Лагерная смена длиною в три года
Лагерная смена длиною в три года
Эта традиция была в лагере с самого его основания в тысяча девятьсот двадцать пятом году, когда по предложению Зиновия Павловича Соловьёва был открыт «Лагерь-санаторий в Артеке». Каждая смена в нём (после трёхнедельного пребывания) заканчивалась торжественной линейкой, выносом красного знамени и стройным прохождением юных артековцев по главной площади. Но в этом году она была нарушена по более чем объективной причине.
"Артек" в военные годы. 21 отряд, лагерь Морской.
Нач. лагеря Гурий Ястребов с артековцами военной смены.
Июнь 1941 года
Со всех концов огромной страны и (что случилось впервые) с её новых республик, присоединённых к СССР совсем недавно, в солнечный Крым приезжали будущие артековцы. В течение нескольких дней их размешали по корпусам и отрядам. На двадцать второе июня был запланирован большой праздник — торжественное открытие первой лагерной сметы.
19 июня
Первыми прибыла организованная группа из Эстонской ССР. Их разместили в лагере «Нижний». Для вожатых настало самое горячее время. Нужно было в кротчайший срок сформировать отряды, выдать форму, выучить песни, которые ребята будут петь у костра.
***
Посланцы из новых республик не только не были пионерами, но даже не знали русского языка. Предполагалось, что, вернувшись домой через месяц, они станут верными пропагандистами-ленинцами в своих городах и сёлах, станут председателями советов дружин и отрядов в создаваемых на местах пионерских организациях.
22 июня
Открытие смены запланировали ровно на пять часов вечера. Как обычно, на костровой площади «Нижнего». После сигнала горна о побудке — зарядка, затем общая линейка, завтрак. После — либо купание, если хорошая погода, либо волейбол, затем обед. Но после «Абсолюта» (то есть — тихого часа) из громкоговорителя раздался голос Левитана. Со страшным словом — Война!
***
Открытие смены отменять не стали. Красный государственный флаг на ускоренной линейке подняли. Но ни радостных песен, ни тем более танцев не было. Из соображений светомаскировки не стали разводить и пионерский костёр.
***
Девятьсот мальчишек и девчонок готовились к этому событию со всей ответственностью. Учились чётко декламировать разученные стихи, тренировались маршировать в ногу, поотрядно. В лагерь, носящий имя пламенного революционера — товарища Молотова, много раз приезжали различные военачальники. Ждали их и в этот раз, но увы. Вместо того чтобы принимать дорогих гостей, все мужчины дружно отравились в военкомат. На полуострове была объявлена мобилизация.
23 июня 1941 года
Из распоряжения исполняющего обязанности директора:
- Дисциплина — превыше всего. Ваш фронт отныне прямо здесь!
- Вести круглосуточное наблюдение за морем и небом. В случае обнаружение врага немедленно передавать информацию по команде.
- Прибывших и успевших заселиться, в море не пускать. Однако купаться разрешается, но только — поотрядно.
- В тёмное время суток на берегу разрешается находиться исключительно назначенным дежурным.
- Установить пропускную систему для въезда в лагерь. Пароли следует менять трижды в день.
- Обитателей лагеря переодеть немедленно. Белые костюмчики и девичьи блузы заменить на незаметную для врага одежду.
- Организовать в этом кабинете круглосуточное дежурство. Для оперативного решения возникающих задач.
- Старшие мальчишки пытались и будут пытаться убежать на фронт. Вести с ними постоянную разъяснительную беседу, что это бессмысленно.
- По возможности всем родителям, которые отправляли детей в лагерь отправить телеграммы. С предложением: при наличии возможности, забрать их домой. И обязательно добавить следующую фразу: «Ваш сын (дочь) здорова. Не беспокойтесь. Ждите».
- Постоянно изыскивать возможность отправлять детей по домам со взрослыми попутчиками.
Несколько дней спустя
В Артеке осталось две сотни ребят, которых эвакуировать было некуда! Территории, с которых они приехали, уже топтали сапоги оккупантов.
Шестое июля
Пионервожатые и дети покинули Артек и с эшелоном отправились в эвакуацию. Предполагаемая точка прибытия — один из городов Подмосковья. Из лагеря захватили с собой всё, что можно было увести: матрасы, одежду, обувь, кухонную утварь и, конечно, все съестные припасы до последней крошки.
Местечко Фирсановка
Разместились в бывшем имении бабушки Лермонтова. Обслуживающий персонал — одиннадцать человек! Пришлось брать на работу старших (в основном четырнадцать и пятнадцатилетних ребят). В приказе о приёме на работу записали: «Для привития трудовых навыков и обучения необходимым ремёслам». После многодневного путешествия, еды всухомятку и чуть тёплого чая ребята почувствовали твёрдую почву под ногами. Оказалось, что совсем ненадолго.
Уже второй раз за смену подняли флаг. И как будто и не было войны. Заслышав сигнал горна, — беги на зарядку. Вот только в соседнем лесу частенько подают голос зенитки. Да на соседнем поле с утра до вечера обучают военному ремеслу новобранцев. А ночью мимо проносятся самолёты с крестами на крыльях, да разрывают тьму прожекторы нашей противовоздушной обороны.
Октябрь 1941 года. Новая эвакуация
Вражеские войска неумолимо приближались к столице Советского Союза. Бывшее имение бабушки поэта перестало быть безопасным. Из Москвы поступил приказ: «Срочно эвакуировать детей и обслуживающий персонал в глубокий тыл. Новая точка дислокации — город Сталинград!»
***
Разместились в одном из пустых санаториев и в здании школы рядом со знаменитым тракторным заводом. Вновь прибывшие во всех помещениях сразу же установили строгий «артековский» порядок. Обязательный подъём по сигналу горна, построение на линейку, а также вечерняя поверка и отбой.
***
Втянулись в работу. Все вместе помогали укладывать собранный урожай для длительного хранения. Ездили рыть траншеи, трудились на строительстве бомбоубежищ. А самые старшие девочки помогали в местных госпиталях, мальчишки дежурили на крыше. Тушили вражеские «зажигалки». Младшие ходили по домам горожан и собирали — кто что мог дать для действующих госпиталей. По вечерам обязательно подводились итоги — какой отряд собрал больше.
Седьмое ноября
На линейке директор лагеря, подавляя комок в горле, зачитал страшное сообщение:
«“Артек” захватили фашисты. Деревянные корпуса сожгли полностью. Дворец Суук-Су, где располагался Дом пионеров, и где частенько бывал Антон Павлович Чехов, разрушили. Порубали редчайшие деревья. Стреляли из автоматов в фарфоровые фигуры пионеров, что были установлены на “Аллее национальностей”».
Несколько дней спустя
По отрядам пронеслась страшная весть: новая эвакуация. Уже третья по счёту. Потому как враг приближается к городу.
***
На этот раз вместо вагонов-теплушек «путешествовали» на переполненном донельзя пароходе. Благо плыть было недалеко, до соседней Казани.
***
Разместили ребят в обычном городском парке. В здании летнего(!) театра. Вражеские самолёты прилетали и сюда. По всему парку вырыли щели. В них артековцы и прятались по ночам. А днём ребята постарше трудились грузчиками в порту. Все заработанные деньги и даже заработную плату пионервожатых аккуратно перечисляли в фонд обороны. Работали так, что порой их приходилось чуть ли не силком возвращать в лагерь и заставлять отдыхать. Накопили аж сто шестнадцать тысяч рублей. Решили на эти средства построить «летающий танк» — самолёт «ИЛ-2». Узнав об этот, Верховный главнокомандующий прислал телеграмму: «Благодарю пионеров Всесоюзного санаторного лагеря “Артек” им. Молотова за заботу о Красной Армии. Примите мой горячий привет и благодарность Красной Армии». И. Сталин
И снова в дорогу
Кем-то наверху было принято решение на всякий случай, на этот раз, отправить ребят как можно дальше! На этот раз их путь пролегал через Башкирию, затем: Омск, Новосибирск, Барнаул и Бийск. В конце концов, передвигаясь на поездах, пароходах, грузовиках и даже на деревенских подводах и, преодолев семь тысяч семьсот пятьдесят километров, артековцы добрались до ставшего теперь знаменитым и очень популярным курортного местечка Белокуриха.
***
Лагерь разбили в двух корпусах санатория. И сразу в школу! По школьной программе отстали сильно. Усиленно занимаясь, нагоняли программу целый год. А с началом лета к ним присоединились сибирская и даже дальневосточная детвора. Как это было принято ещё с довоенного времени, в местный «Артек» получали путёвки самые достойные. В итоге в лагере одновременно находились полторы сотни «старых артековцев» и столько же вновь прибывших. Но традиции того крымского «Артека» сохранялись свято!
Отчёт о деятельности лагеря за 1943 год
«Местность в окрестностях лагеря — живописная. Неподалёку находится целебный источник, вода которого насыщена целебным радиоактивным газом — радон! Однако воду для питья лагерь получает из пробурённых скважин. Она чистая, прозрачная и не имеет ограничений для употребления как в сыром виде, так и для приготовления пищи. Однако канализации в жилых помещениях нет, но в одном корпусе наличествует тёплая уборная. Отопление в корпусах: в одном — печное (дрова), в другом водяное. (Батареи)
Питание — организовано в санаторной столовой. Для наиболее ослабленных детей организовано дополнительные калорийные пайки. Неучтённые продукты — летом, работая в ближайших колхозах и совхозах, артековцы получали в достаточном количестве различные фрукты и ягоды: клубника, малина, крыжовник, помидоры и. т. д. Употребляя их как в сыром виде, так и заготавливая на зиму».
***
На вечерней поверке в обязательном порядке всегда хором повторяли традиционную речовку: «Над морем — Белокурихой — солнце садится. Артеку спать пора. Спокойной ночи Родина. До светлого утра».
***
Через некоторое время к «Артеку» присоединили ещё один лагерь… костнотуберкулёзный санатория имени Молотова. В нём числилось более сотни человек, больных, измученных, лежачих. И ребята помогали им учиться, вместе с ними делали уроки, подвигая к их кроватям ученические доски, чтобы лежачие могли на них что-нибудь написать или начертить мелом. Ухаживали как за родными, делясь с ними всем, чем могли.
Двенадцатое января 1945 года
В алтайском «Артеке» состоялась торжественная линейка. На ней в последний раз в Белокурихе спустили флаг. Тысяча триста один день продлилась эта самая длинная в истории лагеря «Артек» смена. Она же и самая тяжёлая в его истории.
***
Ребята разъезжались по своим, освобождённым от врага городам, станицам и сёлам.
Договорились обязательно свидеться через два года в Москве, на том же самом мосту, который показан в фильме «В шесть часов вечера после войны». Не вышло, не получилось. Новая послевоенная жизнь внесла свои корректировки.
***
Артековец Элмас Велверис стал фронтовым разведчиком и был убит в боях за освобождение родной Латвии. Володя Васильчиков, Володя Катков, а также вожатый Володя Дорохин не дожили до победы, пали смертью храбрых в последние весенние месяцы сорок пятого.
***
И всё же спустя много лет кое-кто из той артековской смены всё-таки свиделись. В Советской Эстонии. Именно здесь теперь проживали некоторые из тех, кто приехал в Крым девятнадцатого июня сорок первого!
