«С таким командиром в огонь и воду»

Большую часть жизни латыш Эрман Яковлевич Магон провел на полях сражений. Ему довелось повоевать против белогвардейцев, подавлять восстание в Тамбовской губернии. Великую Отечественную войну Магон встретил опытным воином. И личным примером вдохновлял испуганных солдат. 

Небольшой хутор Упит, что сейчас является частью Литвы, некогда относился к Российской империи. И он -  малая родина советского генерал-майора Эрмана Яковлевича Магона, который родился здесь 15 октября 1899 года. 
Детство Эрмана сложно назвать каким-то особенным. Мальчишка рано приобщился к труду и много работал, стараясь не отставать от взрослых. Первая Мировая война внесла коррективы в жизнь семейства. Но, в силу возраста, Эрман на фронт не попал. А вот гибель Российской империи и последующая Гражданская война мимо него не прошли. Перед Магоном встал выбор: на чьей стороне воевать? Поскольку он к тому времени уже проникся идеями большевизма, то решение парень принял быстро. И уже в начале 1919 года он оказался в Рабоче-крестьянской Красной армии. Так началась его блестящая, но трудная военная карьера. 

Вначале своего пути Эрман Яковлевич был зачислен красноармейцем в 18-й стрелковый полк, относящийся к 2-й стрелковой дивизии Армии Советской Латвии. И вскоре парень оказался в водовороте событий. Его, неопытного и необстрелянного бойца, отправили на Западный фронт. Здесь Магон сражался с противником сначала в Ковенской губернии, а позже его дивизию перевели в Курляндию. Но вскоре после сражений близ города Бауск, военное соединение было расформировано. Эрману выпала редкая возможность немного перевести дух. Он, в том же 1919 году, отправился учиться на Смоленские советские пехотные курсы комсостава РККА. А затем принял участие в нескольких сражениях на Смоленщине. 
Учеба на курсах не прошла бесследно. Осенью 1919 года Магон, служивший в 10-й стрелковой дивизии, сначала занял должность помощника командира 88-го стрелкового полка, а вскоре стал и командиром. Летом следующего года Эрман сделал очередной шаг по карьерной лестнице. Его назначили командиром взвода, а чуть позже перевели на должность помощника командира роты запасного батальона дивизии. 

Именно служба в 10-й стрелковой дивизии позволила в полной мере раскрыться Магону, как воину. 1920 год выдался «урожайным» на кровопролитные сражения. Эрман сначала сражался в Эстонии, а позже дивизию перевели на псковское направление. Здесь ей противостоял опытный белый генерал Николай Николаевич Юденич и его Северо-Западная армия. Правда, к тому времени она уже не представляла собой ту грозную силу, которой являлась еще год назад. Дело в том, что в июне 1919 года Александр Васильевич Колчак назначил Юденича Главнокомандующим всеми русскими сухопутными, морскими вооруженными силами против большевиков на Северо-Западном фронте. После этого Николай Николаевич возглавил армию и попытался организовать поход на Петроград. Правда, генерал рассчитывал, что в этом ему помощь окажет Финляндия. Вот только этого не произошло. Тем не менее, белогвардейцы при поддержки эстонских воинских подразделений, сумели прорваться сквозь оборонительные рубежи красных. Белые захватили несколько населенных пунктов, в том числе, например, Красным селом, Царским селом и вышли к Петрограду. Вот только выполнить главную задачу Юденич так и не смог. Внутри его армии начались раздоры, в первую очередь, из-за эстонцев. Большевики попытались привлечь их на свою сторону, поэтому пообещали им как территориальные уступки после победы на белыми, так и политические. И Юденич со своими монархическими идеалами стал для эстонцев неинтересен. Итог: Николай Николаевич не смог взять Петроград. Более того, под натиском красных он вынужден был увести Северо-Западную армию на эстонские земли. Вот с таким, уже основательно потрепанным и обескровленным противником и довелось сражаться 10-й стрелковой дивизии, а значит, и Эрману Яковлевичу. В конце концов, эстонцы разоружили белых, а затем интернировали их.
Довелось Магону сражаться и в Советско-Польской войне, длившейся с 1919 по 1921 годы. Затем были кровопролитные бои с войсками генерала Станислава Никодимовича Булак-Балаховича. А весной 1921 года Эрман оказался уже на Тамбовщине среди солдат, подавлявших восстание. 
Затем, вплоть до декабря 1921 года в военной жизни Магона наступил «штиль». А затем его 85-й стрелковый полк был переброшен в Карелию. Здесь Эрман сначала сражался с отрядами белофиннов, а после вместе с сослуживцами охранял Мурманскую железную дорогу. 

Постепенно жизнь в молодом советском государстве стала налаживаться. Белое движение было окончательно разгромлено, а мелкие восстания не представляли реальной угрозы. По факту, Эрман Яковлевич мог и завершить свой славный боевой путь и выйти в отставку, но он не стал этого делать. Магон понимал, что армия — это и есть его жизнь. 
Следующие шесть лет Эрман Яковлевич провел относительно спокойно и мирно. Он занимал более высокие должности, отучился в Военной академии РККА. А после окончания его назначили командиром и комиссаром 76-го стрелкового полка, находящегося в составе 26-й стрелковой дивизии. Произошло это в 1928 году. А в следующем Магон вновь оказался под вражеским обстрелом. Его полк принял участие в противостоянии с войсками Поднебесной, после того как они захватили контроль над Китайско-Восточной железной дорогой. Конфликт продлился чуть более двух месяцев (с 12 октября по 22 декабря) и завершился победой советской стороны. 
Безупречная репутация и боевые заслуги позволили Эрману Яковлевичу в начале 1934 года стать командиром 21-й стрелковой дивизии. А вслед за этим событием последовало другое - его наградили орденом Красной Звезды. 
 1936 год выдался очень тяжелым и напряженным для военных. Тогда в Советском государстве начала свое кровавое движение безжалостная машина репрессий. В 1937 году был расстрелян маршал Тухачевский и многие другие. А 1939 год не пережил и второй маршал — Егоров. 
Сгустились тучи и над Магоном. В 1938 году он занимал должность командира 18-го стрелкового корпуса. Военным, конечно же, заинтересовались сотрудники НКВД. Ему припомнили латышское прохождение, а также попытались предъявить обвинение в шпионаже. В конце февраля 1938 года Эрмана Яковлевича арестовали и уволили из армии. Но, найти какие-либо доказательства его вины так и не удалось, справедливость на этот раз восторжествовала. И уже в конце апреля Магона освободили, а дело закрыли. Военного восстановили в армии, а вскоре поставили на должность старшего преподавателя Академии Генштаба Рабоче-крестьянской Красной Армии. 

*** 

Великую Отечественную войну Эрман Яковлевич встретил в качестве командира 45-го стрелкового корпуса, дислоцировавшегося в Харьковском военном округе. Как только противник вторгся в СССР, корпус оперативно включили в состав 21-й армии Западного фронта. Правда, уже в июле его «прицепили» к 13-й армии Центрального фронта. 
Эрману Яковлевичу и его бойцам удалось отличиться в июле 1941 года во время Смоленского сражения. Солдаты обороняли Могилев, сдерживая волны атак противника. А после и вовсе перешли в контрнаступление. Магон атаковал немцев близ Кричева и те, не выдержав натиска, начали отступать. Это позволило красноармейцам прорваться на Рославльское шоссе на участке Шумятичи — Хотвиж. Подобный инцидент ошеломил немцев. Они даже и подумать не могли, что кто-то из красноармейцев сможет поставить под угрозу тыл 2-й танковой группы, которой командовал Гудериан. Узнав, что на шоссе прорвался лишь 45-й стрелковый корпус, противник решил перебросить туда часть сил, чтобы устранить угрозу. 
Немцы мощно ударили по правому флангу 13-й армии. Силы, конечно, были неравны. И поэтому вскоре противник близ Климовичей сумел окружить корпус Магона. 

В наградном листе Эрмана Яковлевича есть описание его подвига. В нем говорится: «Товарищ Магон бесстрашный боевой командир. Чем больше опасность, тем он спокойнее и своим спокойствием, уверенностью вселяет силу и бодрость подчиненным. Он ищет противника. Товарищ Магон там, где идет бой, где наибольшая опасность. Бойцы и командиры управления корпуса и частей так говорят о товарище Магоне: «С таким командиром в огонь и воду»»
В июльских боях Эрман Яковлевич своим примером вдохновлял бойцов, которые дрогнули, испугавшись мощи немецких танков. Однако, храбрость командира вселила уверенность в солдат. И они сумели остановить продвижение вражеской техники, подбив несколько танков. Затем было еще несколько кровопролитных сражений, в который Магон показал себя прекрасным командиром. 
В наградном листе сказано: «За мужество, бесстрашие и отвагу, проявленные в боях с немецкими фашистами. За отличное выполнение боевых заданий, достоин высшей Правительственной награды Орден «Ленина»». 
Это было девятого августа. А всего через пять дней жизнь бесстрашного командира оборвалась. Он, как и подобает настоящему лидеру, первым пошел в атаку при прорыве из окружения. И вражеская пуля все-таки настигла Эрмана Яковлевича. Похоронили генерал-майора на кладбище в Климовичах. 

 

Художник: П. Кривоногов.

5
1
Средняя оценка: 2.64286
Проголосовало: 14