Июль 1945 года в мировой истории

В июле 1945 года в мире произошло три события величайшего значения. Первое – это первое в истории человечества испытание атомной бомбы. Второе – Потсдамская конференция. Третье – Фактическое завершение переброски группировки Красной армии с Европейского театра военных действий на Дальний Восток; и вообще завершение подготовки к началу военной операции против Квантунской армии и вообще Японии. 

Командующими фронтами на Дальневосточном ТВД были назначены опытные военачальники Великой Отечественной войны. Общее руководство осуществлял Маршал Советского Союза Александр Василевский, который прибыл сюда в первых числах июля под псевдонимом «генерал-полковник Васильев». Ему подчинялись три фронта. 
Забайкальский фронт: командующий – Маршал Советского Союза Родион Малиновский; начальник штаба – Матвей Захаров; член Военного совета – генерал-лейтенант Александр Тевченков. 
1-й Дальневосточный фронт: командующий – Маршал Советского Союза Кирилл Мерецков; начальник штаба – генерал-лейтенант Александр Крутиков; член Военного совета – генерал-полковник Терентий Штыков.
2-й Дальневосточный фронт: командующий – генерал армии Максим Пуркаев; начальник штаба – генерал-лейтенант Фёдор Шевченко; член Военного Совета – генерал-лейтенант Дмитрий Леонов.
Кроме того, совместно с советской группировкой против Японии выступила Монгольская армия, которой командовал маршал Хорлогийн Чойбалсан. 
Если ничто не нарушит задуманного, непосредственно о боевых действиях и силах сторон поговорим в августе. А пока… 
Скажу совершенно безапелляционно: считаю, что японские вооружённые силы не имели никаких шансов на то, чтобы противостоять Красной армии. Квантунская армия уступала объединённой советско-монгольской группировке по всем без исключения показателям: по численности и выучке личного состава, по количеству и качеству боевой техники, по мастерству командиров всех звеньев. 
Какую бы морально-психологическую подготовку ни имели солдаты Страны Восходящего Солнца, каким бы духом они ни обладали, сколь ни пропитались готовностью пожертвовать жизнью по приказу микадо – они, повторюсь, не имели шансов противостоять солдату, победившему гитлеровскую армию. 
Япония проиграла войну в тот момент, когда маршал Василевский только получил задачу от Сталина. Ибо опыт всегда сильнее теории, тем более, опыт, подкреплённый реальным превосходством по всем показателям. 
А потому я сейчас хочу поговорить о другом. Около двух миллионов человек. Свыше 26 тысяч артиллерийских систем. Около двух тысяч самоходных артиллерийских установок. Свыше 3700 танков. Почти 5,5 тысяч самолётов. 
Далее. Около двух миллионов человеческих желудков, которые трижды в день требовалось накормить и напоить, человеческих тел, которые требовалось одеть-обуть, укрыть от непогоды. Свыше тридцати тысяч орудийных стволов – полевых, самоходных, танковых – требовалось обеспечить достаточным количеством снарядов. А ещё самолёты – патроны нескольких калибров, снаряды, бомбы, ракеты… И для пехоты-матушки – патроны, гранаты, и ещё патроны, патроны, патроны… И для десятков тысяч моторов – топливо, масло, и ещё топливо, топливо, топливо… 
Далее. Инженерная техника – разминирования, понтоны, прокладки колонных путей, маскировка, обеспечения водой… Техника связи. Технические средства разведки. Средства аэродромного обеспечения. Трубопроводные войска… А госпитали и медицинское обеспечение боя – для людей. А ремонтная база для техники… И многое-многое ещё всевозможное, что требуется для взаимного истребления людей, именуемого войной. Наверное, ты, дорогой читатель, уже понял, о чём речь. Всё это требовалось перебросить через всю страну с далёкого Запада на Дальний Восток! 

Конечно, я не стану рассказывать во всех подробностях о том, как эта грандиозная операция была осуществлена на практике. Но на некоторых ключевых моментах остановлюсь. Основная нагрузка по переброске войск пришлась на железнодорожный транспорт. С него и начнём. 
Что нужно для выполнения этой задачи?.. Собственно железнодорожное полотно. Вполне понятно, что за время войны оно постоянно ремонтировалось в оперативном порядке, но навряд ли где занимались ремонтом капитальным – не до жиру. Рельсы, шпалы, стрелки, путепроводы, станционное оборудование, всевозможные сигнальные устройства – всё требовалось проверить и обеспечить бесперебойную пропускную способность. 
Расстояние от Берлина до Читы по железной дороге составляет 8088 км. Плюс до Борзи, Хабаровска, Владивостока, других портов края… Значительная часть пути – одноколейная. Любая заминка чревата сбоем на всём протяжении этого пути. Байкало-Амурскую магистраль, которую задумали ещё в 30-е годы, по сути, даже начать не смогли – а как теперь она пригодилась бы!.. 
Соответственно, требовались квалифицированные кадры. Кадры, которые предварительно всё многопрофильное хозяйство подготовят к напряжённой нагрузке, а затем будут эту самую нагрузку обеспечивать бесперебойностью. В соответствующих материалах приведены совершенно немыслимые данные о количестве поездов и вагонов, которые доставляли перечисленные выше людей и грузы. На конечном пункте требовалось оперативно вагоны и платформы разгрузить и отправить обратно. В условиях однопутной дороги требовалось строжайшее соблюдение графика расхождения встречных составов на разъездах. 
А что такое разгрузка?.. Требовалось оперативно переместить доставленный груз из вагона на разгрузочную площадку. Соответственно, требовалось возвести множество сооружений – хотя бы для того, чтобы те же тысячи танков и САУ могли съехать с платформ… И требовались паровозы, запасы топлива, основные и сменные паровозные бригады, и депо, мастера… И организовать питание личного состава по пути следования, и кипяток, и помывку, и отхожие места… 
Не сомневаюсь, что любой железнодорожник укажет ещё множество составляющих этой грандиозной работы, которую провели работники НКПС и других ведомств в апреле-июле 1945 года; да и в дальнейшем тоже. А ещё охрана. И соблюдение режима секретности. 
Скажем, для того, чтобы японцы не догадались о том, насколько интенсивная идёт переброска войск, разгрузка с эшелонов осуществлялась иной раз за триста километров от границы, а затем техника следовала в район сосредоточения своим ходом. 

16 июля 1945 года произошло событие, которое можно считать поворотным пунктом в истории развития оружия. В этот день произведён первый в истории человечества атомный взрыв. 
В общем-то история слишком известная, чтобы о ней много говорить. Название программы всем известно: «Манхэттенский проект». Существовал он с 1942 года. Руководитель – Роберт Оппенгеймер. 
Разработкой атомной бомбы в Штатах занималась команда численностью 130 тысяч человек. Под программу требовалось построить заводы, лаборатории, полигоны, стенды, инфраструктуру… Соответственно, большинство из задействованных людей понятие не имело, над чем они трудятся. Даже вычислители – а соответствующая техника на тот момент ещё пребывала в довольно архаичном состоянии, не все входили в число посвящённых. 
В результате усилий множества людей к лету 1945 года в США создали три бомбы: «Штучка», «Толстяк» и «Малыш». 16 июля на полигоне в штате Нью-Мехико взорвалась именно «Штучка» – заряд имплозивного типа. 
Помните слова Армстронга, когда он ступил на поверхность Луны?.. Это-де, маленький шаг человека, но огромный скачок человечества. 
Так вот, взрыв «Штучки» – это качественный скачок в истории развития оружия. Человек получил дубинку, которая в состоянии одновременно уничтожить сотни тысяч человек; а в вероятной перспективе – и всю планету. 
И тут я хочу сказать вот что. В СМИ кипят дебаты по поводу того, в какой степени способствовала советская разведка созданию нашей, родной, советской бомбы… Как водится, демагоги демократического крыла нашей интеллигенции доказывают, что лапотная Россия не способна ничего сама создать, а только спереть что-то у кого-то и повторить. 
Вот что я думаю по этому поводу. Изобрести что-то принципиально новое на пустом месте невозможно. Ну ладно, сделаем поправку: очень сложно. Любое последующее изобретение является улучшенным вариантом чего-то уже созданного ранее. 
Американская «Штучка» не родилась «с нуля» в голове Оппенгеймера. К ней шли учёные и инженеры многих стран на протяжении нескольких десятилетий. В лабораториях, а точнее сказать, в головах участников Манхэттенского проекта концентрировались знания многих умов человечества по целому ряду научных направлений. В том числе и советского Радиевого института, созданного, между прочим, ещё в 1922 году, на основе Комиссии по изучению естественных производительных сил, существовавшей ещё с 1915 года!.. Вы слышали о такой?.. А уж американцы – люди прагматичные – уж будьте покойны: слышали, знали и российские/советские наработки, по меньшей мере, изучали. 
В чём заслуга американцев?.. Они сумели увидеть перспективу, они выделили под неё ресурсы, они сконцентрировали усилия в правильном направлении. Они промыли невероятное количество научной руды методом научного поиска, а также и проб и ошибок, нащупав правильный алгоритм решения поставленной задачи. И – повторюсь – под эту задачу мобилизовали, в том числе и знания, которые почерпнули у своих предшественников. 
Советский Союз также ещё с 20-х годов занимался атомной темой, однако не так интенсивно, как «западные партнёры». Причина понятна: наша страна все свои ресурсы мобилизовала сначала на индустриализацию, а затем на борьбу с гитлеровской Германией. Наша страна не имела возможности задействовать ресурсы, подобные штатовски…
И она мобилизовала усилия разведки. Это правильно с любой точки зрения. В том числе и с моральной. Учёные и политики Великобритании обижались на США, которые, заполучив наработки союзников, не спешили поделиться с ними своими наработками. А что уж говорить – об СССР!.. Делиться янки не желали – оставалось сделать так, чтобы они поделились без собственного желания!.. 

Но есть тут и другой нюанс. Принеси разведчики самые подробные сведения по созданию бомбы некой посредственности!.. Что было бы?.. Да ничего!
Сталин – семинарист-недоучка, как его характеризуют борцы с тиранией (читайте: желающие подлечь под Запад) – даже во время войны продолжал финансирование работ по изучению урана, хотя, конечно, в совершенно недостаточной степени. 11 февраля 1943 года вышло Постановление ГКО о начале практических работ по созданию атомной бомбы. Практически непосредственным руководителем проекта стал академик Игорь Курчатов. 
Так вот, американские секреты попали в руки не кому-нибудь, а гению, имя которому – Курчатов. 
Главная заслуга советской разведки состоит в том, что она позволила избежать советским учёным метаний и ошибок, которые уже совершили их американские (германские, британские) коллеги. Которые на каком-то этапе и сами опирались на изыскания российских и советских физиков… Такова диалектика науки – любой, в данном случае ядерной физики. 
И ещё одно обстоятельство, которое следует учесть. Атомную (а в скором будущем и термоядерную) бомбу в сарае из подручных средств не смастеришь. Для её создания требуется мощная база – научная, техническая, технологическая, промышленная. Необходимы высшие технологии. Люди, которые умеют решать задачи. А вот тут уже и вообще американский опыт нам, если и годился, то в меньшей степени. В этом вопросе приходилось исходить из реальных возможностей собственной сырьевой и добывающей базы, промышленного потенциала, квалификации тружеников… 
Идею позаимствовать можно. Завод для её реализации необходимо строить самому. 
…На следующий день после взрыва, которому посвящена данная информация, начала работать Потсдамская конференция. В ходе её Трумэн как-то сообщил Сталину об этом испытании. И решил, что «дядя Джо» его не понял – настолько индифферентно советский лидер отреагировал на сообщение. Между тем, причина заключалась в другом. Сталин прекрасно знал, что создание этого жуткого оружия уже вышло на заключительный этап. 
И он лишь сделал вывод: необходимо поторопить своих специалистов – теперь затягивание в реализации советского ответа могло оказаться чреватым. 

О Потсдамской конференции много рассказывать нет необходимости: она разобрана куда более квалифицированными специалистами буквально по косточкам. А потому я расскажу немного о фактах, менее известных. В частности, о том, как Сталин ехал в Потсдам. 
Известно, что вождь летать самолётом не любил. Боязнью это объяснить, или какой другой причиной – неважно для данной темы. По этой причине, когда стал вопрос о том, как добираться до Берлина на конференцию, вопросов не возникало: только поездом. 
Для начала приведу выдержку из своей публикации – об обеспечении безопасности поездки. «…Хотелось бы отметить, что в охране Сталина в период Потсдамской конференции в 1945 году (операция “Пальма”) принимало участие значительно большее число сотрудников органов безопасности. Так, в районе, где размещалась советская делегация и где проходила конференция, было сосредоточено 7 полков НКВД и полторы тысячи самых опытных оперативников. В самом дворце находилось 1000 солдат и 150 оперативных работников советских органов безопасности. А для того, чтобы со Сталиным ничего не случилось во время его следования в поезде из Москвы в Германию и обратно, за состоянием полотна и обстановкой в пятикилометровой зоне вдоль железной дороги следили 17140 бойцов НКВД, огромное число оперработников, а также бронепоезда».
Теперь – о собственно поездке. Мне довелось в своё время прокатиться до Орехово-Зуево на поезде, который некогда был закреплён за Лазарем Кагановичем. Что и говорить: весьма комфортно, хотя и без излишеств – функциональный аскетизм, я бы сказал!.. Думаю, что «литерный» состав тов. Сталина по внутреннему убранству не слишком отличался от увиденного. 
Главное, что следует отметить, это то, что поезд был очень тяжёлым – известен случай (как минимум, один), когда он не смог преодолеть не такой уж значительный подъём. Поэтому в качестве локомотива во время поездки в Германию использовался американский тепловоз, полученный по ленд-лизу. В Советском Союзе в былые времена имелись свои наработки по строительству тепловозов, в частности, этим занимался наш замечательный конструктор Яков Гаккель. Однако по объективным причинам мы от Запада отставали, и железнодорожный транспорт в основном оставался на паровозной тяге. А старичок паровоз, даже самый совершенный, изначально по своему кпд уступал тепловозу. Сталин, отличавшийся наблюдательностью и любознательностью, обратил внимание на необычный локомотив, подошёл осмотреть его, поговорил с бригадой, поинтересовался причинами, по которым именно ему доверили тянуть столь важный эшелон… 

В одной из предыдущих публикаций уже говорилось о трудностях, которые в июле 1945 года стояли перед Службой военных сообщений и Народным комиссариатом железнодорожного транспорта. Сложные вопросы пришлось решать и здесь… О двух скажу коротко. 
Прежде всего: из Действующей армии началось массовой возвращение фронтовиков на территорию Советского Союза. Нам часто показывают хронику прибытия таких эшелонов… Понятно, что не каждый поезд встречали ликующие толпы. Но ветераны готовились к приезду домой, они соскучились, они торопились… И эшелоны с демобилизованными солдатами следовали один за другим. 
И вдруг по всей линии от Берлина до Москвы все «дембельские» поезда загнали в тупики и держали там без объяснения причины. О том, что трассу расчищают для прохождения «литерного», в котором едет «сам Сталин», конечно же, никто не знал. И открыли им зелёный свет только после того, как сталинский поезд проследовал на запад. 
И второе обстоятельство. На протяжении войны по всей трассе что полотно, что мосты и другие сооружения, неоднократно взрывали – то наши при отступлении, то партизаны, то немцы, то авиация… А потом восстанавливали… И некоторые мосты ставили военные сапёры как временные – и рассчитаны они были именно для прохождения штатных составов. А тут – тяжеленный бронированный поезд!.. 
Сталин, человек эрудированный, не мог не знать историю с крушением поезда, в котором ехал император Александр III с семьёй. Любой железнодорожник не мог не знать, чем ему грозит малейшее что-нибудь… В ходе описываемого путешествия накладки случались. Однако все они обошлись без последствий со стороны тов. Берии и его команды. 
А вот ещё что интересно. Некоторое время железнодорожники колебались, каким маршрутом ехать. Традиционно из России в Берлин следовали через Кёнигсберг – об этом хорошо и с юмором рассказывается в книжке Николая Лейкина «Наши за границей», написанной примерно году в 1900-м. Однако в описываемом варианте склонились к маршруту через Смоленск–Минск–Брест–Варшаву. 
Все мы знаем, что ширина колеи после Бреста разнится от отечественной. А вот о чём я не знал!.. Оказывается, когда Красная армия перешла границу СССР, чтобы не «переобувать» вагоны – процесс довольно трудоёмкий, железнодорожные войска сразу за наступавшими войсками перешивала колею под российский (в смысле ещё дореволюционный) стандарт. Так что до Берлина поезд шёл на тех же колёсных парах, на которых отправился из Москвы. 

…Ну и немного всё же о самой конференции. Хорошие были Черчилль и Рузвельт или плохие – только Сталин их хорошо знал, и у них уже завязались какие-то личные отношения. Они могли друг к другу как угодно относиться, но они понимали друг друга. 
В Потсдаме перед Сталиным предстали совершенно другие люди, ему толком не знакомые. По сути, именно с данной конференции начиналась новая эра в строительстве нового миропорядка. 
Ох, как бы они вели себя – эти новоявленные лидеры ведущих государств Запада!.. Как бы они себя вели, если бы не оказались кровно (именно кровно!) заинтересованы во вступлении СССР в войну против Японии!.. 
Именно во время конференции Трумэн сообщил Сталину об испытании атомной бомбы. Этот исторический эпизод обыгрывался в литературе и кино множество раз. Известно, что советский вождь и бровью не повёл, услышав такую новость. Американский президент почувствовал разочарование – он решил, что собеседник попросту не понял, о чём идёт речь; соответственно, это не добавило в его глазах авторитета «дяде Джо». О том, насколько Сталин был в курсе ситуации, он даже предположить не мог!.. 

5
1
Средняя оценка: 3.05556
Проголосовало: 18