Ложная слепота

Больше всего последний месяц изумляют не столько высказывания политиков (в конце концов, политиканы народ бессердечный и беспринципный, от них мы ничего другого не ждем), сколько избирательное восприятие и специализированное, словно у змеи, зрение творческой элиты. Существ, всю жизнь делавших вид, будто они защищают справедливость и борются за права человека. Хотя если они за что и боролись, то за вытеснение конкурента с творческого рынка. За признание себя избранными, особенными, идеально подходящими для того, чтобы считаться элитой.

А что, собственно, такое пресловутая элита? Их, этих элит, в глазах общественности несколько. Есть одиозные создания, которым любой обладатель круглого счета – элитарий, что ни поп, тот и батька.

В России традиционно принято называть элитой круг лиц, имеющих много власти и денег. Это высокие чины, крупные предприниматели, руководители и владельцы СМИ, известные деятели науки, культуры, спорта, а в нынешнее время засилья «пятой колонны» еще и медийные фигуры вроде телеведущих, журналистов, топ-блогеров. Таким образом, мы именуем элитой людей, часто появляющихся на экране, наделенных финансовыми и управленческими возможностями. И крупный криминалитет, получается, в эту прослойку прекрасно вписывается. Выходит, что и он тоже российская (или международная, если находится в международном розыске) элита.

Это страшненькое представление о прекрасном, темный образ светлого пути играет с нами скверные шутки. Мы отдаем право на строительство и развитие самой национальной идентичности людям, занимающим высокую должность, загребающим много денег, регулярно мелькающим в телевизоре и в интернете, а также… что еще? Нет, говорить о создании шедевров не будем. Отечественные кино, литература, эстрада и культурные мероприятия список эпохальных шедевров уж точно не пополнят. Даже современные ученые, не обессудьте, могут быть гениями лишь в своей специальности – но отнюдь не в универсальном смысле. Например, микробиолог или вулканолог может ничего не понимать ни в культуре, ни в геополитике. Но почему-то берется судить о том, в чем ни бельмеса не смыслит.

В референтную группу населения следует помещать прежде всего выдающиеся умы, настоящие, а не назначенные сверху, на соответствующую должность, ум и честь нации. Людей, выполняющих свой долг перед Отечеством не за страх, а за совесть. Людей, приносящих реальную пользу, а не получающих от государства большие деньги на занимаемой должности (или другим путем, менее легальным).

Впрочем, общество от людей, выполняющих свой долг, никаких развлечений и дотаций не видит. Как не видит оно и воздуха, которым дышит. Вот почему в элиту могут записать любую пену, имеющую высокий рейтинг и доходы. Смехотворность такой отрицательной селекции очевидна для любого разумного человека. Думаю, и субличности вроде той, чья реплика приводится на скриншоте, согласятся: в верха пробиваются люди не самые чистые душой и морально устойчивые, карьера требует известной гибкости и небрезгливости в средствах. Тем не менее мы привыкли называть элитой тех, кого следует называть истеблишментом.

Есть такое английское слово – «истеблишмент», синоним слова французского – «бомонд», «высший свет». Есть еще одно французское слово – «демимонд», «полусвет», означающее богему. То есть не самые высокие круги общества, мечтающие из демимонда попасть в бомонд. Так вот, на наших глазах российская элита превращается в полусвет. Вернее, превратилась-то она в это давно, просто числилась элитой. И пока числилась, очень много на себя брала. Определяла, что нужно нации, чего не нужно, каковы русские идеалы, каковы русские идеи, какова парадигма в России и за ее пределами… И всё – с активным использованием инструментария ложной слепоты.

Ложная слепота – состояние, при котором зрение физически не повреждено, однако «лже-слепой» заявляет, будто не видит окружающие его объекты, но тем не менее при передвижении на эти объекты не натыкается и вреда себе не наносит, объясняя свою ловкость интуицией. Так же и наши проводники в светлое будущее ловко обходят фигуры умолчания, будучи прекрасно осведомлены об их существовании. Просто не распространяясь о них. Как говорится, кому надо, тот знает, а кто не знает, тому и не надо.

Вот так и формируется между «ложно слепыми» и «пиплом», которым они усердно манипулируют, взаимное недоверие и подозрительность. Отсюда и установки вроде «от народа скрывают правду», и уверенность, что «люди не понимают», «публика – дура». В эту самую расселину между теми, кто должен выступать в качестве российской элиты, и народом, который должен эту элиту воспринимать как образец для подражания или хотя бы как источник достоверной информации, постоянно норовят вбить клин самые разные структуры и службы.

Думаю, многие из нас увидели, наконец, что нет никакого согласия, а тем паче слияния между Россией с ее тысячелетней историей, традиционными духовными и культурными ценностями и современным Западом. В первую очередь не из-за разности традиций, а оттого, что вождем Запада является не Совет Европы и даже не Большой американский брат, а всем известный глобальный ультралиберальный истеблишмент (транснациональные корпорации, международные банки, гиганты IT-индустрии). Политические лидеры разного уровня для них не более чем марионетки, легко заменяемые на другие, более удобные в обращении. И страны, которыми эти марионетки руководят, не более чем пища или назём, на котором эти гиганты растят денежные деревья.

Россия в качестве еды или назёма не годится. Уж очень независимая, а главное, богатая и своеобразная держава. Все равно вырвется, сколько ее ни дели. И вернется в свои границы, пусть и не за одну человеческую жизнь. Хотя на такие огромные сроки глобальные конструкты не загадывают. Невзирая на глобальность, их цели сиюминутны, их планы краткосрочны, их средства ненадежны. Поскольку руководят ими живые люди, у которых никаких сверхцелей нет, а система ценностей довольно приземленная.

Отсюда и колебания курса от «на Украине нет нацистов» до «на Украине воюют принципиальные противники демократии», как в недавней статье Washington Post от 14 марта. Автор статьи Рита Кац признаёт, что «за Украину воюют принципиальные противники демократии, которые открыто мечтают об истреблении евреев. Неонацисты со всего мира рассматривают эту войну как место для реализации своих жестоких фантазий».

Что тут скажешь? Евреи для неонацистов больше не главная цель. Да и во Вторую мировую войну целью были не только евреи, но и цыгане, и русские, и восточные славяне. Однако суть не в этом, а в том, что уже и оплоты русофобии начали сдавать позиции и признавать очевидное. Хотя до осознания еще далеко, очень далеко.

Однако еще дальше до осознания очевидного нашими, если так выразиться, светочами культуры и информации. Читатели посмеиваются: «И как всегда, эту новость не заметит ни Meduza, ни Собчак». Список незаметивших можно продолжать и продолжать. В гибридной войне все средства хороши. А особенно хороша ложная слепота.

Элита не должна сливаться в экстазе ни с политиканами, ни с политиками. Она не должна служить инструментом, как псевдоэлита наших дней. Иосиф Бродский полвека назад сказал: «Я не позволял себе в России и тем более не позволю себе здесь использовать меня в той или иной политической игре... Твой дом остается родным, независимо от того, каким образом ты его покидаешь… Как бы ты в нем – хорошо или плохо – ни жил. И я совершенно не понимаю, почему от меня ждут, а иные даже требуют, чтобы я мазал его ворота дегтем. Россия – это мой дом, я прожил в нем всю свою жизнь, и всем, что имею за душой, я обязан ей и ее народу». («Писатель – одинокий путешественник». The New York Times, 1 октября 1972 года.) Так должен говорить представитель настоящей творческой элиты.

За полвека прежнюю элиту мы растеряли, а та, что есть, производит такое впечатление, будто попал в фильм-антиутопию, где с башен ведется обработка массового сознания психоизлучением и проводятся массовые занятия русофобской гимнастикой.

Псевдоэлита в эти трудные для страны времена думает исключительно о себе, взахлеб рассказывает о своих проблемах, печалится о потерянном авторитете, как Дмитрий Быков: «Я уехал еще за две недели до событий. У меня начался семестр. Я чудом избежал. Господь меня спас от мук выбора. Но, находясь здесь, я очень остро чувствую, что каждое мое слово здесь весит гораздо меньше. И ситуация моральной правоты, которая есть у вас, она была бы мне, с одной стороны, невыносима, а с другой – желанна». Пытается ущипнуть тех, кто смеется над псевдоэлитой, над ее патологическим нарциссизмом (кстати, патологический нарциссизм основан на том, чтобы устраивать объекту психологические качели – от неумеренных похвал к жестоким унижениям). Пишет кривоватые вирши, возвеличивающие автора:

Всегда травили меня гурьбой, 
Шушукаясь за спиною, 
Не те, кому нравится быть собой, 
А те, кто хотел бы – мною.

Словом, псевдоэлита решает свои задачи. Свои мелкие, сиюминутные, шкурные задачи: поднимает себе рейтинг, пытается сохранить свои счета и недвижимость, норовит рассказать Западу: россияне поголовно мечтают слиться с европейским-американским сообществом – во всех смыслах, от психологического до геополитического…

Элитарием нельзя родиться. Им нельзя стать раз и навсегда. Люди, совершающие дурные, корыстные поступки, распространяющие ложь, демонстрирующие глупость и невежество, действующие как марионетки транснациональных корпораций, могут лишиться звания представителя элиты, несмотря на все роли, которые сыграли, фильмы, которые сняли, книги, которые написали, песни, которые спели, научные открытия, которые сделали. Человек может сам уничтожить дело своей жизни и превратиться в несуразную «правозащитную фигуру», которую можно охарактеризовать как «городской сумасшедший». Стоит ли того фетиш нашего времени – общественный резонанс?

 

Художник: Рожер Сюро.

5
1
Средняя оценка: 3.33451
Проголосовало: 284