Маэстро, браво!

4 марта 1678 года родился итальянский композитор, скрипач-виртуоз, педагог, дирижёр, католический священник Антонио Вивальди.

Холодной зимой 1741 года в Вене, близ церкви св. Стефана, часто можно было встретить одинокого старика в ветхой поношенной одежде. Длинные седые волосы его сильно спутались, висели грязными лохмотьями. 

В руках толстая суковатая палка. Старик с жадностью смотрел на витрины лавок, двери кафе. Он был голоден, но никогда не просил и не собирался клянчить милостыню. На что он жил, где ютился, никто не ведал. Нередко останавливался у ворот императорского дворца, пока его не прогоняла стража… Летом старик умер.
Так закончилась жизнь Антонио Вивальди, кого современники называли великим, непревзойдённым, восхитительным сочинителем. Которого знала вся Европа: оперы, кантаты, инструментальные концерты, сонаты исполняли прославленные певцы и музыканты. Приятельствовать с Вивальди, быть его учеником считали за честь популярные меломаны-дилетанты. Советами композитора пользовались просвещённые мэтры.
Антонио Вивальди родился в Венеции. Отец его, парикмахер и скрипач, играл в оркестре собора св. Марка. Нарекли его Рыжим за огненного цвета гриву. Сыну он передал музыкальный талант и цвет волос — Антонио тоже на всю жизнь окрестили Рыжим: «Рыжий священник», «Рыжий аббат». А от своих предков — мореплавателей, искателей приключений, свободолюбивых венецианцев — Антонио приобрёл горячий темперамент, неукротимый характер, не дававший ему покоя. Заставлявший целиком отдаваться необузданному призванию — творчеству.
Антонио учился играть на скрипке у отца и с 10 лет иногда замещал того в костёле. Юный гений с детских лет впитал в себя итальянскую народную музыку — песни, серенады гондольеров, танцы. Хорошо знал итальянских композиторов. 
Чтобы стать впоследствии оркестрантом в соборе св. Марка, Вивальди пришлось принять священнический сан. Он получил возможность писать пьесы, мотеты, оратории. Они звучали в минуты церковных служб.

Однажды к Вивальди скромно постучался начинающий драматург Карло Гольдони:

«Я вошёл в комнату, всю заваленную книгами и нотами, — вспоминает Гольдони: — В углу клавесин, на нём скрипка. А вот и Рыжий аббат — сидит у окна с молитвенником. Я предложил ему сюжет для новой оперы. Разговор, видимо, заинтересовал капельмейстера. И вот духовная скрижаль летит на пол, он садится за клавесин, наигрывает мелодии будущей оперы. Он был готов сочинять, творить. Он был уже во власти музыки!»

Во время одного богослужения Вивальди дирижировал хором и оркестром. Внезапно повернулся и ушёл в алтарь. 
Прихожане возмутились: регент сбежал при исполнении мессы! А Вивальди в эти секунды молниеносно фиксировал пришедшую ему в голову тему скрипичного концерта… 
Через день вышло постановление церковного синклита: Вивальди было запрещено вести службу.

Композитор получил должность «маэстро скрипки» в консерватории «Пьета»: взял на себя руководство капеллой (хором с оркестром). Учил воспитанниц консерватории петь, играть на различных инструментах, преподавал теорию музыки. Под его управлением капелла «Пьета» стала лучшей в Венеции. Современники упивались звучанием оркестра, точностью отображения, техникой юных музыкантш.
Вот где вовсю полыхнул талант Вивальди: имея отличный коллектив, он пишет для него оркестровые пьесы, симфонии, кантаты. 
Его творческий порыв ошеломляющ: оперу мог написать за 5 дней. А за несколько часов — инструментальный концерт! Сочинял с невообразимой быстротой: словно кто-то свыше напевал ему темы вселенской важности. И сложности.
Перо не успевало угнаться за бурным потоком неистощимого вдохновения — Вивальди сокращает, что-то в спешке пропускает. Дописывает, вставляет: каково-то было переписчикам его нот разобрать, что он начеркал… 
Все инструменты оркестра он знал в совершенстве, слышал их звучание, чувствовал их потенциал. Но больше всего любил скрипку, сам был выдающимся мастером скрипичной игры.
Современник отмечает, как импровизировал Вивальди: «Я пришёл в ужас от той невероятной быстроты, с коей Вивальди играл на всех четырёх струнах. Никогда и никто не мог играть быстрее!» 
Именитый в будущем философ Жан Жак Руссо высоко ценил Вивальди. Обожал сымитировать на флейте кое-что из всемирно известного ныне цикла «Времена года». 
Техника звукоизвлечения маэстро подвигла французского мыслителя к следующим строкам: «…Что же делает живопись искусством подражания? Рисунок. Что делает музыку таким искусством? Мелодия. Люди во всем мире наслаждаются удовольствием, слушая прекрасные звуки. Но если это удовольствие не оживляется привычными модуляциями мелодии, оно не вызовет восторга и не перейдёт в наслаждение».
Капелла консерватории «Пьета» стала крайне популярна в Европе. Её приглашали монархи, меценаты, почитатели музыки во Франции, Германии, Австрии.

Из одной поездки в Вену Вивальди приехал удручённый…

В его капелле первейшей скрипачкой была Мария Умберто. Вивальди научил её играть, развил её талант. Передал ей, кажется, даже часть души — и полюбил Марию. Втюрился безутешно… 
Он создал для неё лучшие произведения. Успеху венецианской капеллы в Вене немало способствовала Мария Умберто. 
Император пригласил скрипачку в свой придворный ансамбль. Мария осталась в Вене. Вивальди с капеллой вернулся в Венецию. Он болезненно переживал разлуку с Марией. Не раз, дирижируя оркестром, в забытьи, обращался к солистке со словами:
— Мария, ваше вступление!
Но на месте Марии стояла «чужая» скрипачка… 
Маэстро приходил в себя. Стоял, закрыв глаза. Потом отчуждённо поворачивался к оркестру, еле сдерживая слёзы. Не с тоской ли по любимой девушке связаны его частые отъезды из Венеции? Несколько раз он поступал на службу в капеллы других городов, но снова возвращался в Венецию: ему трудно было жить без Марии, а без капеллы жить просто невозможно!
Вивальди недостаточно инструментальной и хоровой музыки, его тянет к опере. И это неудивительно: Венеция конца XVII, начала XVIII века — самый музыкальный мегаполис Европы. Там находилось 10 оперных театров. Там родился жанр так называемой оперы-сериа («серьёзной» оперы). 
Около ста опер написал Вивальди! — многие с успехом ставились на сценах театров Венеции, Флоренции, Мантуи, Милана, Рима. Завоёвывали сцены Парижа, Вены, Мюнхена. 
Вивальди порой являлся не только автором, но и режиссёром, импресарио. Сам руководил оркестром, играл на чембало.
Однажды Вивальди решил поставить свою оперу в Ферраре. И неожиданно услыхал, дескать, кардинал запретил ему въезд в город: постановка сорвалась. Что обернулось предвестием краха его карьеры: изменилась эпоха — изменились вкусы. 
Музыка Вивальди приелась. Публика перестала её заказывать. Блистательные успехи незаслуженно быстро забылись. Его уже не звали великим, неповторимым, волшебным. Возобладало мнение, мол, в музыкальном отношении его произведения были пустыми и лишёнными серьёзной экспрессии и конструктивной ценности.

От былого богатства у Вивальди ничего не осталось: почти за бесценок продаёт дом, инструменты, ноты и уезжает в Вену. Почему в Вену? Может, желание увидеть Марию Умберто влечёт его? Прибыв в Австрию, он узнаёт, что Мария давно умерла…

Как ни странно, я разыскал забавную историю из того печального периода жизни маэстро. 

Однажды к старому капельмейстеру явился совсем ещё молодой человек, мальчик. И, протянув конверт с рекомендательным письмом от учителя, застенчиво попросил натаскать его по контрапункту. 
Распечатав конверт, Вивальди прочитал:

«Податель сего пустой фантазёр, помешавшийся на том, что наверняка сделает революцию в музыке. У него вовсе нет таланта. И он, конечно, за всю свою жизнь не сочинит ничего порядочного. Обыкновенный сорванец. Имя его Йозеф Гайдн».

В будущем ярчайший представитель венской классической школы. Один из основоположников симфонизма, на творчество которого наряду с Бахом, Бетховеном сильнейшим образом повлиял Антонио Лучо Вивальди. 
Впоследствии Гайдн скажет, вторя Жан Жаку Руссо, восхищаясь мелодизмом Вивальди: «…Можно найти самые редкостные и искусные аккорды, но без мелодии вы услышите только прекрасно отделанный шум. Найдите хорошую мелодию — и ваша композиция, какова бы она ни была, будет прекрасной и непременно понравится».

Но вернёмся в летнюю Вену 1741 года…

О Вивальди-композиторе здесь уже мало кто помнит, старика-скрипача не берёт ни один меценат. Гордость не позволяет ему стать уличным «шарманщиком», попрошайничать. Он бродит по улицам, больной, голодный, оборванный. Хромает вдоль императорского замка, вытирая слёзы, бежавшие из глаз… 
Почём ему, всеми брошенному, без средств к существованию, было знать, что там, за виноградными парками дворцовых бельведеров вовсю уже шла нешуточная война за наследство недавно умершего австрийского государя Карла VI. Баро́чным бельведерам было не до Вивальди.

Через 185 лет, в 1926 году монастырский колледж Сан-Карло (Сан-Марино, Пьемонт) объявил о распродаже своего собрания нотных рукописей. 
Благодаря стараниям искусствоведа А. Джентиле эти фолианты приобрела Туринская библиотека. В коллекции оказались неизвестные вирши итальянского композитора Антонио Вивальди. Их было много, десятки, сотни… 
В 1939 году в Сиене состоялась «Неделя Вивальди». И мир опять открыл для себя великого композитора. Его увлекательные, полные жизни, огня, вдохновения творения! 
«Браво, маэстро Антонио!» — вновь, как много лет назад, разносится под куполами концертных залов непрекращающаяся овация. Уже надолго, навсегда, навек.

Рисунок обложки: Ярослав Солонин

 

5
1
Средняя оценка: 2.87912
Проголосовало: 91