Золотое кольцо России: царственные узницы Покровского монастыря

ПРОДОЛЖЕНИЕ. ПРЕДЫДУЩЕЕ ЗДЕСЬ. НАЧАЛО ЗДЕСЬ

Особый интерес у всех, кто посещает Суздаль, должен вызывать знаменитый Покровский монастырь. Это связано с трагическими судьбами известных насельниц (монахинь и послушниц) этой обители. Сам монастырь был основан ещё во времена ордынского ига, в 1364 году, местным князем Андреем Константиновичем...

Вначале ничем не примечательный монастырь этот даже не упоминался в документах той поры, о нём мы знаем из жития причисленного в 1549 году к лику святых Евфимия Суздальского, основателя Спасо-Евфимиевской обители. Известно, что дед Ивана Грозного, Иван III, жертвовал этому монастырю значительные денежные средства, на которые были отстроены сохранившиеся до наших дней Святые врата, впечатляющий Покровский собор, а также монастырская стена и часть жилых сооружений. 
Многое унаследовала Русь от великой Византийской империи, откуда некогда приняла она православие. Объявила себя Россия «третьим Римом» после погибшего под натиском турок второго — Византии. Последняя византийская царевна Софья Палеолог вышла замуж за великого Московского князя Ивана III. Почему бы не последовать ещё одной достойной византийской традиции, смотринам невест для правителя? Известно, что ещё в VIII веке византийская императрица-мать подбирала будущую супругу для своего сына Константина подобным образом. Обычай этот долго существовал в Византии, но позднее, однако, как-то забылся. 
Правители Русского государства возобновили эту полезную и приятную во всех отношениях традицию в XVI веке. Государю предоставлялась завидная возможность сделать супругой победительницу тогдашнего конкурса красоты, которую к тому же он выбирал самостоятельно, на собственный вкус, среди лучших финалисток (на начальных этапах девиц «отбраковывали» особые бояре). Знатность здесь не играла роли, хотя понятно, у крестьянок и купчих шансов не было. Но красавица даже из захудалого дворянского рода вполне могла попасть в супруги самого государя! Наверное, западные монархи в то время просто сгорали от зависти, ведь они вынуждены были выбирать себе жён исключительно по династическим соображениям. Увы, какое бы чучело не сосватали, если политические интересы того требовали, женились как миленькие… Государь же русский мог выбрать ту прелестницу, которая и глаз радовала, и сердце веселила.
Требования к претенденткам выдвигались основательные: не только юный возраст и красота лица, но высокий рост и отменное здоровье. Очень желательно было, чтобы красавица происходила из семьи плодовитой, имевшей много детей. Также интересовались здоровьем её родителей, ведь счастливая избранница должна была в дальнейшем обеспечить правящий дом наследниками престола. 
На таком смотре невест выбрал себе великий князь Московский Василий III в супруги Соломонию Юрьевну Сабурову из невысокой боярской семьи. На момент смотрин было ей от роду около 15 лет, и выбрали её из сотен девушек, привезённых со всех концов страны. Сыграли пышную княжескую свадьбу, и зажили молодые в любви и согласии… Но только прошло 20 лет, а наследников так и не появилось. Василий очень беспокоился, что его братья или племянники захватят власть, и потому запрещал братьям жениться, пока долгожданный сын не появится у него самого. Но он так и не появился…

Свадьба Соломонии и князя Василия, Лицевой летописный свод

Горемычную Соломонию обвинили в бесплодии. Все церковные иерархи, кто возражал против греховного по православным канонам расторжения брака, были вразумлены со строгостью: некоторых сослали в места отдалённые, а строптивого митрополита Варлаама впервые в истории русской церкви вообще лишили сана. 
Следующий избранный митрополит Московский и всея Руси — Даниил, известный особым благочестием (патриаршество ещё не было учреждено в России), — оказался более сговорчивым, и супругов благополучно развели. Несчастную опозоренную Соломонию (шутка ли, развод с венчанным мужем, с кем живут до гробовой доски!) сослали в тот самый Покровский монастырь. Подобного случая в супружеской жизни князей русская история до той поры не слыхивала!
Расторжение княжеского брака осудили восточные патриархи. Предание гласит, что патриарх Иерусалимский предсказал, что если великий князь женится во второй раз, то он родит наследника, который поразит всех своей жестокостью… Забегая вперёд, скажем, что наследником этим станет будущий царь Иван Грозный. 

Василий III, фрагмент иконы «Василий Великий и вел. кн. Василий III», вторая половина XVI в.

Поступок великого князя, однако, был одобрен Боярской Думой, но встретил немалое осуждение у большинства современников. Однако у Василия всё сложилось по задуманному: в свои 46 лет князь женился вторым браком на 15-летней красавице Елене Глинский, дочери литовского князя, которая и станет потом матерью Ивана Грозного. Стремясь понравиться юной невесте, князь, к ужасу всего консервативного окружения, даже сбрил свою бороду, оголив щёки на европейский манер…
Оставленная мужем Соломония до конца дней оказалась заточена в монастыре. Не будучи смиренной овечкой, она оказывала всяческое сопротивление принудительному постригу. Топча ногами монашеские одежды, выражала своё бурное несогласие, за что думный дворянин Иван Шигона-Поджогин даже посмел хлестнуть опальную княгиню кнутом. Церковным кругам по-видимому нелестно было распространять вести о нежелании княгини идти в монастырь, поэтому они сообщали, что Соломония, якобы понимая, что не сможет родить наследника, сама просила мужа отпустить её в святую обитель, и любящий муж, долго сопротивлявшийся этому, наконец с прискорбием согласился… Слащаво, благолепно и весьма сомнительно, учитывая низложение предыдущего митрополита.
В монахини Соломонию постригли в Москве, в монастыре Рождества Богородицы, где получила она новое имя София. Потом была переведена подальше — в суздальский Покровский монастырь. Прожила в монахинях София немногим меньше, чем в своём горестном бесплодном браке, целых 17 лет. Видимо, крепко хотелось ей отомстить бывшему мужу за обиду. Ещё тогда по Руси распространились слухи, что на момент пострига княгиня Соломония была беременна и родила потом здорового крепкого сына, которого назвала Георгием. Эти слухи широко и повсеместно расползались во все стороны. В Покровскую обитель даже отправили должностных лиц для выяснения, с требованием показать младенца, но София заявила, что приехавшие недостойны видеть царственного ребёнка, а когда он подрастёт, то за свою оскорблённую мать обязательно отомстит...
Согласитесь, мало это вяжется с образом смиренной княгини, которая, по словам церковных лиц, сама просилась у князя в монастырь. Говорили потом, что отдала бывшая великая княгиня своего сына в надёжные руки, и воспитывался он в тайных лесных скитах, а всем она объявила, что ребёнок умер, и похоронили вместо него куклу. Советские археологи обнаружили таинственное захоронение в соборе Покровского монастыря рядом с могилой «старицы Софьи». Там находился тряпичный свёрток-куколка, одетая в дорогую, расшитую жемчугом детскую рубашку. Позднее её поместили в экспозицию монастырского музея.
Народная молва считала, что мальчик, рождённый Соломонией, будто бы стал знаменитым разбойником Кудеяром. Очень беспокоила впоследствии эта история Ивана Грозного, ведь тогда, по старшинству, именно Георгий и являлся законным наследником престола.

«Кудеяр», рисунок А.Ножкина

Тяжёлыми были для Соломонии-Софии 5 лет, с 1533 по 1538 годы, когда Елена Глинская после смерти мужа осталась практически единовластной правительницей при малолетнем Иване и отправила бывшую княгиню из монастыря в отдалённую тюрьму в Каргополь, где Софию содержали вплоть до смерти Елены. Иностранцы писали, что мать Ивана Грозного была отравлена, что подтвердило уже современное исследование её останков. В волосах Елены Глинской обнаружилось огромное содержание солей ртути, яда, типичного для той эпохи. Будущему Грозному на тот момент было всего 7 лет. 
Рассказы о святости Софии распространялись быстро, и уже с конца XVI века её стали почитать как святую. В тяжкие времена Смуты, когда многие русские города и населённые пункты оказались разорены интервентами, именно ей приписывали спасение Суздаля от разорения, когда она явилась предводителю поляков в грозном облике, отчего, с перепугу, зловредный пан Лисовский получил паралич руки, и якобы именно от этого оставил свои замыслы о разорении Суздаля. Однако официально София Суздальская канонизирована была лишь в начале XX столетия.

София Суздальская, икона XVII в. Покровский собор, Суздаль

Соломония-София стала первой женой правителя русских земель, сосланной в Покровский монастырь. Увы, не последней. Следующей жертвой, опальной супругой уже не великого князя, но царя стала Анна Васильчикова, пятая жена Ивана IV Грозного. Откуда же взялась пятая царская супруга, если православная церковь разрешала только три последовательных брака, причём и третий-то брак был весьма нежелателен, и вступить в него можно было лишь до 40-летнего возраста? 
Вспомним печальную семейную историю Ивана Грозного. Первым браком он был женат на 17-летней Анастасии Романовне Захарьиной-Юрьевой, выбранной им на смотре невест. Брак был счастливым, с многочисленным потомством, из которого до взрослого возраста дожили царевичи Иван и Фёдор. Однако прожив в супружестве 13 с лишним лет, Анастасия умерла. Некогда историки полагали, что скончалась она от истощения, вызванного частыми родами. Ныне, в ходе научного исследования её останков, выяснилось, что как и мать Ивана, его любимая супруга была отравлена. Царь сильно горевал по Анастасии, однако через год женился вновь, ибо негоже самодержцу долго оставаться без супруги. 
Следующий брак заключён был по политическим соображениям: желая укрепить влияние на Кавказе, где ещё с XVI столетия Россия начинает усиливать свои позиции, царь женится на юной княжне Кученей, получившей в православии имя Марии Темрюковны Черкасской. Обладая прекрасным лицом, но отнюдь не нравом, современникам она запомнилась, как «зело злая». Именно эта молодая царица, по словам одного из приближённых Ивана, подала ему идею опричнины. Мария долго не прожила, умерла через 8 лет после брака, не оставив потомства, так как единственный сын её умер во младенчестве. Иван сильно подозревал своих бояр в душегубстве: «Отравлена бысть». Однако мы не знаем, верны ли были подозрения относительно безвременной кончины его второй жены.

Погоревав пару лет по усопшей, царь устраивает очередные смотрины невест, выбрав на этот раз Марфу Васильевну Собакину. Да-да, ту самую Марфу Васильевну, которую мы все помним по гайдаевскому «Ивану Васильевичу…» Участь её была трагична: здоровая молодая женщина скончалась через 2 недели после свадьбы. Опять у историков напрашивается вопрос о яде. Проблема в том, что даже имея останки для исследования, не всегда можно установить отравление. Если такие яды, как соли ртути или мышьяк, сохраняются столетиями, например, в волосах, которые являются хранилищем того, что поступало в организм человека при жизни, то растительные яды, например, ядовитые грибы, распадаются быстро. Мы не знаем, чем была отравлена третья царица, если преступление действительно имело место. Воистину опасной была эта «должность» в XVI столетии! Марфа могла быть загублена родственниками другой девицы, которые тоже желали «протолкнуть» свою дочку в царицы, ведь это означало возвышение всей её семьи, члены которой превращались в царскую родню и могли претендовать на немалые милости и высокие должности при дворе. С другой стороны, не давать свою красавицу дочь на царский смотр было опасно: Иван Грозный угрожал смертью всем, кто посмеет утаить девицу.
По идее — теперь все… Оставаться отныне бедному царю горестным вдовцом, ведь три законных брака у него уже было. Ан нет, царь сумел убедить церковь, что третий брак по существу и не состоялся, ведь невеста начала болеть ещё до замужества и болела до самой кончины, а потому супружество в действительности не имело места. Так и умерла Марфа невинной девушкой. Наблюдали мы её в гайдаевской комедии довольной и лукавой, но в реальности так выглядеть в свои две недели брака смертельно больная Марфа никак не могла…
Обождав всего полгода, Иван проводит очередной «конкурс» невест и на этот раз выбирает Анну Алексеевну (по другим данным — Ивановну) Колтовскую. Этот брак продержался около 5 месяцев. Документы о самом бракосочетании так и не были обнаружены историками. Несчастную насильно постригли в монахини в Тихвинском Введенском монастыре.

Царь Иван Васильевич Грозный, худ. В.М.Васнецов

Вот теперь всё, кажется, закончилась для царя законная семейная жизнь. Но не тут-то было! Самодержец, отринув все существующие приличия, поступал, как хотел, уже нисколько не считаясь с мнением церкви. Следующей его «матримониальной жертвой» становится Мария Долгорукая, но её реальное существование как царской жены вообще теперь подвергается сомнению. И наконец, пятой (или уже шестой) женой любвеобильного Ивана оказалась Анна Григорьевна (по поводу отчества есть и другие версии, так как мы не знаем точно, чьей дочерью она была) Васильчикова, продержавшаяся в браке, по разным версиям, от нескольких месяцев до двух дет. Она также была насильно пострижена в монахини всё в том же Покровском монастыре в Суздале. Что же мы знаем об Анне Васильчиковой? Брак её оказался бездетным, как, впрочем, и браки всех её предшественниц после Марии Темрюковны, ребенок которой умер во младенчестве. Кто был её отец, до сих пор спорят специалисты, но то, что девица происходила из рода Васильчиковых, несомненно. Знаменитый историк И.Карамзин писал: 

«Царь, уже не соблюдая и лёгкой пристойности, уже не требуя благословения от Епископов, без всякого церковного разрешения женился (около 1575 года) в пятый раз на Анне Васильчиковой. Но не знаем, дал ли он ей имя Царицы, торжественно ли венчался с нею… не видим также никого из её родственников при дворе…» 

Эту свадьбу играли не по царскому чину, ибо брак был незаконным. На торжестве в основном присутствовали родственники и самые близкие люди, всего-то 35 человек, ничтожно мало для царского бракосочетания… Даниил Принц фон Бухау, посланник Священной Римской империи, писал: «…новая супруга — дочь какого-то боярина, одарённая, как говорят, прекраснейшей наружностью…» Надо отметить, что на сей раз царь не устраивал никаких смотрин невест, по-видимому, прослышав о существовании этой редкой красавицы каким-то иным способом. 
Этот брак сразу же не заладился. Братья Анны, пытаясь отмолить беду, внесли огромные по тем временам вклады в Троице-Сергиев монастырь: по 50 рублей каждый! Очень скоро совершенно охладев к Анне, царь принудительно отправил и её в Суздаль всё туда же, в Покровский монастырь, где примерно через год она скончалась. 
Добавим, что после Анны Васильчиковой, возможно, царской супругой, а возможно, наложницей стала Василиса Мелентьева. Есть данные, что она тоже была насильственно отправлена в монастырь. И наконец, последней супругой Ивана Грозного стала Мария Фёдоровна Нагая, которая родила царю сына, печально известного царевича Дмитрия, в смерти которого позднее обвиняли Бориса Годунова. После смерти Ивана Грозного Марию переселили в Углич, где и погиб при туманных обстоятельствах восьмилетний Дмитрий, имя которого использовали все последующие Лжедмитрии во время развернувшейся в России Смуты. Сама Мария, как и её предшественницы, окончила свои дни в монастыре. ОКОНЧАНИЕ СЛЕДУЕТ

На фото обложки: Покровский монастырь в Суздале