Снятие Хрущева: переворот или торжество советской демократии?

14 октября 55 лет назад на Пленуме ЦК КПСС с поста Первого Секретаря ЦК был смещен Никита Хрущев. Доселе это событие принято именовать в либеральных СМИ «переворотом». Но с какой стати либералам беспокоиться о каком-то «перевороте» в структуре, которую они и так считают «тоталитарной»?! Может, потому что смещение скомпрометировавшего себя лидера и произошло как раз в полном соответствии с нормами внутрипартийной демократии? И не дало возможности предтечам этой публики развалить и социализм, и сам СССР уже тогда, полвека назад?

Действительно, доселе те давние события рассматриваются не только в газетных публикациях, но и в кино (вроде «классики» на этот счет – фильма «Серые волки») исключительно с точки зрения увлекательного политического детектива. Дескать, не хватило Никите Сергеевичу политического чутья, чтобы «согнуть в бараний рог» вероломных соратников, плетущих против него нити заговора. А он, не веря даже конкретным доказательствам измены, взял, да и полетел отдыхать себе в Пицунду. 
А потом даже не попытался, опершись на верных силовиков, «выжечь гнездо заговорщиков каленым железом». В результате и сам в пенсионера превратился, и такую хорошую «хрущевскую оттепель» загубил, которая столь радужные перспективы советским людям сулила! 
Ага, типа пресловутой «гласности и демократии», а также «перестройки и нового мЫшления», наверно. С последующим превращением шестой части суши в конгломерат обвиняющих друг друга (и все вместе – «имперскую Россию») во всех своих бедах ради возможности местных перекрасившихся экс-партократических элит безоглядно грабить своих сограждан, не оглядываясь на союзный Центр. 
Ну и, конечно, московская топ-интеллигенция однозначно отгребла бы от новых хозяев жизни свою «бочку варенья и корзину печенья». В отличии от интеллигентов рядовых, которые, как в лихие 90-е, получили за свою жажду перемен нищенские зарплаты и еще более нищенские пенсии. 
Зато откровенным предателям образца Солженицына даже не пришлось бы сидеть в эмиграции. Продолжали бы созидать своими опусами «социализм с человеческим лицом», пока из него не показалось бы звериное мурло «эпохи первоначального накопления капитала».

***

Безусловно, руководящие работники КПСС, советских и правительственных органов, не могли заглянуть в будущее и даже предположить, чем может закончиться бездумная «игра в демократию». В противном случае, просто уходом на пенсию Хрущев точно не отделался – ему пришлось бы минимум надолго «сесть», а максимум – получить заслуженную «высшую меру».
Собственно, одно из объяснений, почему «знатный кукурозовод» не предпринимал каких-то силовых мер для своего удержания во власти, как раз и заключается в его намерении обратиться напрямую к Пленуму ЦК за поддержкой от «наезда нехорошего Президиума ЦК (позже – Политбюро)». 
Повторив тем самым сценарий 1957 года, когда высшее руководство партии, после своего поражения объявленное «антипартийной группой Кагановича-Маленкова-Молотова и примкнувшего в ним Шепилова», тоже потребовало снятия Хрущева с поста лидера КПСС, но не получило поддержки от членов ЦК. Хотя там, конечно, и прославленный маршал Жуков, тогда министр обороны, свою немалую роль сыграл, отказавшись подчиняться оппозиционерам…
Но когда 12 октября Никиту Сергеевича вызвали из Пицунды в Москву на заседание Президиума ЦК, один из Секретарей ЦК, Дмитрий Полянский, озвучил доклад о деятельности «первого», больше похожий на обвинительное заключение. Падение темпов роста производства с 10,6% в год во времена Сталина хорошо, если наполовину, раскол союзников по социалистическому лагерю минимум на 3 части (советскую, югославско-румынскую и китайскую), перебои с продовольственным снабжением, грозящим если не голодом, то введением карточной системы (и это почти спустя 20 лет после Победы!) 
Даже, как оказалось, себестоимость вроде бы как дешевых и простых пятиэтажек-хрущевок на деле оказалась баснословно дорогой – вместо одной такой «коробки» можно было бы вселить людей в пару 9-этажек. При этом еще и здорово сэкономив на протяжке труб водопровода-канализации и просто на площади растущих городов. Но к доводам специалистов-архитекторов Хрущев не прислушался и даже в отместку разогнал Академию архитектуры.
Вообще, вышеупомянутый доклад Полянского на полсотни страницах машинописного текста в полном виде, похоже, видело очень мало людей – из него цитируют лишь отдельные моменты. Но есть мнение, что именно после угрозы предать сей документ гласности перед рядовыми членами ЦК, Никита Сергеевич и отказался от своей идеи апеллировать к последним по поводу решения коллег по Президиуму ЦК. 
Чем-то это отдаленно напоминает американскую практику, когда обвиняемый в каком-то преступлении президент предпочитает не доводить дело до официального импичмента, грозящего ему уголовным преследованием. Вместо этого он уходит в отставку, как, скажем, Никсон в 1974 году. Приблизительно также ушел и Хрущев, с официальной формулировкой «по состоянию здоровья».

***

А что пресловутые заговорщики плели свои нити, так этого никто не отрицает! Брали под свой контроль силовые органы, зондировали мнение рядовых членов ЦК. Просто при этом те же либералы отчего-то не уточняют смысла этого «заговора». Который заключался как раз в намерении его участников … сохранить основные постулаты внутрипартийной и просто советской демократии!
Ну, в самом деле, когда либеральная общественность фактически порицает Хрущева за то, что тот не разогнал соратников, да еще использовав против них не только госбезопасность, но едва ли не угрозу применения армии (как в 1957), это что, выглядит в глазах этой публики «демократией»?! Да это же диктаторские методы образца «банановых республик» Латинской Америки, или куда там смогли дотянуться «демократизаторы» из США! 
С другой стороны, чем принципиально отличается отстранение Хрущева от недавнего отстранения Терезы Мэй в Великобритании? Там тоже консерваторы собрали руководство своей партии, нашлось большинство недовольных курсом ее лидера на посту премьера, лидера переизбрали, что закономерно повлекло его отставку с должности главы правительства. И почему-то никто не верещит о «лондонском перевороте», так как это было нормальной демократической процедурой. 
Точно также это было и в октябре 1964 года. А то, что руководству партии и государства приходилось готовить это торжество демократии втайне, так это как раз из-за опасений диктаторских замашек Никиты Сергеевича. Но все равно, речь идет даже не о крайней необходимости и применении в связи с ней каких-то формально незаконных действий, но именно точного выполнения требований Устава КПСС и Конституции СССР (когда смещенного Хрущева освобождали от должности главы правительства).
А что «заговорщики» взяли под контроль армию и КГБ, так только затем, чтобы не дать возможности Хрущева отдавать преступные приказы. А его самого даже и не арестовывали – просто культурно пригласили принять участие в заседании партийного органа…

***

Также безосновательны и обвинения в якобы «верхушечном» характере октябрьских событий. Дескать, «кукурузника» сместили лишь «бояре», а «народ безмолвствовал», чуть ли не осуждая действия «партийной аристократии».
Да в том-то и дело, что к моменту своей отставки «великий реформатор» «достал» своими реформами уже практически всех! Даже тех, кого поначалу подкупил инициативами. 
Взять, например, чиновничество и партийный аппарат. С одной стороны, там, конечно, были благодарны за «прекращение сталинских репрессий». А обычным языком – жесткого контроля органов безопасности за профанами, лентяями и просто коррупционерами в партийно-государственном аппарате. 
Последнее заставляло эту публику, перефразируя известную пословицу, работать на совесть в том числе и из-за страха уголовного наказания. А при Хрущеве исчез страх не только уголовного преследования, но и просто реального увольнения из системы власти, ведь проштрафившихся на одном месте членов номенклатуры обычно просто переводили на другую должность.
Но, с другой стороны, какому чиновнику понравятся постоянные административные реформы? Разделение обкомов на промышленные и сельскохозяйственные, слияние районов с ликвидацией их управленческих органов (хотя, в целом, при Хрущеве численность госаппарата увеличилась на полмиллиона человек), другие маловменяемые «прожекты»?
Как может опереться на армию политик, который не просто вскоре после оказанной ему маршалом Жуковым неоценимой поддержки в 1957 году отправил прославленного полководца в отставку, но еще и сократил в начале 60-х армию, уволив из нее несколько десятков тысяч честных и преданных офицеров, мало подготовленных к «гражданке»? 
Госбезопасность? Это после той жуткой «чистки», якобы из-за необходимости «ликвидировать заговор Берия»? А также после фактического шельмования сотрудников органов, выставляемых в творчестве либералов, а-ля Солженицын, «палачами  и кровавыми опричниками» Сталина?
Рядовым коммунистам, которые вынесли на себе всю тяжесть и первых пятилеток, и кровавую войну с Гитлером, и послевоенное восстановление народного хозяйства, вдруг узнавшим на 20-м съезде, что они «служили культу личности»? 
Рабочим, привыкшим при «проклятом культе» к регулярному снижению 1 апреля цен на товары и продукты, а при «торжестве демократии» начавших знакомиться с повышением цен при той же зарплате? Что вызвало даже волнения образца «новочеркасских»…
Крестьянам, якобы «освобожденным Хрущевым от колхозного рабства»? Но это «освобождение» было сродни ликвидации крепостного права в 1861 году – паспорта-то дали, а уровень жизни не повысили, скорее, наоборот. Так что реальная зарплата колхозника составляла где-то 40 рублей в месяц – в 2,5 раза меньше, чем доход пусть за счет только оплаты «трудодней» при Сталине. А еще селян при «кукурузнике» заставляли сдавать в колхоз домашнюю живность, что тоже сказалось не лучшим образом ни на количестве мяса в стране, ни на настроениях жителей села…  
Даже Русскую православную церковь, в годы войны и после нее вполне доказавшей свою лояльность Советской власти, Никита Сергеевич в ходе своей «безбожной пятилетки» подверг репрессиям. Чем восстановил против себя и стариков, и вдов погибших в Великую Отечественную защитников Родины. Ведь недаром Сталин, давая добро на фактическое восстановление деятельности РПЦ в 1943 году, обронил одному из своих помощников о причине такого решения: «Многие солдаты не вернутся с войны, и их вдовам надо где-нибудь их оплакивать…»

***

Так что если у Хрущева и оставались верные сторонники, то разве что из числа записных либералов, кричащих о «возврате к истинным ленинским нормам социализма», а в душе мечтавших о демократии и рыночной экономике, да еще, может, у романтиков, преимущественно «троцкисткого» толка, грезивших «перманентной революцией». Не обязательно в политическом смысле, но и в плане бесконечных и разрушительных реформ в своей стране тоже.
Посему увольнение Никиты Сергеевича со всех постов однозначно выглядит не каким-то там «переворотом», а однозначным проявлением советской демократии. Думается, проведи в те времена официальный референдум – что в КПСС, что в СССР в целом – его результаты стали бы для обанкротившегося политика провальными. Ввиду этого, всякие спекуляции на тему «заговора и переворота» лучше оставить врагам – и СССР, и нынешней России.     

5
1
Средняя оценка: 3.13514
Проголосовало: 37