Нина Алексеенко: герой в белом халате

Официально Нина Петровна Алексеенко не состояла в подпольной организации «Молодая гвардия». Однако женщина сыграла большую роль как в деятельности молодогвардейцев, так и в защите жителей Краснодона. Нина Петровна, являясь медсестрой, на свой страх и риск спасала молодежь от отправки на принудительные работы в Германии.

Город Краснодон, который сейчас находится на территории Луганской Народной Республики, пережил много испытаний. Но особенно трудный период выпал на его долю во время Великой Отечественной войны. 19 июля 1942 года город оказался под немецким сапогом. Кто-то, понимая, что оккупация неизбежна, покинул его, но основная масса жителей все же осталась. Немцы вели себя в городе, как полноправные хозяева. Нашлись и те, кто согласился перейти на их сторону. В Краснодоне воцарились совершенно другие порядки. Теперь никто не мог с уверенностью строить планы на будущее. Первым делом захватчики разобрались с коммунистами и евреями. Затем взяли под колпак простых жителей.
Но среди краснодонцев нашлись герои, несогласные с оккупационным режимом. В основном, это была молодежь. Парни и девушки решили бросить вызов врагу, объединившись в подпольную организацию «Молодая гвардия». Но была и еще одна категория людей. Людей, которые официально не являлись молодогвардейцами, но всячески им помогали. Среди них и была Нина Петровна Алексеенко.
К сожалению, о Нине Петровне сохранилось мало достоверных фактов. Когда Красная армия освободила Краснодон, и вскрылась героическая, но полная трагизма история «Молодой гвардии», внимание историков и исследователей было приковано именно к девушкам и парням, состоящим в той организации. А об их многочисленных помощниках как-то «забыли». Нет, их вклад, конечно, отмечали, но всерьез их жизнью во время оккупации особо не занимались. Это в полной мере можно отнести и к Нине Петровне Алексеенко. Однако даже сохранившихся фактов достаточно, чтобы в полной мере оценить ее вклад в борьбу с противником.

До начала войны Нина Петровна работала в одной из больниц в поселке Краснодон и воспитывала двоих детей. С приходом немцев ее жизнь резко изменилась. Оккупанты быстро превратили медиков в своих помощников. Врачи, медсестры и фельдшеры, помимо своих основных обязанностей, стали еще выдавать справки о годности к принудительным работам в Германии. Кроме этого, приходилось им лечить и немцев. Естественно, не все были согласны с такой политикой, но выбор у них отсутствовал.
Однажды на прием к Нине Петровне пришел парень – Николай Сумской. Как только началась немецкая оккупация города, он ушел в подполье. Сумел связаться с секретарем Краснодонского райкома комсомола, который также находился на нелегальном положении. И по его заданию сформировал группу неравнодушных подпольщиков. А в сентябре вместе с другими молодогвардейцами Николай сумел совершить диверсию – испортил зерно на станции Семейкино, которое должно было отправиться в Германию. Но у Сумского была одна серьезная проблема, которую ему требовалось решить в экстренном порядке.
Едва оккупировав город, немцы начали формировать списки трудоспособных парней и девушек, чтобы отправить их на принудительные работы в Германию. Все понимали, что это билет в один конец. Николай узнал, что одним из медиков, который выдавал справки о годности или негодности, являлась Нина Алексеенко. И решили поговорить с ней.
Разговор получился трудным. Нина Петровна боялась, боялась не за себя, а за своих детей. Она понимала, если немцы узнают о ее сотрудничестве с подпольной организацией, то пощады не будет. Но Николай все-таки сумел убедить женщину. Официально она не вошла в состав его боевой группы, но начала активно помогать подпольщикам.
Нина Петровна, по заданию Николая Сумского, сначала помогала молодогвардейцам медикаментами. Затем, в тайне от немцев, занялась лечением раненых. А потом стала спасать парней и девушек от отправки в Германию. Алексеенко выдавала им справки о недееспособности. Оккупанты проверяли эти документы, но Нина Петровне раз за разом удавалось их обхитрить. Постепенно Алексеенко начала и отказывать оккупантам в оказании медицинской помощи. Здесь ей на помощь пришла заведующая аптекой Фролова. Нина Петровна выписывала рецепты, а Фролова говорила, что таких медикаментов нет. Немцев, конечно, это злило. Они проводили проверки, но никаких улик против медиков обнаружить не могли. Медикаментов и правда не было. Их списывали, находя самые разнообразные причины, а затем передавали молодогвардейцам.

***

С одной из подпольщиц Нина Петровна сдружилась. Юная Тося Елисеенко, которой на момент оккупации было чуть больше двадцати лет, устроилась на работу в больницу, где трудилась Алексеенко.
Тося родилась в 1921 году в поселке Краснодон. Отец трудился на шахте, мать вела домашнее хозяйство. Тося хорошо училась в школе, демонстрируя особые успехи в истории и литературе. А на различных праздничных мероприятиях читала стихи Пушкина, Лермонтова, Маяковского. 
В 1937 году её приняли в комсомол. И у Тоси прибавилось обязанностей: она редактировала школьную газету, была вожатой отряда, входила в ученический комитет. После окончания школы Елисеенко поступила в педагогический институт в Ворошиловграде (сейчас Луганск). Что такое война Тося узнала в 1940 году, когда Советский Союз сражался с Финляндией. Девушка окончила курсы медсестер, после чего ухаживала за ранеными бойцами в госпитале.
Вскоре Антонина стала работать учителем начальных классов в школе №25 поселка Краснодон. В это время уже шла Великая Отечественная война. Когда немцы стали приближаться к окрестностям Краснодона, Тося решила остаться. А во время оккупации узнала, что в городе появилась молодежная подпольная организация «Молодая гвардия». Вскоре Елисеенко примкнула к движению неравнодушных горожан.
Сначала девушка вместе с остальными подпольщиками добывала оружие и боеприпасы, распространяла агитационные листовки, а также помогала составлять для них тексты. А за основу ребята брали сводки совинформбюро. Передачи слушали по ночам, спрятав радиоприемник на чердаке дома, где проживал Николай Сумский. Как учитель Антонина проверяла готовые тексты на ошибки и давала им «зеленый свет».

Осенью 1942 года Николай Сумской как лидер группы, в которую входила и Елисеенко, дал девушке задание. Ей необходимо было устроиться на работу в больницу и наладить контакт с медсестрой Ниной Петровной Алексеенко. Тося знала, что Нина Петровна уже общалась с Николаем и являлась тайным помощником молодогвардейцев.
Нина Петровна и Тося быстро сработались. И по наводке Елисеенко медсестра спасала подпольщиков от каторжных работ в Германии. Однажды за справкой к ней пришел Володя Шевченко. Парню не повезло, его хотели отправить в лагерь. Нина Петровна не растерялась. Она взяла у него необходимые анализы, а потом вынесла вердикт: у Шевченко брюшной тиф. Какая тут Германия? Нужно срочно ложиться в больницу. А как-то повестка пришла Тосе: молодая, здоровая, с медицинским образованием – в Германии бы пригодилась. Но Алексеенко была иного мнения. Она закрылась с Тосей в своем кабинете, чтобы придумать более или менее правдоподобную болезнь. После мозгового штурма женщины решили: Тося напьется хины, от которой человек бледнеет, опухает и может даже оглохнуть. А в документе Нина Петровна поставила диагноз: «эпилепсия».
Отчитываться за справки необходимо было в одной из больниц Краснодона. Туда Нина Петровна и отправилась с Тосей. Обе сильно волновались, поскольку Алексеенко у немцев была на плохом счету – слишком много она выдала справок об освобождении. Не дожидаясь приема комиссии, Нина Петровна отправилась к главврачу. Впоследствии Алексеенко вспоминала тот диалог: 
«– Я работаю медсестрой поселковой больницы, привела на комиссию свою сестру, у нее эпилепсия.
– Что-то много у вас сестер. А еще есть?
– Да есть и еще.
– Ладно, присылайте; поможем вашим сестрам!
Районная врачебная комиссия подтвердила диагноз.
Возвращались домой, и на душе теплело. Везде есть наши, советские люди, которые, рискуя собственной жизнью, помогут тебе».

Иногда молодогвардейцы по ночам собирались в квартире Нины Петровны. Она помогала ребятам сочинять агитационные листовки и расклеивать их. Оккупанты, а также их пособники в городе подозревали Алексеенко в связи с подпольщиками, но никаких доказательств предъявить ей не могли.
Наступил январь 1943 года. Начались массовые аресты молодогвардейцев. За решеткой оказался и Николай Сумской. Нина Петровна, понимая, что оккупанты могут добраться и до Тоси, попыталась ее спасти. Она встретила девушку на улице, предупредила о грядущей опасности и посоветовала сбежать. Но Елисеенко не послушала. И 13 января Тося была арестована. Через три дня (по другим данным – через пять дней) девушку сбросили в шурф шахты №5. Нине Петровне все-таки не удалось ее спасти. Зато она спасла несколько десятков других молодогвардейцев. Точное количество неизвестно, но оно более шестидесяти человек.
Нине Петровне повезло. Она избежала участи большинства молодогвардейцев. После окончания войны Алексеенко осталась в Краснодоне, работал в больнице. В редких интервью она о себе практически не говорила, рассказывая только о «Молодой гвардии». И поэтому долгое время считалось, что Алексеенко не имела какого-либо отношения к подполью. Однако в 1993 году справедливость восторжествовала. Межрегиональная комиссия, которая занималась изучением истории «Молодой гвардии», пришла к выводу, что еще как минимум одиннадцать человек состояли в подполье. Среди них была и Нина Петровна Алексеенко – скромный герой в белом халате.

5
1
Средняя оценка: 2.93258
Проголосовало: 89