и широкие преобразования в обществе. Никаких революционных потрясений! Но как историк, посвятивший изучению государственного устройства России не один свой научный труд, он понимал, что далеко не всё ладно в российском доме. В его дневнике можно прочитать: «Тоскливо, грустно отзываются во мне звуки жизни. Сколько в них негармоничного, жестокого!».
М.В. Нечкина (1901-1985) в монографии «Василий Осипович Ключевский. История жизни и творчества», оценивая научную деятельность Ключевского как марксист-ленинец, рассматривала его как буржуазного историка и политического идеалиста, мечтавшего о справедливом переустройстве общества.
.
Ключевский был сторонником государственной школы в российской историографии. Школу связывают с именами К.Д. Кавeлина, С.М. Соловьёва, Б.Н. Чичерина. Именно они выработали научную систему взглядов на ход русской истории и на роль государства в историческом процессе. Принадлежа к «западному» течению русской философской мысли, они считали русский народ европейским. В своем развитии он должен не только догнать, но и перегнать Европу.
По Ключевскому славяне уже в начальный период своей истории стали единым русским народом и смогли создать своё государство. Однако в Древней (Киевской) Руси славяне вряд ли были единой народностью. Русь была страной городов, где каждый город стоял на страже своих интересов. Летописи повествуют о непрерывных княжеских междоусобицах на протяжении всей древнерусской истории. Внутренние княжеские разногласия (а народ в каждом княжестве стоял за своего князя!) привели, в конечном итоге, к ослаблению и краху государственности Южной Руси. В этот период можно говорить только об относительном единстве славянских племен, называвших себя «русью». Русичами называл их автор «Слова о полку Игореве». Только благодаря таким волевым личностям, как князь Владимир Ι Креститель и его сын Ярослав Мудрый, Русь стала сильным государством, с которым считались все королевские дворы Европы. Эту традицию продолжил Владимир Мономах и его старший сын Мстислав. После смерти Мстислава Южная Русь медленно шла к своему краху. Нашествие монголов пресекло древнерусскую государственность. Крайне пёстрая по своему племенному составу, а потому неустойчивая, древнерусская народность распалась.
.
Ключевский считал, что основная цель государства – общее благо для своего народа. Однако «частный интерес по природе своей наклонен противодействовать общему благу. Между тем человеческое общежитие строится взаимодействием обоих вечно борющихся начал… В отличие от государственного порядка, основанного на власти и повиновении, экономическая жизнь есть область личной свободы и личной инициативы как выражения свободной воли». Противоречия между личной свободой и интересами государства создают сложную коллизию, когда сталкиваются разные взгляды, интересы, стремления. От их успешного разрешения зависит народное благо. Так кратко можно характеризовать взгляды Ключевский на происхождение и роль государства в жизни русских людей.
Взгляды эти, тут можно согласиться с М.В. Нечкиной, во многом идеалистичны. Внешние и внутренние функции московского княжества, а затем российского государства, совершенно не совпадали с интересами населения. В условиях золотоордынского ига русские князья кровью своих подданных возрождали русскую государственность. Об этом времени небезызвестный Карл Макс сказал: «Изумленная Европа, в начале правления Ивана (московский князь Иван ΙΙΙ (1440-1505) – В.Т.) едва знавшая о существовании Московии, стиснутой между татарами и литовцами, была ошеломлена внезапным появлением на ее восточных границах огромной империи». А потом уже русские цари, начиная с Ивана ΙV Грозного, в тяжелейшей борьбе с внешним врагом отстаивали суверенитет этой «огромной империи», неустанно расширяющейся в последующие века.
.
Претендовали на русские земли Литва. Польша, Швеция, Франция. Шли непрерывные войны с Крымским ханством и Турцией. Вопрос об общем народном благе поневоле уходил в тень. Как говорится: не до жиру, быть бы живу. Потому этот вопрос всегда становился чисто политическим: быть русскому государству или нет. На Куликовом поле русский народ явил свою великорусскую гордость, но до единства ему было ещё далеко. В Смутное время, когда прервалась династия Рюриковичей, а Польша пыталась посадить на московский престол королевича Владислава, русский народ, сплотившись, изгнал из Москвы поляков и возвёл на трон Михаила Фёдоровича Романова. Россией стала править новая царская династия. Общая историческая память, язык и культура объединили народ в борьбе с польскими интервентами. Только с этого времени можно говорить о едином великорусском народе. А вот малорусский народ (украинцы), как ни напрягал свои силы, долгие века оставался без своего государства.
Деятельность Ключевского пришлась на вторую половину XΙX века, когда после реформ Александра ΙΙ экономика России пошла на подъём. В результате финансовой реформы (1897-1899) вошёл в обращение золотой рубль, по содержанию золота он был только в два раза «легче» доллара (интересно сравнить с нашим временем). Мысли о всеобщем благе в это время уже не выглядели утопией. Идеи французской революции «Свобода, равенство, братство» бродили в умах просвещённых людей. И вот, казалось, настало их время в России. Ключевский (одно время читал в Московском университете курс истории французской революции 1789 года) увлёкся политикой и вступил в Конституционно-демократическую партию (кадетов), декларирующую себя как внеклассовую и реформистскую. Но известности на этом поприще не снискал.
.
***
.
Главным фактором русской истории Ключевский считал колонизацию. В ней он выделил четыре периода. Эта периодизация не потеряла своего значения в наши дни, когда после распада СССР в независимой Украине принялись создавать свою историю и стали отрицать общие славянские корни украинцев и русских. Во второй период русской истории (XΙΙΙ век – начало XV века) в силу ряда неблагоприятных причин начался отток русского населения со среднего течения Днепра на северо-восток Среднерусской возвышенности, заселённой преимущественно финскими племенами. И вот тут лежит ключ к пониманию процессов, приведших, в конечном итоге, к разделению русского народа на русских и украинцев.
В глухой труднодоступный угол пришлые русские принесли свои обычаи, законы и христианскую веру. Здесь возводили по рекам свои города (Ключевский в топониме Москва слышит финское «Va» – «вода»), постепенно смешиваясь с финским населением, перенимая некоторые их обычаи. Так формировалась великорусская народность. В крови современного русского течёт толика финской крови. Этот факт, подробно описанный Ключевским, служит украинским националистам доказательством, что украинцы и русские, совсем разные народы. Якобы нынешние русские украли у украинцев их родовое самоназвание (этноним) Русь. Иначе, как сознательным искажением исторических фактов, это не назовёшь. Умышленное насаждение простым украинцам мысли, что украинский и русский народ не имеют общих исторических корней, служит отчуждению двух братских славянских народов. Сеет между ними рознь. Кому выгодно? – можно повторить вслед за древними римлянами.
.
В Восточной Европе происходили процессы, значительно позже затронувшие Западную Европу, когда Христофор Колумб открыл Америку. Это позволило деятельному, не лишенному авантюрной жилки, населению Западной Европы колонизовать Новый Свет и создать свою цивилизацию. На Среднерусской возвышенности эти процессы проходили ещё задолго до открытия Америки. Ключевский, оценивая эти процессы, говорил о разрыве древнерусской народности. «Главная масса русского народа, отступив перед непосильными внешними опасностями с днепровского юго-запада к Оке и верхней Волге, там собрала свои разбитые силы, окрепла в лесах центральной России, спасла свою народность и, вооружив её силой сплочённого государства, опять пришла на днепровский юго-запад, чтобы спасти остававшуюся там слабейшую часть русского народа от чужеземного ига и влияния».
.
«Быть соседями не значит быть близкими», – сказал Ключевский. Украинцы и русские, действительно, разные по своему менталитету. По многим историческим причинам. Но вот корни у них одни, лежат они в истории Киевской Руси. Это нужно знать, а не оголтело кричать, что мы никогда не были братьями. Никогда ими мы уже и не будем, история пишется один раз и сразу набело. А вот корни свои помнить нужно.
Конечно, историческая наука не стоит на месте. За столетие после смерти Ключевского археологами обнаружены новые артефакты, в научный оборот введены многие ранее не известные документы. Они раздвигают наши познания о русской истории с древнейших времён, дополняют сказанное Ключевским в «Курсе русской истории». Однако новейшие открытия, введенные в арсенал исторической науки, ни в коем случае не умаляют научные труды известного московского историка. Они и сейчас не потеряли своей актуальности.
.
***
.
Многогранно талантливый человек Василий Осипович писал стихи и прозу. Рассказ «Письмо француженки» о России. Ключевский и здесь остался историком, который предвидел великую и трагическую историю России, предвидел приход её неудачных мессий.
«Во-первых, не знаю почему, но мне чуется в этой стране присутствие громадных, еще не тронутых сил, о которых еще нельзя сказать, какое примут они направление, когда тронутся из своего бездействия: пойдут ли они на созидание счастья человеческого рода, или на разрушение того скудного блага, которым они располагают… Мне думается, что это будет страна неожиданностей, исторических сюрпризов… Здесь может случиться все, что угодно, кроме того, что нужно, может случиться великое, когда никто не ожидает, может и ничего не случиться, когда все ждут великого. Да, эту страну трудно изучать и еще труднее управлять ею… Я право, не знаю, что будет с этой страной. В ней, быть может, явятся великие истории; но она едва ли будет иметь удачных пророков...».
.
И ещё из этого же рассказа. «Можно и должно заимствовать изобретенный другим легчайший способ вязать чулки; но нельзя и стыдно перенимать чужой образ жизни, строй чувства и порядок отношений. Каждый порядочный народ все это должен иметь свое, как у каждого порядочного человека должна быть своя голова и своя жена».
Похоронен профессор русской истории Василий Осипович Ключевский в Москве на кладбище Донского монастыря.
5
1
Средняя оценка: 3.16667
Проголосовало: 6