Бомбардировка Дрездена как яркий пример западного «гуманизма»

13 февраля 1945 года начались варварские бомбардировки Дрездена англо-американской авиацией, жертвой которых стали, по разным оценкам, около сотни тысяч мирных горожан. Самое циничное, что западные политики почти сразу же после трагедии попытались объявить ее заказчиком … СССР!

К 1945 году в разгроме Германии уже практически никто не сомневался – оценки расходились разве что в конкретных сроках. Так что на Ялтинской конференции 4-11 февраля 1945 года союзники по антигитлеровской коалиции уже начали заниматься темой послевоенного переаздела Европы на сферы влияния. Тем не менее все понимали, что для окончательной победы над Гитлером повоевать еще придется. Так что стороны в Ялте попутно договорились еще и о решении нескольких тактических моментов. В частности, использовании англо-американской стратегической авиации по еще занятой Вермахтом территории Германии.
В принципе, эта авиация и так совершала регулярные налеты на Рейх практически с начала войны. Немцы, впрочем, в долгу не оставались, так что основательно разрушенный британский Ковентри и немецкий Гамбург в этой «бомбардировочной войне» были лишь самыми показательными, но, увы, отнюдь не единственными примерами.
Кстати, по большому счету, взаимные налеты стратегических бомбардировщиков заодно показали явное завышение надежд теоретиков их применения относительно возможности едва ли не выиграть такими мерами войну. Дескать, удаленное уничтожение военных и особенно промышленных и гражданских объектов в глубоком тылу противника подорвет его экономический потенциал и моральный дух населения.
Не подорвал. Ни в Англии, ни в Германии. В последней вплоть до самого конца войны, несмотря на самые массовые и уже почти безнаказанные налеты «Летающих крепостей» и «Ланкастеров», все равно не были зафиксированы не то, что какие-нибудь бунты населения против власти, но даже и сколь-нибудь заметный хаос в управлении. Продолжали ходить поезда, работать госучреждения, предприятия. 
Характерный эпизод из последней серии знаменитой телеэпопеи «Освобождение», когда Геббельс из подвалов осажденной Рейсхканцелярии, обзванивая по телефону квартиры берлинцев в разных частях города, узнает, занят ли уже тот или иной район советскими войсками. То есть в городе, в котором идут ожесточенные уличные бои с применением танков и артиллерии, продолжает исправно работать телефонная связь! Действительно, чего-чего, но пресловутого «орднунга», то бишь порядка, у немцев не отнимешь…

***

Тем не менее, союзнички СССР с воистину маниакальным упорством пытались «сломить моральный дух немецкой нации» массовыми бомбардировками. Причем именно в конце войны в этом плане они буквально «сорвались с цепи» – вместо прежних, преимущественно «точечных» ударов по транспортным узлам и промышленным предприятиям, начав вываливать сотни тонн авиабомб просто на площади.
Особенно это было заметно в той части Германии, которая, согласно Ялтинским договоренностям, должна была попасть в зону советской оккупации. Это же так приятно для любого уважающего себя западного политика-«наперсточника» – «подгадить» своему пока еще партнеру по общей борьбе, заставив после победы вкладывать колоссальные средства в восстановление разрушенной городской инфраструктуры. Но при этом еще делать невинный вид, дескать это же было сделано по просьбе Москвы!
Да, действительно, советская сторона просила нанести удар союзной авиацией по Берлину и Лейпцигу. Просто собственная стратегическая авиация РККА по количеству и боевым свойствам самолетов, увы, сильно уступала таковой у Великобритании и США.  
Но просьба о налетах касалась только транспортных и промышленных узлов! Дабы затруднить переброску Гитлером подкреплений с Западного фронта на Восточный для противодействия успешно развивающемуся наступлению РККА.
Относительно же Дрездена даже западные историки, очень любящие всяческие фальшивки, не смогли доселе предоставить сколь-нибудь убедительных доказательств советской просьбы об авиаударе на этот город. И уж тем более – почти полном его уничтожении.
Действительно, сколь-нибудь значимого количества войск в этом 7-м по размеру городе Германии с населением в 600 с лишним тысяч человек, просто не было. Западные «адвокаты» варварского налета, правда, упирают на то, что тысяч 50 дрезденцев были заняты на промышленных предприятиях, выпускавших в том числе и военную продукцию. 
Но даже и при таком раскладе этих рабочих было от силы 8% от общей численности населения! Остальные же были, пользуясь языком международных соглашений, «некомбатантами». Которых те же Женевские конвенции, в случае захвата в плен в составе вражеских войск, предписывают без разговоров тут же отпускать домой. Это касается, например, медсестер, врачей (не являющихся военнослужащими), священников и других «гражданских» лиц в военных частях.  
Но это ведь в районе военных действий, где преимущественно находятся взрослые мужчины. А в обычном городе полно еще и стариков, женщин, детей, которые ну никак не могут представлять собой угрозу для наступающей армии. Скорее уж – наоборот, при приближении фронта они представляют собой обузу для противника, который должен их опекать, кормить, за счет снабжения собственно своих войск. 
Недаром еще в Средние Века, славившиеся «византийским коварством» императоры Восточной римской империи, после захвата в бою множества пленных врагов не казнили их и даже не обязательно обращали в рабство. Нет, их калечили – например, выкалывали глаза и отпускали в сопровождении нескольких здоровых проводников по домам. 
Расчет был на то, что семьи будут вынуждены кормить таких инвалидов-нахлебников, тратя на них далеко не безразмерные ресурсы. А при таком раскладе местные правители очень долго не смогут думать о новых войнах против Византии.

***

То есть уничтожать массу обычных горожан, массу беженцев, у британских и американских политиков, с точки зрения классической стратегии ведения войн, не было просто никакой, пусть формально негуманной, но хотя бы рациональной причины. 
Но это если не считать мельком обозначенного выше фактора – относительно плохо скрываемой неприязни к нашей стране и желания ей хоть как-то навредить. Экономические последствия разрушения города в будущей советской зоне оккупации Германии с необходимостью его последующего дорогостоящего восстановления – это ведь только один момент. 
Вторым не менее важным моментом стала откровенная «демонстрация» военной мощи Лондона и Вашингтона Москве. В численности то обычных войск и даже авиации вообще союзники Красной Армии уступали – и значительно. Но в авиации стратегической – действительно превосходили. Вот и решили показать «дядюшке Джо» и его военачальникам, на что они способны. Для чего и разрушили мирный немецкий город почти полностью.
Ведь налет 13-15 февраля 1945 года на Дрезден был далеко не единственным – и даже не первым – их было почти десяток. Но лишь в эти дни бомбили весь город без исключения, а не только его железнодорожные станции, мосты, и другие важные логистические пункты, имевшие хоть какое-то военное значение.  

***

Сами налеты воздушных армад численностью больше, чем в тысячу самолетов, начались в ночь с 13 на 14 февраля. Налетов было несколько, а технология их была изощренно-жестокой. Сначала сбрасывались фугасные бомбы для предварительного разрушения зданий и их перекрытий, затем зажигательные, потом опять фугасные, чтобы окончательно затруднить работу противопожарным службам.
В результате в Дрездене развился настоящий «огненный смерч» (или шторм), когда в центре грандиозного пожара горячий воздух поднимается вверх, образуя внизу зону разрежения, а со стороны из-за этого втягиваются новые, богатые кислородом, воздушные массы. Схема почти как в печке, затушить такой пожар практически невозможно, даже если бы пожарные машины могли свободного передвигаться по заваленным обломками зданий улицам.
Можно только представить, что испытали люди, оказавшиеся в зоне такого «огненного шторма» перед смертью. Да, в общем, и оставшиеся свидетели этого ужаса запомнили его на всю жизнь. 
Например, американский писатель-фантаст Курт Воннегут, в то время военнопленный, привлеченный к борьбе с пожаром. С тех пор тема дрезденской трагедии постоянным «рефреном» всплывала во всех его произведениях. Самое известное из которых так и называется: «Бойня №5».

***

Точное число погибших до сих пор обсуждается. Сразу после варварской бомбардировки Геббельс заявил о 200 тысячах жертв среди мирного населения. Правда, чуть позже городские власти доложили в Берлин, что жертв вдесятеро меньше.
Впрочем, большинство экспертов, включая и нескольких западных генералов, называют цифру около 100 тысяч человек, «хрестоматийной» в советской историографии стало количество погибших в 135 тысяч. Кстати, в западных СМИ и на научных конференциях эти данные время от времени тоже всплывают. 
Хотя, конечно же, американский и британский истеблишмент предпочитает максимально заниженные данные в 20-25 тысяч жертв, апеллируя к вышеупомянутому докладу дрезденской мэрии в Берлин. Дескать, ну как могли педантичные немцы ошибиться в подсчетах, да еще рискнуть обмануть своего фюрера?!
Да очень просто! Заинтересованность Геббельса в максимальной цифре погибших определялась пропагандистками задачами его ведомства. Но для правительства Гитлера в целом куда большее значение играл другой момент – как могли местные власти крупного немецкого города допустить такое количество жертв налета среди своих сограждан?! Где были пожарные, медицинские службы, вся система «гражданской обороны», наконец? 
И если ответственные за их работу «были не на своем месте», то не пора ли им за это ответить? В лучшем случае – уйти «добровольцами» на Восточный фронт, в худшем – отвечать на неприятные вопросы в Гестапо.
А ведь городские чиновники тоже жить хотят. И, спасая свои шкуры, могут вольно обойтись даже с хваленым немецким «орднунгом». Тем более что и с ним, как с «старухой» из известной пословицы, в Германии тоже нередко наблюдалась «проруха». 
Например, когда наши части освободили концлагерь Освенцим, оказалось, что руководившие им эсесовцы … не вели точного учета количества уничтоженных жертв! С тех пор историки и правозащитники так и спорят, сколько тех было – то ли 600 тысяч, то ли полтора миллиона…
А с учетом в Дрездене после бомбардировок было вообще очень мрачно. Во-первых, кроме коренных горожан там находилось по общим оценкам около 200 тысяч беженцев, далеко не все из которых были внесены в какие-то официальные списки. 
Да и остались ли последние в сохранности, если после бомбардировок было разрушено около 80% всех зданий в городе? А потом там еще и свирепствовал чудовищный «огненный шторм», в котором-то и люди, по свидетельству очевидцев, превращались в пепел почти мгновенно, что же говорить и бумагах…
Так что всего 20 тысяч официальных жертв, по данным городских чиновников, вполне объяснимы на фоне вышеизложенных моментов. Не исключено даже, что чиновники эти специально даже не лгали. Ну сгорели документы – что ж тут делать. А что нашли – учли, посчитали и доложили. Заодно и свои головы сохранили от возможных «оргвыводов» властей Рейха.

***

Вообще, резонанс даже в западных СМИ после уничтожения Дрездена был таким, что основной инициатор этой бойни, британский премьер Черчилль, уже в марте почел за лучшее «нацепить маску гуманиста» и пафосно задаваться вопросом: «А нужны ли, вообще, в дальнейшем такие бомбардировки немецких городов?» При этом предельно лживо намекая, что, дескать, мы-то не очень их и хотели проводить, но вот русские нас попросили. Хотя никаких документов на этот счет, ни наши, ни западные историки не обнаружили до сих пор.
Тем более что кроме фактора чисто экономического ущерба СССР из-за необходимости послевоенного восстановления Дрездена, «устрашающий» компонент налета англо-американской авиации на Дрезден, грубо говоря, накрылся медным тазом. Хотя бы потому, что западные «герои» сбрасывали свой смертоносный груз на практически беззащитный город – недаром все их потери составили всего-то около 20 машин (из более тысячи!). И то, больше половины аварий произошло еще над своей территорией – из-за столкновений на взлете, в полете из-за слишком близкого размещения самолетов в воздушном строю и т.д.
А советские ВВС имели абсолютное преимущество над пока еще союзниками в истребителях. Соответственно, наша противовоздушная оборона была практически непроницаемой для потенциальных налетов авиации «англо-саксов» по обе стороны океана. 
Какие там «армады летающих крепостей», американцы несколько послевоенных лет, имея уже внушительное количество готовых атомных бомб, лишь мечтали сбросить их на советские города! Но не решались даже пытаться послать туда отдельные бомбардировщики в надежде на возможность их прорыва. Это же не знаменитый пролет Матиаса Руста на Красную площадь в эпоху «горбачевщины», уже начавшей к тому времени парализовывать надежную оборону нашей страны.
Так что сотня с лишним тысяч немецких граждан, погибших под дрезденскими руинами, оказались совершенно напрасными жертвами, принесенными на алтарь своего маниакального антисоветизма западными политиками. Потомки которых до сих пор цинично обвиняют Красную Армию в «варварском отношении к мирному немецкому населению», хотя сами в своей бессмысленной жестокости при уничтожении Дрездена выглядели ничуть не лучше тех нацистских военных преступников, которые были осуждены на Нюрнбергском процессе. 

5
1
Средняя оценка: 3.33333
Проголосовало: 27