Секретный эксперимент 1967 года

Сидевший напротив человек старательно выговаривал каждое слово:
– Эксперимент опасный, вы рискуете своим физическим и психическим здоровьем. Уровень секретности наивысший: о нём не должны знать никто, даже ваши родные. Каковы бы ни были результаты эксперимента, о вашем участии в нём никто никогда не узнает. Согласны?

Марсианская мечта Королёва

Конструктор космических кораблей Сергей Павлович Королёв никогда не скрывал своей мечты: полёт на Марс. Даже полёт на Луну он рассматривал всего лишь как промежуточный этап на пути к главной цели. Об этом все знали. После полёта Гагарина на стол Королёва посыпались рапорты от лётчиков из отряда космонавтов с просьбой зачислить их в «марсианскую группу». Каждый в рапорте писал, что согласен на полёт, если даже это будет дорога в один конец. Королёв собрал отряд и заявил, что никакого полёта на Марс в ближайшем времени не предвидится, поэтому рапорта писать не стоит.

И всё же в 1962 году Королёв подготовил проект, предусматривающий полёт на Марс в 1974 году. Сергей Павлович умер в 1966 году, но «марсианский проект» продолжили его преемники: конструировали ракеты, проектировали двигатели. Проводили испытания, в ходе которых выясняли, насколько надёжна техника. 
Главный конструктор крутил в руках карандаш:
– С техникой всё понятно, здесь мы можем просчитать вероятные риски отказа и свести их к минимуму. А как поведут себя люди? Пребывание в замкнутом пространстве не недели, не месяцы, а годы – серьёзное испытание. Психологи говорят, тут возможно всё: от мордобития до убийства и самоубийства. Выдержит ли полёт экипаж? Кто даст ответ? 
Ответ мог дать только эксперимент.

Годовой медико-технический эксперимент по испытанию систем жизнеобеспечения

Специалисты из Опытного конструкторского бюро С.П. Королева совместно с Институтом медико-биологических проблем (ИМБП) и заводом «Звезда» построили жилой модуль будущего марсианского корабля – крохотное помещение 4Х3 м: три откидные полки для сна, стол, плита, медицинское оборудование и велоэргометр (прибор с педалями как у велосипеда, предназначенный для тренировки и изучения физической работоспособности) для физических тренировок, санузел.
В этой гермокамере «марсонавты» должны были прожить год исключительно на «своём» воздухе (получаемом путём регенерации), на «своей» (регенерируемой из отходов жизнедеятельности) воде, решая все проблемы исключительно своими силами. Продукты – обезвоженные сублиматы. Контакты с внешним миром на время эксперимента исключались, «Земля» могла помочь им только добрым советом. Обстановка, максимально приближённая к реальной.

Экипаж

Отбор кандидатов на участие в эксперименте напоминал отбор в отряд космонавтов. Подбирали людей с идеальным здоровьем и обладающих специальностью. Нужны были инженер для контроля работы всех технических систем «корабля», врач для проведения медицинских исследований и биолог для работы на «космической оранжерее» – всё как на настоящем корабле. 
В результате отбора в экипаж вошли: врач (он же командир) Герман Мановцев, инженер Борис Улыбышев, биолог Андрей Божко. Экипаж подбирали по принципу несовместимости: в составе экипажа были два члена с задатками лидера. Руководители эксперимента решили: чем тяжелее будет испытателям на Земле, тем легче будет космонавтам в настоящем полёте.

05.11.1967 (1-й день эксперимента)

– Ну что, никто не передумал? – технический руководитель эксперимента испытующе посмотрел на «марсонавтов». 
Трое испытателей в ответ на вопрос заулыбались: кто не был в себе уверен – те давно отсеялись.
– Напоминаю, что любой из вас может в любой момент покинуть гермокамеру, выйти из эксперимента.
– Но ведь тогда эксперимент будет не завершён?
– Да, – вздохнул руководитель, – эксперимент будет признан проваленным. Так что постарайтесь продержаться.
– Продержимся.

5 ноября 1967 года в 17:15 в Институте медико-биологических проблем трое человек вошли в гермокамеру, медленно закрылась за ними тяжёлая стальная дверь, которую тут же опечатали. «Корабль» стартовал. Родственникам испытатели сказали, что убыли в годичную научную командировку на Северный полюс.

Жизнь в «бочке»

В 07:00 в динамике раздавалась команда: «Подъём!» Завтрак, физические нагрузки, медицинские обследования, обед, снова медицинские обследования и в 24:00 отбой. Все трое постоянно носили на теле датчики. 
Регулярно каждый садился перед камерой и рассказывал о своём самочувствии: не испытывает ли он неприятных ощущений, потребляя воду из очищенной урины? Насколько регенерированный воздух отличается от земного? Учёным очень важно знать, как чувствует себя человек, живя в искусственной среде, пусть и максимально приближенной к естественной, но всё же искусственной. Отвечать нужно честно, ничего не скрывая, бравада тут ни к чему. 
Иногда им включают радио, иногда напротив иллюминатора ставят телевизор – это для них праздник. Раз в неделю «баня» – 10 л регенерированной воды на человека. Состриженные волосы и ногти через гермошлюз передаются врачам на анализ. Книги, шахматы. Каждая минута жизни в капсуле под наблюдением трёх видеокамер. И так каждый день.

13.12.1967 (39-й день эксперимента)

Испытателям постоянно снится, что они находят неизвестный ранее выход из гермокамеры и выходят наружу. Некоторых мучают ночные кошмары: «огромная чёрная кошка кидается мне на грудь, я пытаюсь её связать, но она вырывается».
Наблюдатели отмечают: на «корабле» зреет бунт. Техник Улыбышев намеревается перехватить лидерство у Мановцева, биолог Божко на его стороне, они открыто игнорируют командира. Иногда испытатели готовы наброситься друг на друга. Психологи называют это «экспедиционным бешенством».
После тяжёлого разговора все трое договорились обсуждать предмет ссоры, причём каждый говорит о своих ошибках, критика другого запрещена. Наблюдатели отмечают, что испытуемые стали меньше общаться друг с другом, появилась отчуждённость, каждый старается замкнуться на своей работе.

19.01.1968 (76-й день эксперимента)

В это день к отсеку присоединили оранжерею. У экипажа праздник: дополнительных шесть метров! На столе появились листовая капуста, огуречная трава, кресс-салат. В рационе появились витамины. Испытатели по очереди ходят в оранжерею для того чтобы просто посмотреть на живую зелень. Улыбышев установил в оранжерее турник и теперь каждый может «отвести душу» подтягиваясь или отжимаясь. 

Тайная любовь Андрея Божко

В один из дней в динамике прозвучал незнакомый девичий голос: «Доброе утро, ребята!» «О, в ЦУПе новенькая!» – отреагировали «марсонавты». Андрею Божко её голос кажется ангельским, и он решается на немыслимое: закопав в грядку оранжереи письмо, переправляет его «на Землю». Биолог, работающий по ту сторону шлюза, передаёт письмо по адресу.
Скоро Андрей так же получает ответ. Завязывается переписка. Уединившись в оранжерее Андрей перечитывает эти короткие записки. Он уже знает, что оператора зовут Виолетта. Она обещает ждать своего «космонавта». Через восемь месяцев переписки они встретятся и останутся вместе на всю жизнь.

20.05.1968 (174-й день эксперимента)

Может ли в полёте произойти авария, отказать часть системы обеспечения? Конечно, может. Как отреагирует на это организм человека? Насколько снизится его физическая активность, скорость реакции, умственные способности? Чтобы дать ответы на эти вопросы, в «звездолёте» «устроили аварию».

В гермокамере температура подпрыгнула до 30 градусов. Влажность 90 % при норме 40-60. Содержание кислорода 16 %, углекислого газа 3 %. «Космонавтам» запретили готовить горячую еду, наполовину сократили рацион питьевой воды. В камере, как в парной. Болит голова, трудно дышать, постоянно хочется пить. На четвёртые сутки «аварийной ситуации» температура тела у испытателей поднялась до 37,5 градусов. 
«Аварийная ситуация» продолжалась 10 суток.

Всё это время испытателей буквально «рвали на части» медики всех специализаций, не оставляя в покое ни на минуту: снимали показания датчиков, брали анализы, проводили тесты на физическую выносливость, активность мозга, проверяли реакцию на различные раздражители. Был собран уникальный материал. 

Но самым потрясающим был факт, что вопреки всем опасениям экипаж капсулы в эти тяжёлые дни не рассорился, а наоборот сплотился, ссоры и обиды были забыты. Ещё дважды «марсонавты» переживал «аварийные ситуации» – и каждый раз тяжёлые испытания только объединяли экипаж.

18.06 1968 (203-й день эксперимента)

– Боря, что с тобой? – Божко с тревогой смотрел на Улыбышева.
– А что со мной?
– Ты какой-то… не такой.
Улыбышев молчал и вдруг сказал:
– Андрей, я всё.
– Что всё?
– Всё. Крыша поехала. Мне по ночам начинает грезиться будто кто-то ходит по отсеку, стонет, цепями гремит.
– Так, спокойно. Этой ночью не спим. Посмотрим, что это за призрак.
Ночью Божко долго лежал, стараясь не заснуть и действительно услышал осторожные шаги и металлический звон. Он резко поднялся и включил свет. «Призраком» оказался Герман Мановцев, тихо пробирающийся к аптечке и звенящий ключами. 
Оказалось, у командира гнойная киста за ухом, и уже несколько дней он держится исключительно на обезболивающих препаратах. Трое сели держать совет.
– Герман, нужен врач.
– Я сам врач. Нужна операция. 
– Значит…
– Сорвать эксперимент? Нет.
– А как тогда?
– Я сам сделаю операцию. Вы мне поможете.
С помощью зеркала Мановцев вскрыл опухоль. Андрей ассистировал. Эксперимент продолжился.

05.11.1968 (366 день эксперимента)

В 17:00 стальная дверь открылась и Герман Мановцев, Борис Улыбышев и Андрей Божко спустя ровно год переступили порог камеры, только теперь в обратном направлении. К их удивлению, об удачно проведённом эксперименте была напечатана статья в «Правде», и все трое на некоторое время стали героями: у них брали интервью, их приглашали на ТВ, секретный эксперимент перестал быть секретным.
На одной из встреч их спросили, не хотят ли они принять участие в новом подобном эксперименте? И все трое хором ответили: «Нет!!!»

5
1
Средняя оценка: 3.30159
Проголосовало: 63