Как Советский Союз готовился защищать дальневосточное побережье

21 апреля 1932 года считается датой создания Морских сил Дальнего Востока – предтечи будущего Тихоокеанского флота СССР.

В этот день был издан первый приказ флагмана флота (по современному – адмирала) Михаила Виноградова, содержащего перечень входивших в соединение боевых кораблей. Сам же Виноградов был назначен на свою должность чуть ранее, в марте того же года. А полностью его должность называлась Начальник Морских Сил Дальнего Востока.
Впрочем, не стоит думать, что термин «морские силы» обозначал какой-то «недофлот», ввиду его малочисленности или низкой значимости. До 1938 года советские военные корабли на всех морях находились в составе Морских сил РККА. Сам флагман Виноградов до назначения на Дальний Восток как раз и командовал Морскими силами Балтийского моря, ранее (и после 38 года) именовавшиеся Балтийским флотом.
Судя по всему, Михаила Васильевича, потомственного морского офицера, принявшего в 1917 году сторону революции, командовавшего балтийскими краснофлотцами с 1926 года, потому и направили на Тихий Океан, чтобы местные военно-морские силы создавались опытным флотоводцем. Слишком уж ситуация была тревожной. В 1931 году Япония начала оккупировать Маньчжурию, продолжала экспансию в сторону остальной части Китая, спешно укрепляла и так весьма мощный военный флот.
Советским же краснофлотцам на Дальнем Востоке противопоставить столь мощному потенциальному противнику было на тот момент почти нечего. Первая мировая и сменившая её Гражданская война оставили на всех флотах СССР очень тяжёлое наследство. Сохранившиеся в строю корабли по водоизмещению составляли всего около 6-й части плавсостава 1914 года. 
Остальной плавсостав был так или иначе потерян (потоплен в ходе боев, уведён белогвардейцами при их бегстве на Запад) или, в лучшем случае, серьёзно потерял боеспособность. К началу 20-х годов боеспособность сохраняли всего 3 линкора (5% от довоенного количества), чуть более десятка эсминцев, ни одного крейсера, и считанные корабли помельче.

Дальневосточной же эскадре особенно не повезло – командовавший ею белогвардейский адмирал Старк в конце 1922 года, когда его разбитые в боях с дальневосточными партизанами и частями РККА подельники сломя голову бежали за кордон, увёл из Владивостока практически все мало-мальски способные выйти из гавани корабли. А потом, после многомесячного «круиза» по портам Японии, Китая в поисках самого выгодного покупателя, в конце концов на Филиппинах продал российские боевые корабли американцам. 
Советским морякам, правда ценой огромных усилий, удалось восстановить тройку оставленных в порту почти «убитых» миноносцев, но даже с несколькими судами помельче на полноценный флот они не тянули. Таким образом, хотя в 1922 году Морские силы Дальнего Востока и были формально созданы, но спустя 4 года были расформированы, а плавсостав был передан частью морским пограничникам, частью – Амурской флотилии.

В связи с упоминавшимся выше возрастанием агрессивно-захватнических поползновений японской военщины в 30-х годах руководству СССР пришлось вновь задуматься о воссоздании на Тихом океане военного флота. Задача эта была очень сложной. В стране только начиналась массовая индустриализация, а строительство современных боевых кораблей, как известно, требует не только очень немалых средств, но и развитых технологий.
К тому же Советский Союз был скорее «сухопутной», а не «морской» державой, как, скажем, Великобритания (с учётом её огромных колониальных владений) или стремившаяся к такому же статусу Япония. А потому Москва просто не могла себе позволить вкладывать значительные средства в постройку очень дорогих боевых кораблей – в ущерб вооружению сухопутной армии.
Особенно это касалось Дальнего Востока. Угроза со стороны Японии, конечно, тоже не сбрасывалась со счетов, но основную опасность советские политики не без оснований видели в западных странах. Которые хоть и были вынуждены бесславно прекратить свою интервенцию на советских просторах в годы Гражданской войны, но продолжали оставаться лютыми врагами первого в мире государства рабочих и крестьян. 
Например, во время «зимней войны» с Финляндией 1939-40 года, Англия и Франция всерьёз рассматривали варианты не только массированных поставок вооружений белофиннам, но и направления туда своих войск! И это несмотря на то, что в это время они якобы воевали (на самом деле, лишь имитируя военные действия в ходе «странной войны») с Германией.
Соответственно, и большинство флотских ресурсов приходилось направлять на укрепление Черноморского, Балтийского и Северного флотов, памятуя излюбленные регионы пребывания англо-французских интервентов.
К тому же реально обеспечить сколь-нибудь существенный паритет советского военного флота с флотом японским в обозримом будущем было абсолютно невозможно. Последний, ещё после печального исхода для Российской империи русско-японской войны 1904-1905 годов, непрерывно укреплялся: одних только линкоров там на начало 30-х годов было 7, не считая десятка тяжёлых крейсеров и полдесятка авианосцев. А японские верфи продолжали интенсивно работать, строя, к примеру, самые крупные в мире линкоры класса «Ямато».

К счастью, после изгнания из страны Троцкого руководством СССР серьёзно была пересмотрена и олицетворяемая этим персонажем идеология «троцкизма», означавшая курс на скорейшее разжигание мировой революции, для чего необходим был экспорт революции с помощью Красной армии и её флота в ближние и дальние страны. Без особого учёта, есть ли для этого у Советского Союза достаточные военные и экономические ресурсы.
Благодаря Сталину и его единомышленникам, этот самоубийственный курс сменился на политику построения социализма в отдельно взятой стране, создания в СССР благодаря индустриализации мощной материально-технической базы, на основе которой можно было создавать и мощные Вооружённые Силы. Правда, без «50 тысяч танков», которых всерьёз требовал у ЦК для своих амбициозных наступательных планов ещё в конце 20-х троцкист Тухачевский, отказываясь при этом от строительства военного флота, равного по мощи британскому или американскому.
Вместо этого Москвой был принят подход, который ныне обычно называют «доктриной ассимметричного ответа» и «разумной достаточности».
В наибольшей мере это как раз и коснулось Тихоокеанского флота (на начало 30-х – Морских сил Дальнего Востока). У только начавшей массовую индустриализацию Страны Советов не было ресурсов для срочной постройки десятков линкоров и тяжёлых крейсеров. Но, с другой стороны, руководство страны и не собиралось отправлять за тысячи километров от своих берегов мощные эскадры.

Основной задачей моряков-тихоокеанцев была защита морских рубежей своей Родины, а этого можно было достигнуть с куда меньшими затратами. Для начала, например, флагман Виноградов просто мобилизовал несколько более-менее сносных гражданских судов, превратив их в минные заградители, которым вовсе не обязательно иметь мощное вооружение и толстую броню – мины они ставят обычно не на глазах вражеской эскадры. 
А каждая такая мина в случае срабатывания может если не сразу потопить, то надолго вывести из строя даже крайне дорогой линейный корабль, не говоря уже о судах поменьше. При этом главная цель – защита от потенциальных вражеских десантов Владивостокского фарватера, устья Амура и других стратегических важных точек советского Приморья решалась с очень большой гарантией.
Также в самые первые недели после создания Морских сил в гавани Владивостока были установлено несколько береговых батарей с крупнокалиберными орудиями, сравнимыми с теми, что устанавливались на борту тех же линкоров. 
Да, в отличие от корабельных пушек, они не столь мобильны, но не зря же знаменитый британский флотоводец адмирал Нельсон говорил, что одна пушка, установленная на берегу, по точности и эффективности равна шести корабельным орудиям. Ведь последним приходится вести огонь с качающейся палубы, а это не лучшим образом сказывается на точности стрельбы.
Для ближней разведки и нанесения при необходимости ударов по вражеским кораблям уже весной-летом 1932 года по железной дороге на Тихий океан было отправлено 12 торпедных катеров. Каждая из торпед которых тоже могла потопить или вывести из строя крупный вражеский корабль. 
Чуть позже им на помощь были доставлены такие подводные лодки, как «Малютки», больше предназначенные для прибрежного и относительно недолгого патрулирования, так и более крупные, класса «Щ» («Щуки»), позволявшие проводить более дальние походы.

Наконец, в составе Морских сил Дальнего Востока с первых месяцев появилась морская авиация, позволявшая проводить как воздушную разведку, чтобы противник не мог подойти к нашим берегам незамеченным, так и наносить бомбовые удары (тяжёлые бомбардировщики ТБ-3 могли нести до 3 тонн авиабомб – очень серьёзную по тем временам нагрузку). 
А ведь при наличии добротных береговых аэродромов, даже и без наличия дорогостоящих авианосцев, флот противника будет подвергаться немалой опасности. Печальным доказательством чего послужило уничтожение японской авиацией, базировавшейся на суше, британского линейного крейсера и нового линкора в декабре 1941 года вблизи Сингапура, что послужило одной из важных причин скорого последующего взятия японцами этой важнейшей британской военно-морской базы в Юго-Восточной Азии.
Уже в течении 1932 года личный состав Морских сил Дальнего Востока увеличился с первоначальных 5,8 тысяч на 2,5 тысячи человек. С каждым годом флот ещё более укреплялся. Так, с 1936 года там появились эскадренные миноносцы, кстати, успешно дошедшие до Владивостока по Северному морскому пути, несмотря на сложную ледовую обстановку, позже ещё и крейсера.

К началу Второй мировой войны Тихоокеанский флот насчитывал около сотни боевых кораблей разных классов. Впрочем, как это и бывает при правильном выборе стратегии, безопасность советского Дальнего Востока решалась комплексно, а не только благодаря возрастанию мощи наших военно-морских сил.
Решающий вклад в отказ Японии от экспансии в сторону советских восточных рубежей внесла Красная Армия, нанеся японской Квантунской армии чувствительные поражения – в ходе конфликта у озера Хасан и на Халхин-Голе. 
После этого «сухопутная» партия японских военных, ратовавшая за скорейшее завоевания всей Азии (включая и азиатскую часть СССР), значительно потеряла былое влияние, уступив «морской» партии, выступавшей за установление контроля над всем Тихим океаном. Что и вылилось, в конце концов, в нападение на Перл-Харбор и начало войны с США.
Ну а в годы Великой Отечественной, как известно, решающим фактором, удержавшим Токио от нападения на Советский Союз, стала беззаветная храбрость бойцов Красной Армии, отстоявшей и Москву, и Сталинград. Не говоря уже о недопущении прорыва гитлеровцев до Урала, что и было установлено в секретном договоре Германии с Японией главным условием вступления последней в войну с СССР.
Так или иначе, советские моряки-тихоокеанцы, чей флот был создан 90 лет назад, успешно выполнили свою задачу по защите восточных рубежей Советского Союза, передав эту эстафету Тихоокеанскому флоту в составе Вооружённых Сил уже России.

 

Художник: Г. Сотсков.

5
1
Средняя оценка: 2.96429
Проголосовало: 56