У жизни в разные периоды и почерк иной…

Партизанка Мария Макаёнок. Да, младшая сестра белорусского драматурга Андрея Егоровича Макаёнка (1920—1982), по-домашнему Мотя. Из архивных документов: «Мария Егоровна/Георгиевна Макаенок 1926 года рождения, д. Журавичи, Журавичский р-н, Гомельская область, БССР, белоруска, член ВЛКСМ с 1940 года. Образование общее 7 классов. В партизанском отряде с 15 сентября 1942 г. по 22 февраля 1944 г. Боец. Отряд Бархозова, бригада Федяченко действовала в Быховском районе Могилевской области»...

Жила-была девочка, девушка в красивом месте под названием Журавичи, рядом течёт речушка Гутлянка или, по-местному, Болотнянка. Девушка училась, мечтала — о чём: — мы уже никогда не узнаем. В семье четыре брата и одна дочь, любимица отца. Росла вместе со старшими братьями, для младших рассудительная Мотя была авторитетом во всём. Рано научилась плавать, рыбачить, ловко вытаскивала из норок недалеко от берега раков, чистила рыбу, варила уху. Увяжется из дома за братьями в ночное, сестру не отогнать, ночью сидит у костра, смотрит на угасающее горячее пламя, слушает братьев, а сама не уснёт. Над головой в июне звёзды светят по-особенному ярко, завораживают, притягивают человека своей обманчивой близостью, словно короткий сладкий сон. Началась война, от неё никуда не спрятаться, у мамы тревожные глаза, лицо осунулось, постарело, отец молчит, в хате тихо, один маленький Лёня-несмышлёныш смеётся или громко плачет, ему не объяснишь, почему взрослые молчат. Какая была в жизни Мария Макаёнок мы уже не узнаем, не сохранилось даже одной фотографии, есть короткие воспоминания племянников, которые не застали её в живых. 
О семье своей бабушки Мелании Михайловны Макаёнок (1896—1975) мне рассказала дочь писателя Алла Андреевна. Всего детей было пятеро: старший Андрей 1920 года рождения, за ним Иван, Мария, Николай. Самый младший сын Леонид родился в 1941 году. Получается, что самый младший Лёня родился перед самой войной, этот факт многое меняет. Сегодня трудно представить, как женщина решилась уйти в партизаны с маленьким ребёнком. Но и в деревне стало оставаться опасно, предупредили добрые люди. Первыми в списки новой немецкой власти под расстрел попадали советские активисты и их семьи, сотрудники партийно-комсомольского аппарата. 
Информация о старшем Макаёнке очень скудная, родился в 1900 году, погиб в партизанах, в каком году, уже не установить. Глава семьи был уважаемым человеком, коммунистом, один из первых организаторов колхозов в Рогачевском районе Гомельской области. Андрей и Иван — крестьянские дети, они с раннего детства росли в трудах, были помощниками, понимали заботы отца и матери. Пасли стадо колхозных свиней, за день очень уставали. Их отец, председатель местного колхоза, не мог найти желающих «за так» пасти колхозных свиней, поэтому этим занимались по очереди его сыновья, пришлось ходить в школу через день:

«Голодуха вынуждала мать на такие кулинарные хитрости как приготовление блюд из лебеды, молодых листьев липы, а потом из ботвинья. Теперь запоздало могу признаться, что приходилось, оглянувшись по сторонам, спешно выворачивать из борозд только вчера посеянную картошку. Было. Теперь уже за давностью можно признаться. А тогда — упаси бог — узнал бы мой отец, — прошёлся бы по спине». (Макаёнок А. Избранные произведения 1980, т. 1, с. 8.)

Егор Сергеевич Макаёнок пошёл в партизаны всей большой семьей, старший сын Андрей был призван в Красную Армию еще осенью 1939 года. Мария, вчерашняя школьница, комсомолка, всего шестнадцать лет, вместе с родителями в сентябре 1942 года ушла в лес. В телегу с мешками и другими крестьянскими пожитками Егор Макаёнок припрятал старенькое охотничье ружьё, а жена его натолкала себе в сапоги патроны. Полицейские ищейки, в народе их прозвали «бобиками», лучше немецких овчарок выслуживались перед немцами, рьяно обыскивали вчерашних соседей, земляков, примаков, мстили, вымещая свои давние обиды на советскую власть. На этот раз всё обошлось. Мелания не робела, смело выступала вперёд, покачивая перевязанного под грудью румяного сыночка, а тот спокойно спал, не обращая внимания на шум, скрип повозок, крики и бабьи причитания.
Перед последним переходом у моста скопились подводы, образовался затор, немецкие регулировщики пытались остановить людское движение, проверяли документы, должен был проехать важный немецкий чин. За мостом начинался густой спасительный лес, туда и свернули Макаёнки. Бедная Мелания чуть дошла до полянки, сняла сапоги, а босые ноги все в крови, так нарезали ей кожу металлические патроны. Знали дорогу, шли в отряд командира Аскера Бархозова II Быховской партизанской бригады.
В партизанском отряде Мария Макаёнок вышла замуж за легендарного командира отряда, карачаевца Аскера Бархозова, в отряде его звали Анатолием. В семье сохранились воспоминания — юную Мотю черноглазый Аскер полюбил чуть ли не с первого взгляда. Время военное, лихое, а вот чувствам не прикажешь. Аскер сразу понравился рассудительному отцу Марии: собранный, строгий, умеет выслушать, с людьми держится достойно, а вокруг девушки кружит орлом, глаза добрые, светятся. Не стал командир ходить вокруг да около, обратился к родителям — прошу руку и сердце вашей дочери, так молодые получили отцовское благословления.

Аскер Хабатович Бархозов — командир 830 партизанского отряда,
входившего в состав II Быховской партизанской бригады.

Историческая справка. Бархозов Аскер Хабатович (10.03.1916—22.12.1945), в отряде — Анатолий, один из легендарных командиров партизанского движения Белоруссии, родился в ауле Верхняя Мара в Карачаевском районе Карачаево-Черкесии в многодетной семье. В 1935 году, окончив семилетку в родном ауле, поступил в Карачаевский педагогический техникум в Микоян-Шахаре (Карачаевск). Со второго курса техникума в 1937 году был призван в ряды Красной Армии. Один год служил в Слуцке (Белоруссия) в кавалерийской дивизии, которой командовал генерал Г.К. Жуков, будущий маршал. В рубке и джигитовке Аскер был лучшим в дивизии. Подтянутый, физически развитый исполнительный красноармеец привлёк внимание Г.К. Жукова, тот взял его к себе ординарцем, а в конце 1938 г. рекомендовал на учебу в Минское кавалерийское военное училище имени Калинина. По окончании училища в начале 1941 года Бархозов получил воинское звание лейтенанта. 
Аскера направили командиром десантной роты танковой дивизии в городок Пружаны Брестской области, где его и застала Великая Отечественная война. Рота приняла бой 22 июня 1941 г. под Пружанами. Молодой лейтенант особо отличился в битве за Брест. За храбрость и личное мужество, за умелое командование в августе 1941 г. его назначили командиром стрелкового батальона, отступали с тяжелыми боями. 

30 сентября под Рогачевом Бархозов был тяжело ранен в левую ногу. От большой потери крови Аскер едва остался жив. Боевые друзья, спасая товарища, дошли до деревни Мосеевка Буда-кошелевского района, оставили раненого у одной пожилой женщины. Долго лечился, познакомился с местными ребятами, а через них с командиром Максимовым 810 партизанского отряда. Аскер научился хорошо говорить по-белорусски, подружился со многими жителями, в апреле 1942 года поступил в распоряжение Максимова командиром роты партизанского отряда.
В июне 1943 года его назначили командиром нового 830 партизанского отряда, входившего в состав II Быховской партизанской бригады. Товарищи высоко отзывались о командирских качествах Аскера и часто ставили его в пример другим командирам. Отряд Бархозова контролировал шоссейную и железную дороги Могилев-Гомель. 
Одной из важных операций, проведенных Бархозовым, была операция зимой 1943 г., когда он с пятью партизанами захватил в плен и отправил на самолете в Москву немецкого генерала. Отряд Бархозова за время боевых действий уничтожил 15 вражеских гарнизонов, пустил под откос 12 эшелонов с войсками, взорвал 25 железнодорожных мостов, 2 склада с горючим, 3 склада боеприпасов, другие склады, железнодорожные линии протяженностью 20 км. За боевые подвиги А.Х. Бархозов награжден орденом Красного Знамени, медалью «Партизан Отечественной войны» I степени. За мужество и героизм Аскер Бархозов был представлен к званию Героя Советского Союза. Но заслуженную награду не получил. 

Подорванное здоровье Аскера ухудшалось, в декабре 1944 года был демобилизован. Из справки от 7.08.2943 г.: «Ранения и контузии. 4 ранения в правую ногу, в левую 3 раза». Еще надо добавить туберкулез, заболел уже в отряде. В декабре 1944 года он вместе со своей женой Марией Макаёнок получил направление от БШПД (Белорусский штаб партизанского движения) в Кисловодск для санаторного лечения. Все передвижения гражданских и военных лиц на недавно отвоёванной территории у врага в военное время сопровождались специальными пропусками, справками, командировочными предписаниями. Белорусские архивы хранят почти 30 документов о партизанском командире А. Бархозове. БШПД следовал за фронтом, в марте 1944 года находился уже в освобожденном городке Новобелица, сегодня это район Гомеля.
Согласно справке центрального кисловодского санатория Красной Армии от 31 мая 1944 ст. лейтенанту А.Х. Бархозову был предоставлен краткосрочный отпуск на десять дней с правом заезда в город Микоян-Шахар, нынешний Карачаевск. О старшем брате вспоминает младшая сестра Зоя Бархозова, в 1943 году ей было всего пять лет:

«…Аскер с женой приехал на лечение в Кисловодск. Там он узнал, что весь наш народ выслали. В ярости он приехал к нам домой, никого нет. Брат увидел, как люди ломали финский домик, построенный нашим отцом. Это еще мой брат Алибий рассказывал. Аскер начал стрелять из пистолета в потолок, люди разбежались. Потом он нашёл одну женщину, которой разрешил жить в доме до нашего возвращения из ссылки». (Видео интервью от 24 октября 2012 года).

​

Многодетную семью Бархозовых, как и тысячи других карачаевских семей, принудительно депортировали в начале ноября 1943 года. Был такой печальный факт в трагической истории многих кавказских народов.

«Было выселено 68 614 человек. В качестве причин депортации были обвинения в пособничестве немецким оккупационным властям, противодействие восстановлению советской власти, бандитизм. В 1956 году с карачаевцев были частично сняты ограничения и впоследствии в 1957 году им было разрешено вернуться на Северный Кавказ».

Зоя Бархозова хорошо запомнила тот тяжёлый день. Семья ждала приезда Аскера, готовились к встрече по кавказскому обычаю:

«…резали баранов, готовились угостить всех родных и близких, это было как раз в день депортации, но все эти праздничные приготовления остались нетронутыми. Отца, двух моих братьев и трех сестер не было дома. Старший брат Алибий и я были с мамой. Утром за нами пришли, постучали в дверь. Говорить по-русски мы не умели. Брат Алибий поднялся на чердак. Почти ничего не взяв с собой, мы вышли… Аскер вернулся к нам в ссылку, вместе с ним была его жена, она ждала ребенка. Брат сказал, что отвезет жену к ее родственникам в Беларусь. Мама заплакала и сказала, что его и так долго не было… Аскер был старший в семье, он привез нам одежду, деньги, устроил больного брата в больницу в Ташкенте, но сам не лечился. Врачи его уговаривали, но он не мог нас оставить. В марте умерла жена Аскера. Мы жили в Военно-Антоновке в 12 километрах от Фрунзе. Аскер устроился во Фрунзе на работу, но вскоре боевые раны дали о себе знать. 22 декабря 1945 года он умер. Похоронен на кладбище в Военно-Антоновке… За ним умирали друг за другом остальные, три сестры лежат рядом с ним…».

После войны, которая закончилась для Аскера в Беларуси в 1944 году, в течение неполного года он потерял самых близких людей: любимую жену, отца, мать, трех сестер. Психологические травмы окончательно подорвали здоровье партизанского командира. Сына Аскера Анатолия Бархозова вырастила белорусская бабушка Мелания Михайловна, после войны мальчик часто приезжал на каникулы на Кавказ в аул Верхняя Мара, сироту опекала многочисленная родня по отцу, мальчику привилось уважение к кавказским обычаям и традициям. Уже будучи молодым человеком, он дал обещание, что если женится, то только на карачаевской девушке. Так и случилось, свадьба состоялась в Большой Маре, откуда Анатолий уехал с молодой женой в Минск. ОКОНЧАНИЕ СЛЕДУЕТ

​