Соперничество в Азии. Метание в четырехугольнике США-СССР-Вьетнам-Афганистан

Игорь ШУМЕЙКО 26 февраля 2026 12

ПРОДОЛЖЕНИЕ. ПРЕДЫДУЩЕЕ ЗДЕСЬ. НАЧАЛО ЗДЕСЬ

В предыдущих двух «Азие-ведческих» очерках сравнивались армии, особенности менталитета, демографические ситуации Северной и Южной Кореи, Индии и Китая, а в этом больше внимания будет уделено Афганистану и Вьетнаму. И, сообразно принятому методу, будут предложены попарные сравнения в судьбе этих азиатских, но далеких друг от друга стран. И в ходе войн, над ними прогремевших...

Как и В прочих статьях, эти истории рассматривается преимущественно в аспекте влияния на них Советского Союза, России. В основном этому «влиянию» даны популярные определения:

«распространение идей коммунизма»,
«поддержка в борьбе за освобождение от колониального гнета»,
«помощь в построении основ социализма»…

Но особенности, «фактура» и главное — результаты этого распространения помощи азиатским странам — дают объемную и, надеюсь, интересную картину. Актуальность сего рассмотрения и связь Вьетнама-Афганистана с историей нашей страны не надумана. Нам эту связь предъявляют — «в полный рост!», как грозное обвинение, — наши «западные друзья». Например, прямее и не скажешь… Чарльз Вильсон, техасский конгрессмен-демократ, в молодости лейтенант флота США: «Во Вьетнаме мы потеряли 58 000. Русские в Афганистане потеряли 25 000. Они нам должны еще 33 000 убитых». — Это одно из его заявлений, где он сгоряча преувеличил: потери СССР в Афганистане — 15 000. В других интервью, коих было немало (Вильсон одно короткое время был «ньюсмейкер», герой первых полос газет), он называл и точную цифру потерь СССР, и, соответственно, тем больше был «должок», который он с нас взыскивал. А главное, он не был простым оратором, ухватившимся за пару цифр в своих речах в Конгрессе США. Справочники подтвердят, он — один из ведущих организаторов тайной операции ЦРУ «Циклон» — поставки оружие афганским моджахедам. Он сумел поднять бюджет на афганские операции ЦРУ с $5 млн до $2 млрд и «внес огромный вклад в поражение СССР в Афганистане».
Почему-то (а далее будет версия — почему?) у нас не очень «раскручена», забыта сия фигура, несмотря на огромные вложения в её прославление. Журналист Джордж Крайл написал роман «Война Чарли Уилсона», а Голливуд выпустил в 2007 году фильм того же названия. Бюджет $75 млн.

Кадры из фильма

Там техасского «счетовода» потерь и долгов по потерям, которые надо взыскать, — сыграл сам Том Хэнкс! А его подругу, ярую русофобку Джоанн Херринг (тоже «исторический персонаж»), — Джулия Робертс. Для красочности картины я, может, и хотел бы написать «фильм провалился», но строгая точность требует признать: нет, Голливуд — отлаженная машина, и провала не допустил. Расходы на фильм окупились, 4 номинации на «Оскар» были получены, хотя так и остались номинациями, до побед не дошло. И все же при всех этих популяризаторских усилиях и самого Чарли Уилсона, и операцию «Циклон» сегодня почти забыли, а точнее — стараются забыть… Да, в той коллизии: США-Вьетнам-СССР-Афганистан сошлись все ключевые проблемы истории Азии ХХ века и самых длительных военных конфликтов.

«Подстава» техасцу — от поляка

Теперь — обещанные выше объяснения итогового, старательного сегодняшнего забвения — и кино-Вильсона (то есть = этой роли Тома Хэнкса, пожалуй, слабейшей в его портфолио), и главное, самого конгрессмена Вильсона. Дело в том, что его сильно подвел ближайший напарник по «Делу Афганистан», хвастливый и «гоноровый» («одно слово — поляк»). Збигнев Бжезинский, советник по нацбезопасности президента Джимми Картера, в январе 1998-го признал/похвастался в Nouvel Observateur (Франция), а чуть ранее и в CNN (июнь 1997-го), что вторжение Советского Союза в Афганистан — это его суперудача, ловкий финт:

«Нувель Обсерватер»: И не жалели, что посодействовали исламским фундаменталистам? Что вооружили тех, кто в будущем станет международными террористами?
З. Бжезинский (отметили журналисты Франции — удивлен и возмущен этим упреком): Та операция была тайной, отличная идея. Цель — заманивание русских в капкан Афганистана. Вы предлагаете мне жалеть о том? Что лучше для мировой истории? Талибан или гибель СССР?

И далее — трели счастливого триумфатора во французской газете и на американском телеканале… Оказывается, еще 3 июля 1979 года Бжезинский, как сам он свидетельствовал, отправил Доклад президенту США, где написал: «…помогая врагам режима Тараки (затем Амина), мы вынудим СССР провести военное вмешательство». Тогда президентом США Картером и была подписана первая директива, в исполнение которой врагам афганских властей предоставлялась тайная помощь. Впрочем, и Роберт Гейтс, экс-глава ЦРУ, экс-глава министерства обороны, а затем и другие чиновники признались: помогать афганским противникам центральной власти в Кабуле они начали еще 3 июля 1979, и цель была — именно вынудить СССР вторгнуться в Афганистан. Но это (ввод советских войск) произошло лишь полгода спустя: 24 декабря.
Так хвастовство Збигнева, признание Гейтса и другие документы разоблачили американскую версию, что помощь США моджахедам началась из-за вторжения СССР. Впрочем та версия и была «промежуточной», позже американцы за неё перестали держаться, особенно после настоящего вала, цунами последствий, нахлынувших не только на СССР, но и на США. Аль-Каеда, Усама бен Ладен, с которым восторженно фотографировались в Пакистане и Бжезинский, и многие американские чиновники… А потом, «внезапно»: 11 сентября 2001 года, нью-йоркские башни…
А тогда США приняли целую программу действий (санкции, бойкот Олимпиады-1980), чтобы «заставить Советский Союз понести большие материальные, репутационные потери». Бжезинский, прилетев в Пакистан, лично занялся координаций совместных усилий США и моджахедов и создал «Ось сопротивления Советскому Союзу». В нее вошли Саудовская Аравия, Египет и многие еще мусульманские страны, даже и… Китай! Поток вооружений, денег, итальянские пластиковые мины, «Стингеры» made in USА, и добровольцы/наемники... Представить неисчерпаемый людской ресурс одной только Бангладеш, а наемники шли в Афганистан еще из многих стран — и понимаешь, насколько ловок был «финт Бжезинского 1979 года».
Но вместе с тем сегодня видны и совершенно незапланированные его продолжения, разрушившие не только две знаменитые башни в Нью-Йорке, но и засыпавшие мусором кошмарных последствий память о техасском конгрессмене Чарльзе Вильсоне. Задумаемся, откуда именно взялась «черная неблагодарность» сотворенной Бжезинским Аль-Каеды? Почему это друг Збигнева и Чарльза Вильсона — Усама бен Ладен, — вдруг стал «врагом № 1 Соединенных Штатов»? Тут и вспомним подлую «техасскую арифметику»: «Во Вьетнаме наши потери — 58 000 убитых. Русские потери в Афганистане 25 000. Их долг нам — еще 33 000».

И в США Вильсоном была запущена кампания. Лозунг прост и понятен: «Пускай русские получат свой Вьетнам!» Бжезинский в упомянутой беседе с французскими журналистами подчеркнул: США продвигали именно «месть». «Когда это началось (Советские войска вошли в Афганистан), я отправил президенту письмо: “Мы смогли, мы устроили им русский Вьетнам”». — Но ведь Вильсон проливал на весь мир и на Вашингтон почти настоящие слезы: «…страдания детей Афганистана ранят мое сердце». Дословно: «Картина словно выжжена в моей памяти... Дети с оторванными руками — минами, сброшенными вертолетами СССР. Я вышел из госпиталя, твердо решив: “Пока я жив и являюсь членом Конгресса США, я сделаю всё, чтоб СССР ответил за это”».
Но по его же арифметическим подсчетам (правило пропорций), чтобы «взыскать» остаток того долга за Вьетнам (43 000 убитых) — войну в Афганистане и «страдания детей, ранившие ему сердце», — нужно было бы вести не до 1989 года (СССР вышел из Афганистана), а еще… 26 лет! (Проверьте на калькуляторе.) Кроме этой кроваво-математической пропорции веру в искренность слёз Вильсона подрывали, прямо по списку: его скандальное пьянство, моральные проколы. Его тогдашние харассменты, отношения с «ангелами Чарли», дамами его офиса — в эпоху Вайнштейна, движения Me Too стоили бы ему нескольких уголовных дел.
И в довершение: «грешок Хантера, сына Байдена». В 1980 году Минюст Соединенных Штатов открыл следствие по подозрению конгрессмена Уилсона в наркомании. Следственная группа была возглавлена прокурором Минюста Рудольфом Джулиани, впоследствии — мэром Нью-Йорка. И в том же 1980-м Вильсон начинает свою всеамериканскую кампанию по «созданию русским — их Вьетнама, взысканию долга по убитым солдатам». И Дело конгрессмена-наркомана закрыли: «недостаточность улик». Противоречие?

А) он провоцировал войну для взыскания с СССР долга по убитым;
Б) Страдания жертв этой войны «ранили его сердце».

Но даже это можно ухитриться списать: алкашу и наркоману однажды пересаживали донорское сердце. Вот вам и ответ: одно сердце «ранилось», другое радовалось запущенному процессу. Последняя версия, конечно ерническая, но главный удар по его «вьетнамо-афганской арифметике» — в другом. Самое глобальное, исторического значения различие двух войн в том, что США спровоцировали СССР на афганскую войну (повторим сей фундаментальный факт), но к СССР подобное обвинение по Вьетнаму — неприменимо абсолютно. Эту проблему ловко заслонили «горами советского оружия, поставленного Вьетнаму»… Но… именно влезание США во Вьетнам — это долгий многоступенчатый процесс, начавшийся в… как это ни дико это звучит… — аж в 1858 году! Строго считая: за 64 года до образования СССР.

Уроки истории. От Парижа до Дьенбьенфу

Вот чем важна история Азии и эти постоянные исторические сопоставления, подобные «Параллельным жизнеописаниям Плутарха».
Итак. Начало 1950-х годов. Во Вьетнаме идет настоящая Столетняя война. Колониальная война Франции. Президент Эйзенхауэр умудренный генерал, главком союзных войск Второй мировой войны категорически против втравливания в эту войну США. Но Франция умоляет, а за тем и требует помощи, на Эйзенхауэра оказывается огромнейшее давление. Факты того периода, раскрывающие суть противостояния.

Эйзенхауэр — президент США с 1953 года;
Сразу после прихода к власти он закончил войну в Корее.

Прошедший Вторую мировую, он понимал цену мира и все последствия войны. Но… Франция, союзник по НАТО, в отчаянном положении, громко требует помощи, хотя Устав и официальные Цели НАТО: противостояние СССР в Европе. Эйзенхауэр отказывает. Но НАТО — союз молодой (с 1949 года), и мощное лобби угрожает: США будут ответственны за удар по престижу одного из ведущих европейских партнеров. И максимум, который удается выжать из тоже начинающего президента — весьма небольшая воздушная поддержка французов, окруженных в знаменитой битве при крепости Дьенбьенфу.
Но «героям обороны Парижа 1940 года» не смогла бы помочь и самая грандиозная воздушная операция: французы опять капитулировали, Женевские соглашения 1954 года закончили их Столетнюю войну в Индокитае, зато США оказались вынуждены принять у них отравленную «эстафетную палочку».
Дальнейшие события вполне подходят под известный термин «эскалация», но значительный начальный период партизанские и военные действия велись между Северным и Южным Вьетнамом. И только поражения Южного, как раньше французов, вынуждали США усиливать вмешательство.

Для СССР окончание войны в Корее так же было большим облегчением, события, связанные с кончиной Сталина, требовали сосредоточения на внутренних делах. И к тому же главная внешнеполитическая проблема (после Корейской войны) приковала внимание СССР к Европе. Западные справочники с удовлетворением называют это: «Народное восстание в ГДР 17 июня 1953 года».
Только во второй половине 1950-х Советский Союз мог позволить себе начать помогать Северному Вьетнаму, причем, надо признать, обе стороны весьма неохотно допускали каждый новый шаг по ступеням той самой «эскалации».
В 1962 году президент Кеннеди планировал договориться с Северным Вьетнамом, пригласив в посредники Индию. Но… если для США эти шаги «эскалации» выражались в наращивании сухопутных войск и росте людских потерь, то для СССР — лишь в наращивании потока оружий, на 90 % — средств ПВО для предотвращения тотального уничтожения Ханоя, Хайфона и еще нескольких северовьетнамских городов.

«Делай как я!»

Из всех операций по оказанию «братской интернациональной помощи» участие СССР в защите Вьетнама стало самой успешной (наряду с Кубой). СССР показал всему миру, подал надежду странам, противостоящим НАТО, СЕНТО, СЕАТО, АНЗЮС и другим военным блокам, руководимым США, что советские специалисты, оружие — высшего победного качества. Советские советники, специалисты обучали вьетнамскую армию, вели техническую поддержку систем оружия, главным образом зенитно-ракетного.
Это было эффективное парирование главной угрозой США, сформулированной их генералом Кёртисом Лемеем: «Либо они [Северный Вьетнам] втянут свои рога и прекратят агрессию (т.е. оказание помощи партизанам на Юге), либо мы их вбомбим обратно в каменный век». — И США от избирательных сначала бомбардировок перешли к ковровым: операция «Раскаты грома». На Вьетнам было сброшено 6 727 084 тонны бомб (во Вторую мировую войну 2 700 000 тонн). Стране грозило тотальное уничтожение…
Группа советских военных специалистов (ГСВС) составила с 1965 года по декабрь 1974 года: 6 359 офицеров и более 4 500 солдат и сержантов. Решались и были решены задачи: создание войск ПВО, обучение вьетнамцев работе на советской технике. Поставлено было 95 Зенитно-Ракетных Комплекса С-75«Десна», более 5 000 зенитных орудий, более 310 самолетов (преимущественно истребители МИГ-17, МИГ-21), 120 вертолетов, 687 танков. Плюс специальный отряд Тихоокеанского флота вел наблюдение за кораблями и авиацией США в Южно-Китайском море…
Миссия ГСВС была секретна, наши офицеры, солдаты сдавали документы в посольстве, носили гражданскую одежду. Но в самые критические, особенно начальные периоды, нашим приходилось обучать вьетнамских друзей по знаменитой советской «методике», команде: «Делай как я!» Скромность наших солдат, секретность миссии оставили открытыми немного случаев вроде «тренировки» 1966 года, когда советский инструктор, полковник(!) В. Котлов находился в кабине учебного МиГ-21УС, а тренировка перешла в тяжелый воздушный бой с американскими бомбардировщиками.
Прекрасно продуманная, эффективно реализованная операция обернулась относительно малыми потерями ГСВС: от 7 до 16 погибших. Авиация США потеряла 3 744 самолёта (по данным Вьетнама 4 181), 5 607 вертолётов, 1 000 БПЛА (первое применение гремящего ныне оружия, равно как и бомб с лазерным наведением). Еще около 2 500 самолётов и вертолётов потеряли их Южно-Вьетнамские союзники.

«Кто виноват?»

Главное, итоговое НО: в самом влезании США во Вьетнам ни один американский историк, политолог не может обвинить СССР. Объективно, тут все вопросы — к Франции. Не повтори она под Дьенбьенфу-1954 ход своей военной операции под Парижем-1940, никому не удалось бы, да и не понадобилось втравливать Эйзенхауэра. И хотя учился будущий конгрессмен Вильсон неважненько (второй с конца в своем классе по результатам экзаменов по истории), этот факт кому-либо в США сложно было не знать.
А уж окончательно лживость и «калькуляций долгов по потерям» и «сочувствия афганским детям» — двухсердечного конгрессмена Вильсона — доказали Усама бен Ладен, а затем и Талибан, повернувшие оружие против наследников Бжезинского, Картера, обоих Бушей, Клинтона, Обамы… и так вплоть до Байдена, получившего в 2021 году поражение своими душераздирающими картинами, поразительно напоминавшими бегство США из Вьетнама в 1975 году. Многие тогда отмечали: армия США второй раз за 46 лет бежит от «людей, воюющих в сандалиях». Но я бы напомнил не о скромной обуви победителей, а именно о тех сравнениях, счетах потерь во Вьетнаме и Афганистане, инициированных глобальными провокаторами Бжезинским и Вильсоном.

Вектор личных бесед с нашими ветеранами Афганистана

Эти общеизвестные подробности я намерен пополнить некоторыми свидетельствами «из первых рук». Так получилось, что мне довелось говорить с несколькими советскими воинами, сражавшимися в Афганистане. Беседы со знаменитым генералом Махмутом Ахметовичем Гареевым, возглавлявшим нашу военную миссию в Афганистане уже при президенте Наджибулле, опубликованы в серии статей, вошли, точнее сказать, — украсили книгу «Судьба и Служба. Тюркские контуры России».
Беседа со старшим лейтенантом Валерием Юрьевичем Кузнецовым, командиром второй автомобильной роты 221-го отдельного батальона материального обеспечения ВВС 40-й армии, были опубликованы в газете «Завтра».
В обоих случаях я не расспрашивал о подробностях боевых действий: не считал возможным, пользуясь откровенностью собеседников, — строить из себя «военкора». Это, конечно, — стезя людей, реально участвовавших или побывавших «там в то время».
Валерий Кузнецов рассказывал о сегодняшней своей миссии: он разыскивает захоронения наших бойцов, возвращает на Родину останки, получает бесценные сведения о «без вести пропавших». Встречается с большим числом афганцев: бывшие противники, свидетели боев. Довелось ему вести переговоры с одним из высших командиров моджахедов — Гульбеддином Хекматияром.
Тут я не мог не вспомнить и не рассказать Валерию Кузнецову о другом россиянине, выполнявшем в Афганистане такую же миссию. Это великий наш скульптор Михаил Шемякин. Познакомиться и узнать об этой истории мне довелось в 2002 году, и подробно описать в — не удивляйтесь! — книге «Русская водка. 500 лет неразбавленной истории» (2009, ЭКСМО серия «10 мифов о…»). Мой товарищ, известный издатель, писатель, коллекционер Александр Никишин создал на ликероводочном заводе «Кристалл» в Лефортово — уникальный Музей Русской водки, а Михаил Шемякин, среди много прочего, автор скульптурной группы, памятника «Дети — жертвы пороков взрослых» в то время обдумывал идею столь же большой скульптурной группы: «Всешутейный и всепьянейший собор царя Петра Первого».
К нам тогда Шемякин приехал вместе с женой Саррой, франко-канадкой, худенькой светло-рыжей девушкой. И после долгой беседы, позже украсившей наш журнал «Водка.Ru», мы все вышли «на пленэр»: осматривать место возможного Памятника. Тогда вокруг «Кристалла» были довольно внушительные холмы — или кучи щебня, или заросшие развалины чего-то начала XX века…
Занятно, что в той лефортовской «рекогносцировке» среди нас — именно Шемякин в вечных своих сапогах и полувоенной куртке смотрелся наиболее «адекватно». Я опасливо следил и в один момент протянул руку Сарре, она вроде поскользнулась. Но Шемякин успокоил: «Да Сарра со мной прошла всеми моджахедскими тропами в Афгане».

И что поразительно: перед этим несколько часов Михаил рассказывал о своей (удивительной!) жизни: послушник в псковском монастыре, приключения с другом — Владимиром Высоцким — и многая прочая, но эту историю он тогда не упомянул. Не похвастал, как в 1990-х годах с женой и рюкзаком собранных долларов лазил по афганским горам, выкупал наших брошенных пленных. Расспросили его подробнее мы, вернувшись в редакцию.
С тех пор каждый раз, когда разговор подходит к теме Афганистана, пленных, я считаю долгом рассказать об этом. Рассказал и Валерию Кузнецову — он тоже подивился такому узору судьбы великого скульптора и виражу нашей истории…
А Валерий Кузнецов рассказал, как в 2014 году совместно с нашими ветеранами-афганцами во главе с Вячеславом Михайловичем Некрасовым устанавливал в Кабуле памятник погибшим советским воинам. И воспоминания Валерия Кузнецова, и времена боевых действий, и сегодняшние встречи помогают понять то, что порой в СМИ подается как сенсация: афганцы уважают «шурави», мудро различают их — и пришедших потом соотечественников провокаторов Бжезинского и Вильсона.
После публикации очерка мне довелось познакомить Валерия Кузнецова в один из его приездов в Москву — с другим ветераном Афганистана полковником Николаем Ивановым, ныне ответственного секретаря Союза Писателей России. В Афганистане он был в звании капитана, служил в ВДВ.
Я наблюдал мгновенно зажегшуюся «вольтову дугу» взаимопонимания, братства двух ветеранов. Жалею, что не записал их беседу, хотя, возможно, она в стенограмме показалась бы и слишком сумбурной, потому завершу сей очерк уже спокойными «отстоявшимися» воспоминаниями Николая Иванова. Как раз 15 февраля, в День вывода советских войск из Афганистана, он отправил их в свой Телеграмм-канал под заголовком: «БЕЗ ВЫСТРЕЛОВ В СПИНУ».
Там он говорит, что поминутно описанные в романе «Операцию “Шторм” начать раньше» обстоятельства ввода нашего Ограниченного контингента, конечно, важны, но теперь не менее важны и все подробности операции по выводу войск, и… итогов советского пребывания в Афганистане: «Мы выходили из Кабула с развернутыми знаменами, а за нашими плечами оставались сотни километров отстроенных дорог и арыков. Пробитые в горной толще тоннели. Школы и больницы. Возделанные поля. Геологоразведка»...
Интереснейшее свидетельство: «…перед тем как нашей колонне тронуться в сторону границы, к командиру стали приходить водители, показывая скрученную в шипы проволоку (по форме противотанковых ежей). Отследили: подбрасывали их под колеса наших наливников западные журналисты в надежде остановить не только колесную технику, но и само торжество прощания… Как говорится, англичанка гадит…»

М-да… получается: «гадит» она — колючей проволокой. Болезненно, наверно. Одно хорошо, что точно так, как и в 1954-м «вьетнамском» году нашу страну наследники планетарных провокаторов Бжезинского, Вильсона сегодня упрекнуть ни в чем подобном не могут. И вторжение в 2001 году, и бегство в 2021 — это всё их запутавшаяся узлами колючая проволока мести и глупости.