Орден за генерала Миллера

28 октября 1937 года решением Политбюро «за успешное выполнение специального задания Правительства СССР» 27 работников НКВД были награждены орденами Ленина и Красного Знамени. За стандартной формулировкой скрывалось успешное завершение операции по похищению и доставке в СССР лидера белой эмиграции генерала Миллера.

БЕЛАЯ АРМИЯ В ИГНАНИИ

16 ноября 1920 года последние суда Русской эскадры ушли из Крыма. На 126 судах и «судёнышках» полуостров покинули около 140 тыс. человек не считая команд. Более 60 тыс. военных, сведённых в 3 корпуса, были размещены в лагерях на территории Турции и Греции. 
Однако покинувшие Крым не считали войну ни законченной, ни проигранной, в лагерях жизнь шла согласно воинским уставам: неслась караульная служба, назначались дневальные, поддерживалась воинская дисциплина и порядок, в палатках и землянках говорили только об одном: «Когда мы вернёмся…» Это была всё ещё армия, и эта армия готовилась к новому походу.
Но завершился 1920-й год, прошли 1921-й, 1922-й, а долгожданного приказа всё не было. Иссякали вывезенные средства, сокращалась помощь союзников, продпайки урезались. Солдаты, офицеры, казаки понемногу покидали лагеря и искали своё место в новой реальности. Кто-то даже уезжал в Советскую Россию. Командование лихорадочно искало выход из сложившейся ситуации.

АРМИЯ В ШТАТСКОМ

1 сентября 1924 года приказом № 45 барон Врангель заявил о преобразовании Русской армии в Российский Обще-Воинский Союз (РОВС). Армия как таковая распускалась, но солдаты и офицеры сохраняли самую тесную связь друг с другом. Организация, в момент создания насчитывавшая более 100 тыс. членов, имела свои отделения в Европе, Египте, Иране, Сирии, Китае, Монголии, Австралии и Новой Зеландии – всюду, где осели эмигранты первой волны. РОВС сохранял армейскую структуру и в любой момент (дайте только приказ!) мог выставить уже сформированные батальоны, полки, дивизии, полностью укомплектованные офицерскими кадрами.
А кто не хотел ждать, мог начать свою борьбу прямо сейчас: мечтавшие о решительном бое с большевиками члены РОВС, пройдя подготовку в специальных лагерях, контрабандными тропами проникали на территорию СССР, стреляли в государственных чиновников и партработников, осуществляли теракты: 7 июня 1927 года была взорвана бомба в партклубе Ленинградского коммунистического университета, в Минске был убит глава Белорусского ОГПУ Опанский. 
Занявший в 1928г. после смерти Врангеля пост председателя РОВС генерал Кутепов заявил о курсе на дальнейшую активизацию террористической борьбы против СССР. 

«ВНУТРЕННЯЯ ЛИНИЯ» РОВС

26 января 1930 года генерал Кутепов пропал среди бела дня в центре Парижа. Белоэмигрантская печать открыто писала, что это дело рук большевиков и что не обошлось без предательства. В среде белой эмиграции росли подозрительность и недоверие: а не продался ли ты большевикам? 
Ещё в 1927 году в РОВС была организована т.н. «внутренняя линия» – контрразведка, изыскивавшая предателей в своих рядах. Но Кутепова она уберечь не смогла. В 1935 году генерал Миллер, сочтя что контрразведка не выполняет своих функций, поставил во главе французского отделения «линии» своего доверенного человека – генерала Скоблина.

ЛЕГЕНДАРНЫЙ СКОБЛИН

Скоблин был легендой Белого движения. В окопы Первой мировой он пришёл 20-летним прапорщиком. За три года войны получил два ранения, два ордена, золотое георгиевское оружие «За храбрость» и погоны штабс-капитана. Одним из первых вступил в Корниловский Ударный отряд и прошёл с ним всю гражданскую войну – Первый (Ледяной) и Второй Кубанский походы, и поднялся от командира роты до командира полка. Когда полк был развёрнут в дивизию, стал её командующим и самым молодым генералом в Добровольческой армии.

Генерал Скоблин

Именно Скоблин вёл в атаку офицерскую роту в феврале 1918 года – первую атаку Добровольческой армии, именно Скоблин повёл корниловцев в последнюю атаку Русской Армии в день эвакуации из Крыма. Если кому и доверить борьбу за чистоту рядов, то кому как не ему? 
Но был один нюанс, о котором генерал Миллер не знал.

Три документа из архива ОГПУ/НКВД

Документ №1
«12 лет нахождения в активной борьбе против Советской власти показали мне печальную ошибочность моих убеждений.
Осознавая эту крупную ошибку и раскаиваясь в своих проступках против трудящихся СССР, прошу о персональной амнистии и даровании мне права гражданства СССР.
10.09.1930г. Н. Скоблин»

Документ №2
«Настоящим обязуюсь перед Рабоче-Крестьянской Красной армией Союза Советских Социалистических Республик выполнять все распоряжения связанных со мной представителей разведки Красной Армии. За невыполнение данного мною настоящего обязательства отвечаю по законам СССР. 
21.01.31г. Берлин. Н. Скоблин».

Документ №3
«Благодаря деятельности “Фермера” (псевдоним Скоблина):
1. Ликвидированы боевые дружины, создаваемые Шатиловым и генералом Фоком для заброски в СССР;
2. Сведены на нет планы Туркула и Шатилова об организации особого террористического ядра; 
3. Разоблачён французский агент, работавший у нас 11 месяцев;
4. Предотвращено готовящееся покушение на Троцкого;
5. Раскрыта организация, готовившая убийство Наркома Иностранных Дел Литвинова;
6. Арестованы 17 заброшенных в СССР агентов, раскрыты 11 явочных квартир РОВС в Москве, Ленинграде и Закавказье».

Почему белый генерал пошёл на сотрудничество с большевиками? Наверно потому, что видел больше, чем другие: что Белое дело проиграно, что СССР состоялся как государство – и принял решение служить России, пусть даже большевистской, большевики приходят и уходят, а Россия остаётся.

ПАЗЛ СЛОЖИЛСЯ

В Москве внимательно наблюдали за деятельностью РОВС: насколько опасен Союз и на чью сторону станут десятки тысяч бывших белогвардейцев в будущей войне? В сейф руководства ложились донесения:
1. Приняв должность председателя РОВС, Миллер заявил, что не видит смысла в «булавочных уколах» и отныне главная цель РОВС – создание на территории СССР подпольных ячеек, которые в нужный момент станут центрами антибольшевистских восстаний с началом иностранной интервенции против СССР. 
2. С 1934 г. председатель РОВС настойчиво ищет контакты с представителями Третьего рейха. 
3. В 1936 году генерал Миллер призвал всех членов Союза отправиться в Испанию воевать на стороне Франко. 

К 1937 году пазл окончательно сложился и в Москве решили, что «в свете вышеизложенного ликвидация Миллера и общий разгром белоэмигрантского движения представляется исключительно важной задачей».

22 СЕНТЯБРЯ 1937 Г.

Ровно в 9:00 председатель РОВС Миллер вышел из дома. Около 11:00 вошёл в управление РОВС на улице Колизе, 29 и проследовал в свой кабинет. В 12:00 зашёл в кабинет начальника канцелярии генерала Кусонского и протянул пакет: «Павел Алексеевич, вскройте пакет, если я через 3 часа не вернусь, хорошо?» «Не беспокойтесь, Евгений Карлович», – ответил Кусонский и положил пакет в ящик стола. 

Генерал Миллер

Кусонский не вскрыл пакет ни через 3, ни через 4 часа. Только в 20:00 тревогу подняла супруга пропавшего генерала. Около 23:00 Кусонский прибыл в управление РОВС, где его уже ждал заместитель Миллера вице-адмирал Кедров. Кусонский сразу же бросился к своему столу, достал конверт, разорвал, развернул листок, прочитал и протянул его Кедрову. 
«У меня сегодня в 12.30 часов дня свидание с генералом Скоблиным на углу улиц Жасмэн и Раффэ. Он должен отвезти меня на свидание с германским офицером, военным атташе полковником Штроманом и с г. Вернером, прикомандированным к здешнему германскому посольству. Оба хорошо говорят по-русски. Свидание устраивается по инициативе Скоблина. На всякий случай оставляю эту записку. 22 сентября 1937 г. генерал-лейтенант Миллер».
– Почему Вы не вскрыли конверт в указанное время?! – закричал Кедров. – Почему?!
– Я… забыл, – прошептал Кусонский.
(Необъяснимая «забывчивость» для военного человека, хотя будь Кусонский завербованным агентом НКВД, ему проще всего было бы просто умолчать о записке, чем давать неубедительные объяснения).
– Вызовите Скоблина. Срочно!

СКОБЛИН ПРОТИВ РОВС

За Скоблиным был отправлен полковник Мацылев. Около 02:15 Мацылев и Скоблин прибыли на улицу Колизе. Полковник остался в приёмной, а Скоблин не раздеваясь вошёл в кабинет:
– Что случилось?
– Пропал генерал Миллер. Когда Вы видели его в последний раз? 
– Вчера.
– Но у Вас сегодня с ним была назначена встреча? – Кедров смотрел Скоблину прямо в глаза.
– Впервые слышу.
Кедров протянул Скоблину записку. Генерал прочитал её и пожал плечами:
– Говорю вам: мы с ним сегодня не встречались.
– Я думаю, нам всем надо ехать в полицию, – подвёл итог беседы Кусонский. 
– Разумеется, – сказал Скоблин и не торопясь вышел в приёмную. 
Кусонский и Кедров надели свои пальто, тоже вышли из кабинета – в приёмной находился только полковник Мацылев.
– А где Скоблин?
– Ушёл, – пожал плечами Мацылев. 
Только тут Кусонский и Кедров поняли свою ошибку: Мацылев ничего не знал о подозрениях в отношении Скоблина!
Кусонский и Кедров выбежали на улицу, но улица была пуста.
– О Боже, он сбежал! – простонал адмирал.

В ПОИСКАХ

В 03:15 в полицейском комиссариате на углу улицы Помп и авеню Анри Мартен в дело о пропаже генерала Миллера лёг первый листок: заявление русских эмигрантов об исчезновении председателя РОВС генерала Миллера. 
На пограничные заставы была направлена ориентировка с описаниями внешности Скоблина с указанием «задержать». Как скоро выяснила французская полиция, около 3 часов ночи Скоблин пришёл на квартиру к своему сослуживцу капитану Кривошееву, но того не было дома. Скоблин попросил у его жены взаймы 100 франков, получил 200. Скоблин поблагодарил, галантно поцеловал даме руку, извинился за поздний визит и исчез в ночи.
На этом история жизни генерала Скоблина обрывается: больше его никто никогда и нигде не видел.
Утром полицейский комиссар из Гавра сообщил своему начальству, что ночью к советскому пароходу «Мария Ульянова» подъехал грузовой «Форд», 4 матроса приняли с него какой-то длинный узкий ящик, и пароход, даже не закончив выгрузку, отдал швартовы и вышел в море. Таможенному инспектору был предъявлен документ, что в ящике дипломатическая почта, не подлежащая досмотру. Советского посла немедленно вызвали в министерство иностранных дел.

Чиновник МИДа потребовал немедленно вернуть судно в порт для повторного досмотра, в противном случае на перехват судна будет направлен эсминец. 
Брови советского посла взлетели вверх:
– Судно находится в международных водах, его задержание вызовет международный скандал, ответственность за который ляжет целиком на Францию. К тому же, – усмехнулся посол, – на судне всё равно никого не найдут.
Французы поняли более чем прозрачный намёк: в случае опасности «груз» просто выбросят за борт – и взяли свои слова обратно.

ЗАКЛЮЧЕННЫЙ № 110

В первых числах ноября 1937 года во внутренней тюрьме НКВД на Лубянке появился секретный узник № 110 «Пётр Васильевич Иванов». Миллер написал 18-страничный обзор о деятельности РОВС, но в нём не было абсолютно ничего: ни адресов, ни имён. На требования следователя назвать фамилии, явки, Миллер неизменно отвечал, что секретной работой занимались другие лица, докладывавшие ему лишь о результатах. Обращение к эмиграции с призывом прекратить борьбу против Советской Власти генерал подписать отказался.
Сменивший за время следствия Ежова Берия решил, что допрашивать бывшего генерала больше не о чем и 11 мая 1939 года подписал распоряжение о ликвидации. В тот же день в 23:05 заключённый «Иванов» был расстрелян, в 23:30 его труп был сожжён в крематории, дело уничтожено. 

РОВС ПОСЛЕ УДАРА

Похищение генерала Миллера нанесла РОВС удар, даже более страшный чем смерть Врангеля и исчезновение Кутепова: честь и слава Белого движения генерал Скоблин оказался агентом большевиков! Если ТАКИЕ люди предают, то кому тогда верить? Последний гвоздь в крышку гроба был вбит, когда выяснилось, что Николай Абрамов, сын генерала Абрамова, сменившего Миллера на посту председателя РОВС, тоже сотрудник НКВД! 
РОВС начал рассыпаться на десятки новых «союзов», «обществ» и «партий». Полностью он не распался, но это было уже жалкое подобие прежде могущественной организации, РОВС потерял своё влияние среди эмигрантов и больше уже не интересовал ни политиков, ни западные спецслужбы, ни Лубянку.

5
1
Средняя оценка: 3.78261
Проголосовало: 23