Полтавская битва 1943 года

23 сентября войска Степного фронта освободили Полтаву. Эта победа сделала возможным быстрый дальнейший прорыв наших армий к Днепру.

Данное наступление, получившее название Полтавско-Кременчугской операции, проходило в рамках более крупной стратегической операции РККА – Черниговско-Полтавской. 
Продвижение наших войск на этом участке было несколько медленнее, чем у соседей Степного фронта – Воронежского фронта генерала Ватутина и Центрального фронта генерала Рокоссовского. Расстояние от Харькова до Полтавы – 145 км, от Полтавы до Кременчуга на Днепре – ещё 115 км. 
Но войска Конева, начавшие наступление одновременно с соседями 26 августа 1943 года, с боями пробивались до Полтавы почти месяц, выйдя к городу лишь 20 сентября. Для сравнения, подразделения Рокоссовского и одного из его командармов Черняховского прорвали вражеский фронт на сравнимую глубину уже в первых числах сентября. 
Хотя такое замедление имело и положительную сторону. Немецкое командование не оставило на этом участке достаточных резервов для купирования нашего прорыва. Поэтому бросаемые навстречу советским дивизиям гитлеровские резервы были вынуждены вступать в бой «с колёс», не имея времени даже нормально окопаться, а потому попросту «перемалывались» советским наступлением.
Медленное продвижение армий генерала Конева имело под собой и вполне объективные основания. Общая протяжённость фронта наступления войск Конева не превышала полутораста километров (такой же была протяжённость линии наступления только одной армии Черняховского, входящей в Центральный фронт). Численность бойцов Степного фронта была сравнительно небольшой – около 336 тысяч. Это из 1,6 млн. на всём 700-километровом участке Черниговско-Полтавской операции. К тому же войска этого фронта, в отличие от соседей, практически не получили передышки после участия в операции по освобождению Харькова, состоявшейся в конце августа.
Войскам Конева приходилось восполнять потери «на ходу» – и принимая из тыла обозы со всем необходимым, и проводя атаки на вражеские позиции. К сожалению, другого выхода Ставка не видела – после стратегического поражения Вермахта на Курской Дуге, потери Харькова, большей части Донбасса, Красной Армии надо было незамедлительно развивать успех.

Гитлеровские генералы практически убедили фюрера в необходимости отхода на заранее подготовленные рубежи – пресловутый «Восточный вал», под которым подразумевался не только Днепр, но и целая цепь естественных и рукотворных преград от Балтийского до Чёрного морей, должных по замыслу Гитлера стать неприступной преградой для «большевистского наступления».
При этом надо понимать, что, несмотря на кажущуюся выгодность подстраховки на случай возможного отступления, строить по-настоящему мощные оборонительные рубежи «про запас», с небольшим интервалом, не сможет ни одна армия мира – просто ресурсов не хватит. 
Так и пресловутый «Восточный вал» гитлеровцы, даже с привлечением насильно согнанной рабочей силы из числа мирных граждан оккупированной советской территории, соорудить его за считанные недели после разгромного для них августа 1943 года не успевали. А большего времени им в Москве давать и не собирались, оттого и инициировали наступление трёх советских фронтов на Севере и в Центре Украины уже к концу лета.
Впрочем, враг просто так с необходимостью отхода за Днепр не смирился и пытался выиграть время и для отвода на этот рубеж большей части своих войск, и для оборудования там сколь-нибудь сплошных и мощных укреплений. И, как следует из истории боёв в августе-сентябре 1943 года, наибольшее сопротивления оказывалось именно на участке наступления Степного фронта.

Тем не менее, уже к 20 сентября наши 5-я гвардейская на севере и 53-я армия на юге вышли к окраинам Полтавы. Здесь уместно будет вспомнить, что этот город в годы русско-шведской войны не зря героически защищался от преобладающих шведских сил несколько месяцев, пока воинство Карла XII не потерпело сокрушительное поражение от русской армии в июле 1708 года. Чему помогали не только крепостные стены, но и удобный для обороны рельеф местности. Только теперь он был занят вражеским гарнизоном.
И та же река Ворскла – по ширине, конечно, не сравнима с Днепром, но и вброд её тоже не перейти, нужны либо мосты, либо средства для переправы. А мосты через Ворсклу были заблаговременно взорваны немецкими сапёрами, при том, что гарнизон гитлеровским командованием был увеличен вдвое. Да ещё и почти каждое каменное здание в городе было превращено в мини-крепость для затягивания городских боёв.
Так что первая попытка советских бойцов прорваться в Полтаву «на плечах бегущих немцев» сорвалась, сил оказалось недостаточно. Пришлось ожидать подхода большей части подразделений обеих упоминавшихся выше армий, задействовать бойцов воздушно-десантной дивизии, точными ударами штурмовой авиации заставить замолчать вражеские батареи ПВО, подвести достаточное количество своей артиллерии и т.п.

Решающий штурм города начался утром 22 сентября, когда большинство наших ударных подразделений закончило форсировать Ворсклу, оказавшись на её правом берегу. Бои в городской черте были жаркими, но относительно скоротечными, к утру 23 сентября Полтава была взята.
К сожалению, даже молниеносный штурм не уберёг старинный город от варварских разрушений, нанесённых оккупантами. Ими были уничтожено все 83 предприятия Полтавы, канализация, электростанция, театры, медицинские и учебные учреждения, библиотеки, 2/3 жилого фонда. Всего за время оккупации гитлеровцы убили 18 200 мирных жителей, в том числе свыше 5 000 детей, 20 800 человек было угнано на принудительные работы в Германию. В целом на Полтавщине фашисты за время оккупации уничтожили 282 тыс. мирных граждан и военнопленных, а 156 тыс. человек угнали в рабство.
Фельдмаршал Манштейн был приговорён на Нюрнбергском процессе к 18 годам тюрьмы именно за массовое применение тактики «выжженной земли» и варварское отношение к гражданскому населения оккупированных территорий. 

Хотя бои за освобождение Полтавы и длились относительно недолго, всего 3 дня, но исторические параллели «Полтавской битвы 1943 года» с её знаменитой предшественницей 1708 года не только в том, что бойцы 95-й гвардейской дивизии, первыми ворвавшиеся в город, водрузили красное знамя на монументе, посвящённом тому памятному сражению. 
Накануне решающего штурма на командный пункт 5-й гвардейской армии генерал-лейтенанта Жадова прилетели и командующий фронтом генерал армии Конев, и представитель Ставки, курирующий всю Черниговско-Полтавскую стратегическую операцию, маршал Жуков. Было принято принципиальное решение освобождать этот важный опорный пункт противника сразу, а не обходить его, стремясь быстрее добраться до Днепра, пусть и оставляя в тылу немаленькую вражескую группировку, сдерживаемую небольшим заслоном нашей армии. 
Решение оказалось правильным: после того, как гитлеровские части, засевшие в Полтаве, оказались частью разгромленными, частью отошли к Кременчугу, войскам Степного фронта уже ничто не мешало вести дальнейшее наступление всеми своими силами.
Последнее обстоятельство положительно сказалось и на темпах наступления – оставшиеся до Кременчуга 115 км бойцы Конева прошли за считанные дни, к 29 сентября завершив освобождение этого города. Попутно был освобождён участок левого берега Днепра протяженностью около 150 км – до Черкасс на севере, с оперативной высадкой десантов и занятием ряда плацдармов на правом берегу. 
Поспешно отступавшим гитлеровцам так и не удалось превратить великую русскую реку в сплошной и неприступный «Восточный вал». В первую очередь, это результат стремительного наступления наших фронтов на Левобережье, важную роль в которой сыграл и Степной фронт генерала армии Конева, вскоре переименованный во 2-й Украинский.

5
1
Средняя оценка: 3.15152
Проголосовало: 33