«Песни клинка»…

На истории развития оружия лежит отпечаток человеческого развития вообще; и то, что в начале средневековья оружие не шибко отличалось от предшествующего, говорит о неспешном токе-ходе тогдашних времён. Мечи викингов в основном прямые, с рукоятями, чья верхушка может быть символична, а может — просто делалась для удобства; возникшие ещё в античные времена катафрактарии — тяжеловооружённая конница, стали прообразами рыцарей, столько значивших в определённые времена...

Викинги, опустошавшие английские земли, к мечам добавляли топоры — даже более распространённые в боях. К мечам у викингов было отношение, сопоставимое с тем, что может испытываться по отношению к священным предметам; однако мечам всегда было много пенно-кровавой работы.

Скандинавский меч — клинок двухлезвийный из тигельной стали, с рукоятью под одну руку — в отличие от тяжёлых, оберучных, рыцарских мечей — с жёлобом по центру и своеобразным навершием. Большая часть мечей — обоюдоострая, но были и однолезвийные, заточка с одной стороны.
Переток оружия из страны в страну был явлением обычным: старинные клейма франкских мастеров свидетельствуют о привозе оружия викингами из Франкского королевства.
Врывается в кипения битвы, в людскую массу, дышащую смертью одноглазый Ян Жижка: пока — только одноглазый, но и лишившись второго, будет продолжать неистовствовать, орудуя любимым своим шестопёром: холодным оружием ударно-дробящего действия.
Разновидность пернача, появившегося раньше, шестопёр есть стержень, к вершине-головке которого приварены шесть перьев — металлических пластин; со временем становится знаком власти, приобретает статус почётного оружия: атаманов не вообразить без оного.
Ни Сагайдачный, ни Хмельницкий не могли бы пройти-проскакать по истории без шестопёра…

А Тарас Бульба?

О, непременный его атрибут — шестопёр за поясом. Викинги ж предпочитали топоры: часто топор и меч лежали в одном захоронение; однако, боевой от рабочего бывает не просто отличить.
Датские топоры изготавливались с краями-полумесяцами, а ножи были длинны и затачивались с одного края.

Копья, конечно, — скандинавский вариант был с наконечником листовидной формы: таким можно и колоть, и рубить…
Гнётся лук — тис, ясень или вяз используются для изготовления, туго сплетённые волосы — для тетивы. От лука до арбалета — казалось бы: рядом — долог, однако, путь.

Осадные орудия появляются — коли разрастается количество крепостей, а войны не прекращаются практически никогда; баллисты широко распространены: с античности ещё известны — двухплечевая машина торсионного действия — камни и дротики, как метательные предметы, но от катапульты баллиста отличается вариантом траектории полёта.

Осадная башня — тяжёлая, неуклюжая, медленно двигающаяся: прикрывает штурмующих от обстрела осаждённых; пика своего достигает в средневековья, но набирающая сила артиллерия теснит эти махины…

Толленон — своеобразный воздушный кран: поднимающий группу бойцов на осаждённые стены: а дальше уж — кому больше повезёт, или кто окажется ловчее.
Лишь финал средневековья отмечен появлением огнестрельного оружия: холодное царит долгие жестокие времена.

Какие не были жестоки, коли рассматривать все человеческие хроники?

Мечи, кинжалы и боевые пики — всё известно с античных времён. Холодное оружие меняется — мечи становятся неудобными: слишком велики; появляются более лёгкие, и не менее опасные сабли, шпаги, рапиры. Быстрое жало — вместо долгого сложного искусства меча.
Лук соединить с прикладом — так рождается арбалет, превосходящий лук по точности и убойной силе, но в скорострельности он проигрывает луку: арбалет долго заряжать. Ложе арбалета, тугой спусковой механизм, и болт, который будет отправлен в полёт, дабы поразить врага.

Мушкеты, появляющиеся вместе с аркебузами, быстро теснят холодное: огонь становится ближе, объёмы смертей увеличиваются.

Пищали, пушки, бомбарды — огнестрельное оружие множится видами, и человечество, меняясь в лучшую сторону едва-едва: всё же дыба ныне при допросах не является необходимым атрибутом, изменяет оружие достаточно сильно: военные кровопускания словно необходимы виду, как вариант выживания.

​