Подвиг христианской проповеди. Часть II

(к 150-летию создания повести Н.С. Лескова «Соборяне)

Близко к тебе слово, в устах твоих и в сердце твоём, 
то есть слово веры, которое проповедуем.
(Рим. 10: 8)

 

Часть II. «Соборяне»: «заколдованность судьбы» (часть I в № 148)

Судьба создания и публикации «Соборян» сложная, многострадальная. Роман имел несколько редакций, в том числе неоконченных, а также разные названия. Первым заглавием была евангельская цитата – «Чающие движения воды». В Евангелии от Иоанна повествуется о чудотворной купальне «у Овечьих ворот», возле которой «лежало великое множество больных, слепых, хромых, иссохших, чающих движения воды, ибо Ангел Господень по временам сходил в купальню и возмущал воду, и кто первый входил в неё по возмущении воды, тот выздоравливал, какою бы ни был одержим болезнью» (Ин. 5: 2–4). То есть в прямом смысле чающие движения воды – больные, калеки, ожидающие чудесного выздоровления. В переносном значении – ожидающие вообще каких-либо улучшений, обновления жизни. В смысле метафорическом – это исцеление Промыслом Божиим одержимых, бесноватых, духовно искалеченных. Такое духовное очищение, по мысли Лескова, может прийти через проповедующих Слово Божие «попов великих» (X, 329). Одним из них является созданный писателем образ замечательного священника: «(протоиерей Савелий, в особе которого, по моему плану, должна была высказаться “чающая движения” партия честного духовенства)» (X, 264), – писал Лесков Е.П. Ковалевскому 20 мая 1867 года. В том же письме писатель пояснял: «я имею в виду выставить нынешние типы и нынешние положения людей, «чающих движения» легального, мирного» (X, 264).
Однако «Чающие движения воды» должны были пройти «через незримую, бесконтрольную предварительную цензуру» (X, 264), в результате которой заветные мысли писателя были исковерканы, наиболее действенные в социально-критическом плане фрагменты – беспощадно вырезаны. Лесков писал: «в марте этого года <1867 г. – А. Н.-С.> я начал печатать в “Отечественных же записках” романическую хронику “Чающие движения воды”. Продолжение этого романа встретило препятствия <…> Первые два куска первой части прошли благополучно. В третьем отрывке вдруг оказались сокращения, весьма невыгодные для достоинства романа. Мне <…> было известно, кто сделал эти сокращения: их, келейным образом, производит в “Отечественных записках” один цензор и одно лицо Главного управления по делам печати. <…> Это поистине сокращения такого обидного свойства, что никто бы не поверил, что их сделал русский человек; их мог сделать только заклятый враг русских интересов» (X, 262–263).

Писатель сообщил редактору «Отечественных записок» Краевскому, что «Чающие движения воды» «есть роман, задуманный по такому щекотливому плану, что с исполнением его нужно обходиться очень осторожно» (X, 264). Лесков выразил категорический протест против растерзания его романа убийственной цензурой: «не желаю быть, не могу быть и не буду апологетом тех лиц и тех принципов и направлений, интересы которых дороги и милы секретным цензорам бесцензурного издания г. Краевского. Я написал ему <…>, что я не могу стерпеть никаких произвольных сокращений в этом романе и что если сокращения действительно окажутся необходимыми, то я прошу сделать их не иначе, как только с моего согласия, с предоставлением мне возможности по крайней мере залатывать ямы, открываемые негласными цензорами. При этом я добавил твёрдо и решительно, что если такое моё законное требование не будет удовлетворено, – то вынужден буду прекратить продолжение романа» (X, 264). 
Вопреки справедливым требованиям Лескова, в следующем номере («книжке») журнала продолжение хроники подверглось «ещё большим помаркам. В силу этих помарок одно из лиц романа (протоиерей Савелий <…>) вышло изуродован¬ным» (X, 264). Цензурные издевательства над автором и текстом его романа продолжались: «Об этих сокращениях мне не дали знать, как я просил. Напротив, их от меня скрыли и начали перепечатывать и подвёрстывать книжку. Узнав об этом случайно, я простёр мою просьбу о том, чтобы роман с сделанными сокращениями не печатали, а дозволили бы мне объясниться с цензуровавшим его негласным цензором, которого я надеялся разубедить в его опасениях за моё легкомыслие и вольнодумство. <…> Но мне измаранной книжки не дали и объявили, что сокращения будут сделаны, ибо уже таков в “Отечествен<ных> записках” порядок, и номер выйдет. Мне оставалось одно средство за¬щищаться – заявить в какой-нибудь газете, что роман выходит не в том виде, в каком он сделан для печати, и что он вдобавок выходит в свет почти насильно, против моего желания» (X, 264–265). 
Писатель не стал привлекать прессу к делу о «цензурных терзаниях». Он ограничился тем, что не дал следующих глав оригинала произведения для публикации в журнале Краевского: «рукопись романа остаётся у меня, пока я оправлюсь, обдумаюсь и найдусь, что мне можно с ней сделать, после начала романа в “Отеч<ественных> записках”» (X, 265). В том же году отдельные части хроники под новым названием «Старогородцы (Отрывки из неоконченного романа “Чающие движения воды”)» были включены Лесковым в изданную книгу его произведений (1). 

Затем публикация продолжилась уже под третьим заглавием – «Божедомы (Эпизоды из неоконченного романа “Чающие движения воды”)» – в журнале «Литературная библиотека». Этому варианту текста был предпослан другой евангельский эпиграф: «И дал им область чадами Божиими быти, верующими во имя Его» (Ин. 1:12). Однако после двух выпусков в январе и феврале 1868 года журнал прекратил существование. 
Итак, «“хроника” по-прежнему не пристроена! Заколдованность её судьбы удручает. Столько затрачено трудов, столько было ожиданий» (2), – передаёт чувства писателя его сын Андрей Лесков. Мытарства с текстом, подвергшимся жесточайшей цензуре, продолжались. 
5 декабря 1870 года Лесков обратился к С.А. Юрьеву – редактору открывавшегося в Москве нового журнала «Беседа»: «У меня есть оконченный роман, начинавшийся уже печатанием в “От<ечественных> зап<исках>” и известный довольно многим по этому началу. Он называется “Божедомы”. <…> Само собою разумеется, что ничего узкого, фанатического и рутинного здесь нет. Детали романа нравятся всем <…> но в общей идее он для некоторых взглядов требует изменений, которых, по-моему, он вовсе не требует» (X, 279). Далее писатель цитирует самого Юрьева, анонсировавшего выход журнала, и связывает его основное направление с главными идеями своего романа: «Задача и стремление этого сочинения выражены лучше всего словами Вашего заявления: “Вселенская Христова истина, сохранённая во всей её чистоте Восточною Православною Церковью, была просветительницею русского народа с первых веков его истории: под влиянием её сложились его духовный строй и существенные основы его быта. Мы, согласно истинному духу нашего вероисповедания, ожидаем от полноты братской любви и свободы – всей правды в русской жизни”. <…> Потрудитесь подумать: не соответствовало ли бы такое сочинение Вашим требованиям, и потрудитесь тоже написать мне пару слов в ответ на моё предложение. <…> Я бы прочёл Вам моих попов и очень бы рад был слышать им Вашу оценку» (X, 279). 
Не получив вразумительного ответа, писатель предлагал своё произведение ещё нескольким изданиям. В марте 1871 года Лесков передал роман М.Н. Каткову –редактору журнала «Русский вестник». Об этом событии сохранилась запись от 19 марта 1871 года в дневнике Василия Семёновича Лескова – брата писателя: «Сегодня утром приехал из Москвы Николай, где поместил наконец своих “Божедомов” у Каткова в “Русском вестнике” <...> Я душевно радуюсь тому успеху, которым, по его словам, пользовались в Москве в этот приезд его произведения и он сам. От “Божедомов” я жду много хорошего. Дай Бог счастья и доли Николаю, – работает он страшно, подчас даже не по силам своим» (3). 
Так, ровно 150 лет назад основная работа над текстом романа-хроники была закончена. Публикация осуществлялась в «Русском вестнике» с апреля по июль 1872 года. Наконец, завершилась мучительная история с изданием романа. «Чающие движения воды», «Божедомы» и «Старогородцы» в новой редакции получили заглавие «Соборяне (Старгородская хроника)». В 1878-м году роман был издан отдельной книгой. Одна из подготовительных редакций хроники имела подзаголовок «Повесть лет временных», напоминавший о древнерусской летописи.

В.И. Даль в «Толковом словаре живого великорусского языка» дал следующее толкование значения слова «соборянин» (с пометкой «старинное»): священник соборной церкви. Также старинное наречие «соборне» означает «вместе, совместно, совокупно, сообща, в единстве». 
Позднее появилось понятие «соборность» как свободное духовное единение православных людей в церковной и мирской жизни на основе братской любви во Христе. А.С. Хомяков – основатель движения славянофилов – в середине XIX века ввёл в русскую религиозную философию термин «соборность» и так объяснял его сущность: «Единство истинное, внутреннее, плод и проявление свободы, единство, которому основанием служит не научный рационализм и не произвольная условность учреждения, а нравственный закон взаимной любви и молитвы, единство, в котором, при всём различии в степени иерархических полномочий на совершение Таинств, никто не порабощается, но все равно призываются быть участниками и сотрудниками в общем деле – словом, единство по благодати Божией, а не по человеческому установлению, таково единство Церкви» (4). 
Идея соборности воплощается в Церкви Христовой, созидаемой апостолами: «У множества же уверовавших было одно сердце и одна душа; и никто ничего из имения своего не называл своим, но всё у них было общее» (Деян. 4: 32), – и соотносится с девятой частью Символа Православной Веры: «Верую <...> во Единую Святую Соборную и Апостольскую Церковь». Именно такой и должна быть в идеале Православная Церковь, в которой священство и миряне равны, свободны и едины по благодати Божией, в противовес сословно-иерархическим установлениям, ведущим к порабощению одних другими. 
Концепция соборности получила дальнейшую разработку в трудах религиозных философов и богословов: В.С. Соловьёва, В.В. Розанова, П.А. Флоренского, C.Н. Булгакова, Н.А. Бердяева и других (5). Так, С.Н. Булгаков утверждал, что соборность – это «душа Православия» (6).

 

Примечания:
1. Повести, очерки и рассказы М. Стебницкого. – СПб., 1867. – Т. I. – С. 246–292.
2. Лесков А.Н. Жизнь Николая Лескова: По его личным семейным и несемейным записям и памятям: В 2 т. – М.: Худож. лит., 1984. – Т. 1. – С. 376.
3. Лесков А.Н. Жизнь Николая Лескова: По его личным, семейным и несемейным записям и памятям: В 2-х т. – М.: Худож. лит., 1984. – Т. 1. – С. 377.
4. Хомяков А.С. Ещё несколько слов Православного Христианина о западных вероисповеданиях по поводу разных сочинений Латинских и Протестантских о предметах веры. – Т. 2. – С. 253.
5. См.: Горбунов В.В. Идея соборности в русской религиозной философии (пять избранных портретов: В.С. Соловьев, В.В. Розанов, П.А. Флоренский, C.Н. Булгаков, Н.А. Бердяев). – М.: Феникс, 1994.
6. Булгаков С.Н. Православие: очерки учения Православной Церкви. – М., 1991. – С. 145.

5
1
Средняя оценка: 3.03797
Проголосовало: 79