«Рука бога» Юрия Кнорозова. К 100-летнему юбилею

"То, что создано одним человеческим умом, не может не быть разгадано другим". Ю.Кнорозов 

Что в имени тебе моём?
Оно умрёт, как шум печальный
Волны, плеснувшей в берег дальный,
Как звук ночной в лесу глухом.
<…>
Но в день печали, в тишине,
Произнеси его тоскуя;
Скажи: есть память обо мне,
Есть в мире сердце, где живу я…

Пушкин

Глубокий знаток поэзии, литературу расценивал некой формой обретения коллективизма — в поисках «своих». Многих авторов, «обязательных для восхищения» (Г. Ершова), — не воспринимал абсолютно. Зато шутя, наизусть декламировал original стих блатной «Мурки». А дореволюционный стокеровский «Дракула» (в СССР не переиздавался) — стоял в б-ке на видной полке. 
Лишь чувство юмора спасало его в жизни. Позволяло выкарабкиваться вопреки всему: плыть против течения. Потому что если не представить самую ужасную ситуацию с точки зрения парадокса, над коим можно посмеяться, в том числе и над самим собой, без этого можно умереть, — говорил Ю. В. Кноро́зов.
Чего только стоит фраза на «грани фола» из статьи о заселении Америки: «Индейцам помогало мощное экваториальное течение и постоянные пассаты, которые доставляли лодки и плоты на острова Полинезии, где мореплавателей радостно встречали местные людоеды». — Двойственность обожаемого им чёрного юмора, припорошенного необходимым академизмом.
Кнорозов — личность совершенно необыкновенная, что всецело признано современниками. Причём — крайне противоречивая личность. Присутствие доктора Джекила и мистера Хайда в одном теле, одном человеческом существе было доведено в нём до абсурда. Обладая всеми положительными качествами, он обладал и жуткой к тому антитезой.
С левого краю — множество даров, хоть и не бесплатных, тяжко давшихся. С правого: что-то всегда очень, — с фаустовским неприятием, — экзистенциально мешало. Чёт-нечет. Так и назовём главку.

Чёт-нечет

Ежели глянуть сверху, с геркулесовых столпов Бога, — это явно был человек, родившийся для какого-то важного неординарного события. И не в своей жизни. А — в существовании цивилизации. Планеты, не менее. 
С детства чрезвычайно выделялся среди сверстников. Будучи средоточием в себе некоего состояния конфликтности, непримиримости: вплоть до отторжения. То его выгоняли из школы. То в аспирантуру не брали. Неизменно всё не гладко, непросто. С натягом.
Злой. Замкнутый. Раздражительный до грубости, он притягивал к себе проблемы в атмосфере несовместимости. Мистер Хайд сводил на нет усилия д-ра Джекила. И опять приходилось всё выстраивать с начала: отношения со школярами, сокурсниками, коллегами. 
Тем не менее регулярно настигала странная откуда-то подмога. Будто бы неведомая рука, — подобно Медному всаднику, вырвавшему из тьмы веков Россию к благодати просвещенья: — вытаскивала, тащила его вперёд! Ближе и ближе к реализации основной задачи. О которой никто ещё пока не ведал. Но которую материализует тридцатилетним: в 1952 г. выйдет первая резонансная публикация о дешифровке иероглифики майа «Древняя письменность Центральной Америки».
Близким рассказывал, мол, в детстве случилась травма головы в пору заурядного «пацанского» конфликта. Даже зрение на время потерял. И не исключено, что именно та «колдовская травма» вскрыла особый характер проекции вещей, другим не видимых, — по его же собственному мнению.
Вообще тотальная идея о дешифровке тайного кода тогда и появилась — в отрочестве. Оставшись с ним до конца. Только долго эту мысль не афишировал. Слишком она выглядела дико для советской науки — поначалу.
Обладал потрясающими интеллектом, памятью, аналитическими способностями. Поражая острым умом, решал любые по сложности задачи, по-шахматному разгадывая суть предмета, — лицезря глобально. Одномоментно разрезая-раскладывая полагаемые обстоятельства на части. Отсюда — внутренняя оптика. Умение погрузиться. Оттого всю жизнь души не чаял в детективах, — получая возможность жить внутри проблемы. Конан Дойль, Агата Кристи, да и от проходных-«поточных» не отказывался в 90-х.
Блестяще знал мировую литературу — от античной до нынешней. Помнил, мог цитировать страницами. Любимый мотив: «Завидую вам, потому что вы это ещё не читали». — Обожал дарить книги.
Ко всем обращался как человек и коллега, равный по статусу. Никаких иерархических прерогатив, лестниц. «Может быть, это была форма игры. Но это была его позиция. Кота же, наоборот, он уважал больше, чем себя», — говорит преданнейшая ученица Кнорозова — Г. Ершова. Чьими материалами я с благодарностью воспользовался при создании заметки о великом учёном. 
[Добавлю, что самое популярное в Инете фото Юрия Валентиновича — именно с котом. Точнее, кошкой Асей. В столице Юкатана — Мериде — это изображение воплощено в камне.] 

Жизнь и смерть

Энигматический мистер Хайд, затронутый в увертюре текста, в свою очередь приготовил ему чудовищную кончину. Ишемический инсульт. Потеря речи, памяти. Потеря ориентации в пространстве и времени. Уже в больнице стали отказывать руки, ноги. Пневмония, отёк лёгких. Даже и после смерти дух его неистовствовал. На этом неприятности не прекратились…
В 2001 г. в Мексике, где Кнорозова очень любят, хотели создать Центр эпиграфики его имени — в парке Шкарет. Самом известном и посещаемом парке неподалёку от курортного Канкуна в Юкатане. Но увы… Террористы разбомбили тогда Нью-Йорк. Резко упал туризм. Идея была отложена до лучших времён. 
Дальше…
В 2002 г. В. Путин намеревался ехать в Мексику на презентацию фонда Кнорозова. Но… Теракт на Дубровке вновь вмешался в планы. Мюзикл «Норд-Ост».
[В будущем эти «потери» восполнятся кратно. 1 июля 2022 г. Путин приказал увековечить память Кнорозова к 100-летию. Поднялись центры, выставки, архивы и собрания, улицы им. Кнорозова. Учитывая, что часть объёмного наследия продана семьёй в США: в б-ку Конгресса, также в Центр мировой византинистики в Думбартон-Оксе.]

Невероятный трудяга

Мог работать по 24 часа в сутки. И ночами, и как угодно. Всегда. Каждая бумажка была продублирована. Сохранял под копирку — либо переписывал всякий листок. Причём даже если отряжал секретарю какой-нибудь незначимый клочок, всё равно где-то был припрятан его дубликат. 
В студенчестве массивные словари Мезоамерики целиком закатывал мелким почерком в тетрадки. Ежедневно брал библиотечную карточку. На ней отмечал план на сегодня. Тщательно перечислял, затем указывал, что сделано — что не сделано. Вдруг уезжал куда, — то непреложно набрасывал таблицу упражнений для командировки. Всё было скрупулёзно расписано на этих карточках.
Пробежимся кратко по работам, без преувеличения «сбившим прицел», покорившим этнографическо-изыскательский альянс.

Диего

Начнём с интереснейшего персонажа XVI в. — испанца Диего де Ланда Кальдерона. Францисканского монаха, чрезвычайно алогической личности (что, кстати, привлекало Кнорозова абсурдностью-мятежностью). Яркого представителя историографии «Чёрная легенда», — где сфабрикованно-гиперболизированные факты играют против него самого в частности. Против Испании как врага Реформации — вообще. В пику христианской средневековой «Золотой легенде»: книге жития святых, стоящей на втором месте после Библии. 
Впрочем, вся эра правления Габсбургов разноречива-амбициозна — от гигантского величия до тривиального пиратства-разбоев. Но мы не о том…
В 1549 г. Диего уплывает католическим миссионером в Центральную Америку на п-ов Юкатан. К тому времени Гватемала с Мексикой уже завоёваны конкистадорами Карла Пятого. Юкатан — последняя крупная независимая территория. Сдавшаяся только в 1540 г.
Монах сразу выбился в помощники настоятеля свежевыстроенного монастыря Сан-Антонио в г. Исамаль. Учительствовал у детей знатных родов майя, насильно обращённых в христианство. В 1553 г. — он уже аббат. И вскоре — Custodio (хранитель) юкатанской миссии. К концу 1550-х, вслед слиянию Юкатана с Гватемалой в одну епархию, становится Принципалом — главой францисканского Ордена в церковной провинции.
 
Сейчас по пунктам. Их всего два

1. Минусы Диего Кальдерона

Отчего и попал в историографию феноменов, запечатлённых в испанской «Чёрной легенде». 
Став епископом Юкатана, тут же учредил инквизицию! Будучи учёным — что до сих пор вызывает вопросы: в чём причина сожжения документов, только ли дьявольская, языческая коннотация иероглифики? — Безжалостно сжёг на аутодафе (торжественной религиозной церемонии) сотни ценнейших книг майа. Уничтожив бо́льшую часть письменного наследия, культуры древнего племени.

2. Достоинства Кальдерона

Ввёл в Юкатане систему образования, укоренив латинский алфавит для «юкатеки» — языка аборигенов. Также исправил и дополнил в нём грамматику. 
Эксперт в племенных нравах, обычаях, написал катехизис — сборник проповедей на языке майя. Плюс — создал фолиант «Сообщение о делах Юкатана», зафиксированный в веках: о цивилизации майа. Где затронут алфавит. Вокруг которого долгие столетия развивались научные споры: алфавит де Ланда — фальсификация или всё-таки ключ, «слоговый» путь к расшифровке? (Что и доказал Кнорозов.) 
Тут мы подошли к главному:

Возникновение легенды

Как бы то ни было, чудом дошли до нас три Кодекса майа. Названные по городам, где они содержатся. 1) Дрезденский — единственный, сохранившийся полностью; 2) Парижский; 3) Мадридский. 
В 1971 г. объявлено о четвёртом — Кодексе Гролье. [Был показан в Нью-Йоркском Grolier Club.] Предположительно найденного в захоронениях штата Чьяпас на юго-востоке Мексики. Но — относительно подлинности велись буйные дискуссии. Пока Брауновский университет (US) не подтвердил аутентичности документа в 2016-м.
Артефакты представляют собой «жреческие требники», по терминологии Кнорозова. Посвящённые как сакральным ритуалам, так и астрономии-астрологии, пророчествам-гаданиям. Сельскохозяйственному производству и погодно-календарным циклам. 
Кроме того, в процессе археологических изысканий обнаружены записи на стенах строений. Сохранились стелы и колонны с высеченными на них изображениями на языке майа. Однако расшифровать их не удавалось, несмотря на имеющийся алфавит и тот факт, что расшифровкой занимались учёные-эпиграфисты, этнографы с мировым(!) именем. 
Вследствие чего издана статья нем. палеографа Пауля Шельхаса «Дешифровка письма майа — неразрешимая проблема» (конец 1940-х). — С чем категорически не согласился Ю. Кнорозов. Чем по-конкистадорски завоевал мир. 
В финале Великой Отечественной войны, участником которой являлся, к нему в руки таинственным манером попали две книги: «Сообщение о делах в Юкатане» на староиспанском. И гватемальская публикация «Кодексы майа». 
[«Таинственность» объяснялась случайным совпадением сонм факторов и студенческих перипетий в МГУ. Также труднодоступностью академических источников. Переданных Кнорозову в нужное время в нужном месте с помощью кого-то или чего-то «свыше»: рукой Бога, не иначе. И конечно, ручательством тому — профессора в первую очередь: С. Д. Сказкин, С. П. Толстов, С. А. Токарев и др.]
Прежде всего Кнорозов перевёл Диего де Ланда. И понял, дескать, алфавит майа — не «алфавит» в полном смысле слова. Письмо майа — идиографическое. Это и давало ключ к дешифровке.
Постепенно учёный разобрался с недоразумением, возникшим при фиксации древних фраз принципалом Юкатана. Информатор из аборигенов, работавший с Диего, отмечал майанскими знаками не звуки. А — названия испанских(!) букв. Т.е. перевернул с ног на голову «теорию алфавита».
В итоге Кнорозов прочитал письменность майа. И в 1955 г. защитил диссертацию на тему «“Сообщение о делах в Юкатане” Диего де Ланда как этно-исторический источник». — Реабилитировав де Ланда от приклеившегося к нему клейма «фабрикатора». 
Защита тут же превратилась в предание научного конгломерата. Каковое вторят из раза в раз журналисты. Повторюсь и я… 

Мужество учёного

Доклад 33-летнего соискателя длился несколько минут. На финише — присвоение учёной степени не кандидата. А — тотчас доктора исторических наук! 
Нельзя не отметить научное мужество Кнорозова. Он нашёл в себе смелость выступить против доминировавшей в ту эпоху теории авторитетнейшей американской школы майанистики Э. Томпсона. Достижения которой в результате кнорозовского открытия оказались несостоятельными.
Дешифровал и перевёл не только манускрипты майа. Но и сотни надписей на статуэтках, стелах, колоннах. Опубликовал опусы о мезоамериканском календаре, заканчивавшемся 2012 годом. Вызвав десятилетие назад неистовую панику о грядущем конце света, — помните? — внезапно кончились продукты в магазинах.
Изучение календаря помогло восстановить уникальную двадцатеричную нумерацию майа. Которая, вероятно, впервые в мире включала критерий — «нуль». Содержала всего 3 знака-цифры. Комбинация коих дозволяла оформить любое число. 
Было ощущение космического восторга, когда вдруг письменность майа «божественной рукой» возродилась из небытия. И прототексты из доколумбовой метавселеной стали читаться. 
На всю оставшуюся жизнь, когда основное (наречённо-намеченное Богом) уже сотворено, — повседневность мнилась ему немного пресной по сравнению с потрясающим открытием. Вожделенным издетства.
Научные труды 1069—1980 гг. заслуженно принесли Ю. В. Кнозорову звания лауреата Госпремии СССР (1977), кавалера ордена Ацтекского орла (Мексика). Награждён Большой золотой медалью Гватемалы. Что увы, не позволило ему попасть тогда на родину майа. Мечта осуществилась лишь в 1990 году: 68-летним выехал-таки в Гватемалу. 
И были мысли: «Вот здесь бы умереть!!» — Ведь человек обычно думает сим образом только в момент наивысшего удовольствия и… Пьянящего азарта Изыскателя — как морального удовлетворения.

Наш жребий жить! Судьба, завидуй!
Опять нам бедствия готовь,
Венком для нас обоих свиты
Свобода, радость и любовь.
<…>
Когда же налетит гроза
И с нею беды вереницей,
Пусть мне слеза в твоих глазах
Блеснёт предгрозовой зарницей.

Ю. Кнорозов, 1940 г.

Примечание:

В работе использованы материалы профессора-антрополога д.и.н. Ершовой Г.Г. Руководителя Мезоамериканского центра им. Ю.В. Кнорозова. Основателя Центра междисциплинарных исследований РГГУ. Верного друга, ученика и продолжателя блестящих изысканий-достижений Ю. Кнорозова. 

5
1
Средняя оценка: 3.11111
Проголосовало: 36