Застава на Дитве

На заре раннего средневековья на высоком правом берегу реки Дитва возникло поселение. Обосновался здесь военизированный отряд численностью 25–30 человек. Но то не был форпост, предназначенный для обороны, у него были совсем иные задачи. Здесь по большому тракту проходили караванно-торговые пути из Полоцка в Гродно через Липнишки, Лиду и далее до Византии. Люди, обосновавшиеся тут, должны были контролировать торговый путь и взимать дорожный сбор-мыт за проезд и провоз товара. Слова «мыт», «мытница», «мытно» на славянском языке означали подать или, в нынешнем понимании, сбор денег. Начало XIV века было стартом экономического и политического расцвета Востока. То было время великого завоевателя и просветителя Тимура Тамерлана. Восток, Запад, Север, Юг стремились расширить своё влияние на ближние страны. 
Так небольшое поселение получило название Мыто. Удобное расположение заставы очень быстро отразилось на развитии поседения. Оно расширялось, росли деревянные срубы. На самой высокой части правого берега поселенцы поставили деревянную церковь, а позднее – каменную. Это уникальное архитектурное сооружение сохранилось до наших дней. За многовековую историю села многое изменилось. Мост, который когда-то соединял оба берега и служил своеобразными воротами (на другую сторону путник мог попасть, только проехав через центр села, так сказать, на глазах у всех), давно разрушился, а находился он в полукилометре по течению реки выше нынешнего моста через Дитву на автотрассе Лида – Гродно. Но до сих пор на левом берегу реки сохранилась земляная насыпь, а в самой реке можно обнаружить остатки дубовых свай. Правда, тогда и река была полноводнее и шире. За прошедшие столетия берега заболотились и заросли, особенно за последние десятилетия. Спустя сорок лет я с трудом узнавал места, где сидел с удочкой и собирал грибы. 

Первое упоминание в летописях о Мыто относится к 1415 году. На Лидчине Мыто, Збляны, Гончары, Лидский замок – краеугольные камни исторического прошлого нашего края, наше наследие, уходящее корнями в глубь православия. 
Впервые в этом селе я побывал ещё в 70-е годы прошлого столетия. Одна местная жительница, которой было тогда за 90 лет, показала мне такие раритеты, которым мог позавидовать Эрмитаж и Третьяковка. Кстати, женщина долгие годы служила у влиятельного чиновника в Санкт-Петербурге. После смерти мужа хозяйка отпустила свою служанку, щедро одарив её ценными подарками и деньгами. В Мыто престарелая бабушка жила у своей внучки Марии, которая работала председателем колхоза «Рассвет». Меня тогда больше всего поразила известная крестьянская боязнь потратить средства, доставшиеся нелёгким трудом. Так и пролежали две тысячи рублей под матрацем, завязанные в платочке. На них в своё время можно было обзавестись хозяйством, построить дом… Одну огромную купюру с изображением Петра I, которую подарила мне эта бабушка, я передал в Лидский краеведческий музей.
Услышал здесь, в Мыто, и легенду времён войны с Наполеоном. Когда французы подходили к селу, жители поснимали церковные колокола и утопили их в реке. И будто с тех пор в тихую летнюю пору можно услышать мелодичный колокольный звон.

В те годы церковь находилась в полном обветшании и запустении – там располагался зерносклад. В наши дни храм отремонтирован и восстановлен на средства прихожан и колхоза «Рассвет». Теперь она смотрится во всей своей красе. У стен церкви мне показали три захоронения, на первый взгляд ничем не примечательные – камень, цемент. Одно из них привлекло внимание тем, что надгробная плита и православный крест были отлиты из чугуна. На среднем из надгробий, которые расположены в ряд, потрясает надпись: «Мало жил, но много испытал». Здесь покоится прах настоятеля церкви, замученного немцами. На третьем, самом дальнем, надпись практически стёрлась, читаются только отдельные слова: «…Андрею Мигуновскому… или Андрей Мигуновский. 30 января 1879 год…» Этот памятник отличается от остальных некоторым изяществом, я бы даже сказал, какой-то мягкой женственностью. Это подчёркивает и металлическое распятие на вершине памятника, размером около 20 см. Было такое ощущение, что именно здесь могла быть похоронена женщина, причём, видимо кем-то сильно любимая. Правда, я тогда сильно усомнился в словах своего коллеги по редакции газеты «Уперад» Евгения Пятакина, который утверждал, что это могила Ольги, дочери генерала Жегалова. Вот если бы удалось прочитать надпись. Бабушка Марии хорошо знала Ольгу, но, когда и где её похоронили, не знала, так как в то время жила в Санкт-Петербурге. Могила может быть либо у церкви, либо на сельском кладбище Мыто. Но это уже дело чести сотрудников Лидского музея.

   

С помощью интернета и сотрудников Лидского историко-художественного музея удалось многое узнать о человеке, чей прах покоится у стен старинной церкви. Через сорок лет меня вновь потянуло в Мыто к этой православной церкви. Тут многое изменилось. Появилась ограда, территория и могилы ухожены, нет тех зарослей бурьяна и крапивы, через которые невозможно было пробраться. Это всё благодаря сельчанам, которые чтят память предков и поддерживают порядок.
На чугунной плите, окрашенной под серебро, чётко читалась надпись: «Памяти объ своём отце генералъ-майоръ Жегаловъ воинъ с 1806 г. умершем въ 1871 г. 28 февраля на 83 г. жизни. Посвящает дочь Ольга. Прохожий! Уважи эту память и посвяти свой вздох за упокой погребённого здесь ближ. Своего». На кресте надпись: «Посвящает внук Иван Жегаловъ дъду своему Тимофею».
Полковник Жегалов Тимофей Иванович, кавалер ордена Святого Георгия IV класса, служил в Эстляндском егерском полку, затем в 1838 году был назначен командиром 10-го Новоингерманландского полка. После шести лет безупречной службы, 16 марта 1844 года, был уволен в отставку по состоянию здоровья в звании генерал-майора.
Послужной список 10-го Новоингерманландского полка потрясает воображение даже человека, никогда не имевшего отношения к воинской службе. Он был сформирован во второй половине XVIII века как мушкетёрский пехотный полк в г. Херсоне. В течение своего существования полк неоднократно переименовывался и менял места дислокации. Дислоцировался в Гродненской губернии, Вильно, Польше, Молдавии. Учувствовал в крупнейших сражениях того времени, в частности: во второй Восточной войне с Турцией (1787–1791гг.), штурмовал Очаков, в бою при Аустерлице, в обороне Смоленска, в знаменитом Бородинском сражении, в Венгерской войне, в Русско-турецкой войне (1877–1878гг.), совершил исторический переход через Балканы. За проявленные образцы мужества и храбрости 1, 2 и 3-му батальонам 10-го пехотного полка пожалованы Георгиевские знамёна с надписью: «За переход через Балканы у Тетевеня и Трояна в декабре 1877 года». Таким знаменитым 10-й полк мог стать только благодаря своим командирам, среди которых был и генерал-майор Тимофей Иванович Жегалов.
У генерала, кроме дочери Ольги, было три сына: Пётр, Александр и Иван. Пётр и Александр Жегаловы, как и их знаменитый отец, дослужились до генеральских званий. Последние годы, уже будучи больным, генерал проживал в селе Мыто у своей дочери, где и был ею похоронен. Есть предположение, что Ольга была замужем за одним из помещиков села Мыто и что третья могила, возможно, принадлежит генеральской дочери.
Прошлое Мыто – малоприметная таможенная застава. Сегодняшнее Мыто – современное село со всеми благами и атрибутами цивилизованного мира. Сюда на живописное лоно природы приезжают горожане отдохнуть, пострелять диких уток, а по случаю прикупить земельный участок для загородного дома.
Скоро через Мыто пролягут туристические маршруты, как некогда торговые пути, будущее села, без сомнения, изменится до неузнаваемости. Но история села, память людская останутся неизменны.

Фото автора.

Художник: В. Мельников.

 

5
1
Средняя оценка: 2.9375
Проголосовало: 16