Челюскин: скромный герой Великих северных открытий

20 мая 1742 года штурман одного из исследовательских отрядов Великой северной экспедиции Семён Челюскин достиг самой северной точки Евразийского континента – мыса, век спустя названного его именем

Челюскин происходил из знатного дворянского рода, к началу VIII века изрядно обедневшего. Оттого историки так и не выяснили точную дату рождения знаменитого полярника. Считается, что он родился около 1707 года.
Впрочем, стоит заметить, что такая хронология не стыкуется с важнейшим периодом жизни Семёна Ивановича – обучением в Московской навигацкой школе. Доподлинно известно, что учился он там в период с 1714 по 1721 год, когда после успешной сдачи экзаменов был направлен служить на Балтийский флот по штурманской части.
Однако также известно, что принимали в эту школу с 12-летнего возраста! Ведь процесс учёбы включал в себя занятия не только за партами, но и обширную мореходную практику. 
Сложно представить себе 7-8-летнего мальчика, учащегося ставить паруса на учебном фрегате. Не зря даже в юнги во всех флотах мира подростков моложе 11-12 лет просто не брали. 
А уж представить себе 14-летнего подростка (а ведь именно столько Челюскину должно было быть в 1721 году, дате выпуска из школы) на палубе боевого корабля в ответственной должности штурмана (по петровскому Уставу, в случае если из-за штурманской ошибки корабль терпел крушение, виновнику грозила казнь или каторга) очень сложно. 
Так что, скорее всего, легендарный исследователь родился минимум на 5 лет раньше общепризнанной даты рождения – около 1702 года. То есть, к началу Великой северной экспедиции в 1733 году он имел уже вполне зрелый возраст и солидный морской стаж.
Вскользь можно заметить, что тогдашнее отношение к представителям штурманской профессии в российском флоте особым пиететом не пользовалось. При Петре I штурманы (во всяком случае, большая их часть) вообще не считались офицерами! Несмотря на фундаментальную научную подготовку (по математике, в частности, без которой навигационные вычисления просто немыслимы) они относились лишь к унтер-офицерскому флотскому составу. 
Забегая вперёд, можно сказать, что первый офицерский чин Челюскин получил лишь в 1742 году, после возвращения из экспедиции в Петербург. Несмотря на то, что предыдущие 7 лет он являлся фактическим заместителем нескольких, сменивших друг друга, начальников отряда – флотских лейтенантов.
Справедливости ради отметим, что в те времена царь-реформатор строго следил за тем, чтобы военную службу даже родовитые дворяне начинали с рядовых должностей, постепенно вырастая до высоких званий. Которые, в свою очередь, тоже присваивались преимущественно за серьёзные заслуги. Даже сам Пётр, несмотря на все свои колоссальные заслуги по созданию отечественного военного флота, длительное время носил чин всего лишь шаутбенахта – аналога самого младшего контр-адмиральского звания. 

Семён Челюскин, как и большинство других «птенцов гнезда Петрова», в первую очередь думал не о чинах и прилагающемся жалованье, но о славе и величии своей Родины. Оттого и без колебаний отправился в Великую северную экспедицию, которая должна была нанести на географическую карту хотя бы приблизительные очертания границ земли российской за Полярным кругом, там, где до этого картографы изображали почти сплошные белые пятна.
Экспедиция длилась 10 лет, и все эти десять лет штурман провёл в трудных путешествиях, лишь изредка перемежающихся зимовками. Тоже, впрочем, в очень сложных условиях. А уж многомесячные плавания на «дубель-шлюпке» «Якутск», крошечной скорлупке неполных 50 тонн водоизмещения (при том, что туда набивалось свыше полсотни членов экипажа) даже в более тёплых широтах тоже простым не назовёшь. 
Челюскину, единственному из руководящего состава Ленско-Енисейского отряда Северной экспедиции, было суждено выполнить свою миссию до самого конца исследований. Его первый командир, лейтенант Василий Прончищев, скончался в сентябре 1736 года, через несколько дней умерла и его жена Мария, героическая женщина, делившая с мужем все тяготы полярного путешествия.
Остатки экипажа вывел на место постоянного зимовья именно Челюскин. Правда, в должности начальника отряда его так и не утвердили – с 1739 года им стал другой знаменитый полярный исследователь, на тот момент лейтенант, Харитон Лаптев (в честь его и брата Дмитрия названо море, с севера омывающее полуостров Таймыр).
Снова последовали плавания «Якутска», но в условиях начала навигации из-за позднего таяния льдов лишь в середине лета и скорого наступления холодов, особых достижений на этот раз достигнуть не удалось. А сам корабль 15 августа 1740 года был затёрт льдами и затонул. 
К счастью, экипажу удалось спасти большую часть припасов, пройти 15 миль по дрейфующим льдам до берега и добраться пешком до базы, пройдя 700 вёрст в условиях наступающих холодов и свирепствующей цинги. Важнейшую роль в успехе этого героического перехода сыграл и штурман Челюскин.

После потери «Якутска» Лаптев принял закономерное решение продолжить исследования побережья с суши. С одной стороны, полярники избегали таким образом множества рисков, связанных с плаваньем в северных морях. С другой – полноценное передвижение в тундре на санях было возможно лишь после выпадения снега, началом полярной зимы и полярной ночи.
В начале декабря 1741 года Семён Челюскин и два казака, Фофанов и Горохов, на собачьих упряжках вышли из Туруханска в направлении устья реки Хатанга. Путешествие продлилось больше 3 месяцев – в круглосуточном ночном мраке, лишь в ясную погоду при тусклым свете звёзд, морозах до 50 градусов, нередко с многодневными снежными буранами, пурге. Взятого продовольствия тоже полностью не хватало, из-за отсутствия витаминов развивалась цинга.
Тем не менее, 20 апреля 1742 года путешественники достигли самой северной оконечности полуострова Таймыр, названной Челюскиным «Восточным Северным мысом». Заслуженный штурман тогда ещё не знал, что открытый им мыс является самой северной точкой Евразийского континента! На Русском Севере на тот момент были исследованы ещё не все «белые пятна», хотя их площадь заметно поубавилась по итогам работы Великой Северной экспедиции.
Значительная часть этих данных была получена как раз в результате санных путешествий Семёна Ивановича, имевших общую протяженность в 6400 км! Только в ходе главного рейда по Таймыру полярники прошли 1600 км вдоль его побережья, дойдя до устья Хатанги и Енисея.
Так, выполнив большую часть поставленных задач, спустя 10 лет после начала, завершилась Великая Северная экспедиция, задуманная ещё Петром Великим, начатая при его племяннице Анне Иоанновне и закончившаяся уже при дочери первого российского императора Елизавете Петровне. 

Особых наград за свой десятилетний подвиг в суровых условиях Заполярья Челюскин так и не получил. Если не считать разве что присвоенного, наконец, в возрасте около 40 лет звания мичмана, которое к тому времени уже умудрялись получать «недоросли» из знатных фамилий, формально записываемые заботливыми родителями на военную службу едва ли не с пелёнок. Увы, после смерти Петра его наказ об обязательной службе для дворян рядовыми быстро научились обходить…
Правда, в 1751 году заслуженный полярник стал-таки лейтенантом, спустя 3 года – капитан-лейтенантом, а в отставку по болезни вышел в 1756 году уже капитаном 3-го ранга. Умер Семён Иванович в довольно почтенном для той эпохи возрасте, в 1764 году. 
С формальной точки зрения – так себе карьера. Многие в такие же годы уже примеряли на себя эполеты полных адмиралов и генерал-аншефов, а то и фельдмаршалов. 
Однако история всё расставила по своим местам. Имена многих таких адмиралов-карьеристов ныне известны лишь считанным историкам. А вот имя Челюскина знает любой школьник, изучивший курс географии: знать крайние точки основных континентов Земли – абсолютное требования школьной программы. 
Правда, случилось это не сразу. Даже доклад Челюскина флотскому начальству в Петербурге был опубликован и стал широко известен лишь в 1851 году! А «Восточный Северный мыс» на Таймыре, по предложению академика Александра Миддендорфа, также приложившего огромные усилия для исследований российского побережья Северного Ледовитого океана, был назван именем своего первооткрывателя.
Ещё более прославила имя полярного штурмана героическая эпопея по спасению экипажа затёртого льдами ледокольного парохода «Челюскин». Ледокол в 1934 году не сумел дойти до Берингового пролива в ходе перехода Северо-Восточным морским путём за одну навигацию всего-то сотню километров. Тогда подвигу советских лётчиков, сумевших спасти с дрейфующей льдины свыше ста моряков и учёных, рукоплескал весь мир! 
И сегодня имя Челюскина, заслуженного штурмана-полярника, настоящего патриота России, по праву является одним из самых почитаемых в ряду других первопроходцев нашей страны.

5
1
Средняя оценка: 2.84615
Проголосовало: 52