Святая Троица – символ единства Руси

Праздник Святой Троицы, который в этом году православная Русь отмечает 12 июня, впервые появился в качестве местного храмового праздника Троицкого Собора как чествование иконы «Троица» преподобного Андрея Рублева, одной из самых прославленных русских икон, созданной знаменитым изографом под сильным духовным влиянием и по слову преподобного Сергия Радонежского – для иконостаса Троицкого собора Троицкого монастыря, впоследствии ставшего Лаврой.

 

Панорама Троице-Сергиевой Лавры. Открытка 1890-х

Русским мыслителем сказано: прекраснейшее из зданий русской архитектуры, Собор Троицкий и прекраснейшее из изображений русской иконописи – Рублевская Троица, значительны вовсе не только как красивое творчество, но своею глубочайшею художественною правдивостью, то есть полным тождеством, покрывающих друг друга, первообраза русского духа и творческого его воплощения.

Даже в названии прославленной обители, Троице-Сергиевой Лавры, они соединены в вечности: Святая Троица и возлюбивший Ее преподобный Сергий. «Дом Живоначальныя Троицы сознается сердцем России, а строитель этого Дома, Преподобный Сергий Радонежский – Ангел Хранитель России, – написал богослов о. Павел Флоренский. – Не в сравнительных с другими святыми размерах исторического величия тут дело, а в особой творческой связанности Преподобного Сергия с душою русского народа...»

Памятный знак Сергию Радонежскому в с. Радонеж. Фото И. Хвостовой, 2010 г.

Обратим внимание на памятный знак преподобному Сергию Радонежскому, установленный в «сергиевых» местах, в селе Радонеж в 1988 г. 

Скульптор В. М. Клыков (архитектор Р. И. Семержиев) построил композицию так, что фигура монаха словно укрывает собой, содержит в себе фигурку мальчика, отрока Варфоломея (образ с картины М. Нестерова «Видение отроку Варфоломею») с иконкой Святой Троицы в руках, из которого и вырастет знаменитый русский святитель. Образ ярко демонстрирует тезис «два суть одно» (если говорить о персонах), и одновременно – «три суть одно» (если говорить о наличии также духовной составляющей, представленной визуально-предметно в виде иконы). Эта композиция даже похожа на космический корабль, стартующий в Небо. «Ракетоноситель» здесь, даже визуально, – устремленный духом ввысь, хоть и глядящий в себя и на Землю, монах, а «корабль», выводимый им на орбиту, – удивительный мальчик Варфоломей, которому Господь вручил икону Святой Троицы как послание Русскому Миру.

  Нестеров.Преподобный Сергий Радонежский.

Это преподобный Сергий Радонежский благословил на Куликовскую битву с монголо-татарами князя Дмитрия Иоанновича Донского, объяснил Руси учение о Святой Троице, создал обитель, просиявшую впоследствии как Троице-Сергиева Лавра, воспитал подвижников-учеников, в частности, преподобного Никона.

Первый биограф Сергия Радонежского Епифаний Премудрый сообщает, что будущий святой родился в селе Варницы (близ Ростова Великого) в семье боярина Кирилла, служилого ростовских удельных князей, и его жены Марии. Русская Церковь считает днем рождения святого 3 мая 1314 г. Преподобный Сергий скончался 25 сентября 1392 г., а через 30 лет, 18 июля 1422 г, были обретены нетленными его святые мощи, как свидетельствует Пахомий Логофет.

Свято-Троицкий собор Троице-Сергиевой Лавры (на снимке справа). Сооружен в 1422 г. над гробом Сергия Радонежского, на месте деревянного собора 1412 г. С юго-восточной стороны в 1548 г. над гробом игумена Никона Радонежского сооружен Никоновский придел (в 1623 г. перестроен; на снимке – слева). В 1425—1427 гг. собор расписан Андреем Рублевым и Даниилом Черным с артелью.

Кроме Троице-Сергиева монастыря преп. Сергий основал еще несколько монастырей (Благовещенский на Киржаче, Старо-Голутвин близ Коломны, Высоцкий в Серпухове, Георгиевский на Клязьме), во все эти обители поставил настоятелями своих учеников. Более 40 обителей было основано его учениками: Саввой (Савво-Сторожевский близ Звенигорода), Ферапонтом (Ферапонтов), Кириллом (Кирилло-Белозерский), Сильвестром (Воскресенский Обнорский) и др., а также его духовными собеседниками, такими, как Стефан Пермский.

Согласно житию, Сергий Радонежский совершил множество чудес. Люди приходили к нему из разных городов для исцеления, а иногда даже для того, чтобы просто увидеть его. Как утверждает житие, однажды он воскресил мальчика, который умер на руках отца, когда он нес ребенка к святому для исцеления.

 Святая Троицкая Лавра являлась не только духовным центром и даже символом Русского православия, но и стала неприступной крепостью для иноземных захватчиков, например, в годы великой смуты. Истории известна «Троицкая осада» – монастыря войсками Лжедмитрия II, продолжавшаяся почти 16 месяцев – с 23 сентября 1608 г. по 12 января 1610 г., когда она была снята войсками Михаила Васильевича Скопина-Шуйского и Якоба Делагарди.

Хотя русская иконопись связана с именами великих мастеров – Феофаном Греком, Дионисием и другими, преподобный Андрей Рублев остается для нас, пожалуй, самым выдающимся иконописцем Святой Руси. Именно он, как никто, по меткому замечанию богослова Павла Флоренского, «воистину передал нам узренное им откровение. Среди глубокого безмирия, растлившего Русь, открылся духовному взору бесконечный, невозмутимый, нерушимый мир, “свышний мир” горнего мира».

Святая Троица. Преподобный Андрей Рублев. Первая четверть XV в.

Вот что написал о. Павел Флоренский о великом иконописце Андрее, точной даты рождения которого мы не знаем (около 1340/1350), почившем 17 октября 1428 г. и канонизированном в лике преподобного поместным собором Русской православной церкви в 1988 г., и о рублевской «Троице»: «Нас умиляет, поражает и почти ожигает в произведении Рублева вовсе не сюжет, не число “три”, не чаша за столом и не крила, а внезапно сдернутая пред нами завеса ноуменального мира, и нам, в порядке эстетическом, важно не то, какими средствами достиг иконописец этой обнаженности ноуменального и были ли в чьих-либо других руках те же краски и те же приемы, – а то, что он воистину передал нам узренное им откровение. Среди мятущихся обстоятельств времени, среди раздоров, междоусобных распрей, всеобщего одичания и татарских набегов, среди этого глубокого безмирия, растлившего Русь, открылся духовному взору бесконечный, невозмутимый, нерушимый мир, «свышний мир» горнего мира. Вражде и ненависти, царящим в дольнем, противопоставилась взаимная любовь, струящаяся в вечном согласии, в вечной безмолвной беседе, в вечном единстве сфер горних. Вот этот-то неизъяснимый мир, струящийся широким потоком прямо в душу созерцающего от Троицы Рублева, эту ничему в мире не равную лазурь – более небесную, чем само земное небо, да, эту воистину пренебесную лазурь, несказанную мечту протосковавшего о ней Лермонтова, эту невыразимую грацию взаимных склонений, эту премирную тишину безглагольности, эту бесконечную друг пред другом покорность – мы считаем творческим содержанием Троицы».

В Троице-Сергиевой Лавре

Искусствовед Вячеслав Щепкин в статье «Душа русского народа в его искусстве» (1920) и других, дал нам поэтичные пояснения содержания этой святой иконы и ее духовной задачи: «Это Троица ветхозаветная, то есть изображение трех ангелов в шатре Авраама. Это прообраз христианской Троицы. В росписи храмов этот библейский эпизод занимает свое место среди других библейских событий и теряется в великом живописном эпосе общей росписи. Рублев создавал, “в похвалу св. Сергию”, главную местную икону Сергиевой обители, то есть не библейское событие и не прообраз, а прямое воплощение главного догмата христианства. То была, следовательно, самая высшая задача, какую мог себе поставить религиозный художник. Рублев отчасти устранил, отчасти сократил до малых размеров всю земную обстановку события и сосредоточил внимание зрителя на трех спокойно-прекрасных крылатых существах, сблизив их пространством, типом и тремя венцами, которые мыслятся как единый венец божества; линия, проводимая глазом по их верхам, деликатна, проста, но совершенно необычна; такой арки не дает архитектура. То же впечатление деликатно-простого и необычного следует за нами куда бы мы ни обратились: таковы все линии, все детали, все краски; среди них голубая очень глубока, она сияет как полупрозрачный драгоценный камень. Просто деликатны и необычны позы, наклоны голов, близость и все же различие возраста, фамильное сходство и индивидуальные черты, прекрасные руки и юные крылья, движимые мерным дыханием. Наклоны голов и выражения ликов невыразимо просто объясняют отношение трех лиц Троицы. Говорить об этом словами почти невозможно, они сразу выводят тайну из сферы непосредственного созерцания. Поэтичная дума о догмате разлита в иконе повсюду. Зритель не испытывает ни одной из приманок западной живописи: ни силы, ни остроты, ни сладости, ни упоения, ни экстаза, ни грации, ни вкрадчивого аромата, словом – ни одного из тех волнений, какими владеют порознь старые западные мастера. Перед иконой Рублева мы вскоре чувствуем, что все прекрасное, испытанное нами в жизни, несется к нам назад каким-то цельным дуновением». 

Воистину глубина, тонкость и поэзия религиозной мысли, достигнутые Рублевым в иконе Троицы, никогда больше не повторялись, хотя появлялись и появляются иконы, говорящие об искренности и деликатности религиозного чувства. 

Православные просветители поясняют, что преп. Сергий видел в Троице высший христианский образ Единства и Любви, ибо ипостаси Святой Троицы единосущны, не разделены отношениями старшинства и младшинства, не знают ненависти, но исполнены Любви. Святая Троица – это не количественная характеристика, а качество Господа, непостижимое для человека, но данное ему в Откровении. Ведь еще Св. Василий Великий писал: «Господь, передавая нам об Отце и Сыне и Святом Духе, не счетом переименовал их; ибо не сказал: в первое, второе и третье, или – в одно, два и три; но в святых Именах даровал нам познание веры, приводящее ко спасению…»

Подчеркнем это важное наблюдение: впервые в русской религиозно-философской мысли преп. Сергий придал идее Святой Троицы реальное, конкретное звучание, преобразовал христианский догмат в символ живого единства, к которому должны стремиться все живущие на земле люди. Таким образом, Святая Троица – это еще и прообраз того, как должно строиться человеческое общежитие вообще и русское общество, в частности.
Образ Святой Троицы, проповедуемый преп. Сергием Радонежским и как символ единства небесного и земного, и как символ единства земной жизни, и как символ единства Церкви и как символ единства Ветхого и Нового заветов, закрепленный в русском национальном сознании творением Андрея Рублева иконой «Святая Троица», был и остается путеводной звездой для многих русских книжников.

По сути дела, образ Святой Троицы показал всей Руси возможную и реальную дорогу спасения государства. В религиозно-философском смысле этот образ как идеал земного бытия открывал и открывает путь для снятия самой дилеммы – национальное или вселенское. Следовательно, Святая Троица, в честь которой и была основана обитель на горе Маковец, стала символом единства Руси. Как показала история, именно из Троицкой обители русские люди и в XIV в., и позднее, ждали импульсов к возрождению единства в Русском государстве, ибо эти импульсы исходили словно от Самого Господа. А икона «Троица», написанная Андреем Рублевым, духовным учеником преподобного Сергия, почиталась не как произведение искусства, а как воплощенный символ Божественного единения.

Преп. Сергий и преп. Никон Радонежские пред иконой Св. Троицы. Надвратная роспись в Троице-Сергиевой Лавре. Фото 2010 г.

Преп. Сергий Радонежский дал преп. иконописцу Андрею творческий замысел и основную композицию богодухновенной иконы «Троица», «дабы, – как сказано в житии чудотворца, – воззрением на Святую Троицу побеждался страх ненавистной розни мира сего». 

Непреходящи актуальность и современность этих слов.

 

Художник: Наталья Головина.

5
1
Средняя оценка: 3.20661
Проголосовало: 121