«У жизни в разные периоды и почерк иной…» Окончание

ОКОНЧАНИЕ. НАЧАЛО ЗДЕСЬ

История трагической и короткой жизни Марии Макаёнок еще пишется, но меня заинтересовала малоизученная страничка биографии будущего драматурга, связанная с моим родным городом Гродно. Во всех документах встречается одна короткая фраза «…секретарь Гродненского горкома комсомола», без подробностей...

Известно, что службу Андрей Макаёнок (на фото обложки) проходил в Грузии, в первые месяцы войны участвовал в иранской операции, затем воевал на Северном Кавказе, принимал участие в Керченско-Феодосийском десанте в Крыму. 10 апреля 1942 года получил тяжёлое ранение, перенёс несколько операций, и по состоянию здоровья был демобилизован. В 1942—1943 годах работал военруком в одном из сёл Грузии. В конце 1943 года, после освобождения Гомельской области, вернулся в родное село Журавичи. В Белоруссии находился на комсомольской и партийной работе, в марте 1945 года был направлен в Гродненский горком комсомола, здесь же был принят в члены КПБ(б). Можно сказать, что первые творческие шаги драматург сделал в Гродно. Его проба пера, одноактовая пьеса «Хорошо, когда хорошо кончается» была написана в нашем городе, в 1946 году опубликована в газете «Чырвоная змена», отмечена дипломом и премией на республиканском конкурсе. Макаёнок зовет в Гродно своего лучшего друга Петра Василевского:

«В письме, датированном 9 апреля 1945 года, он сообщает, что при переезде в Гродно можно устроиться на солидную должность, с жилплощадью тоже не возникнет никаких проблем… Здесь, конечно, лучше, чем в других городах, а в районах совсем хорошо. Здесь война почти не коснулась».

Молодой человек не женат, отмечает особенности западного региона, после войны на рынках можно всё купить, в городе много красивых девушек. Но судьба распорядилась иначе. Беда выстрелила в Могилеве. Иван Шамякин в повести «Тайна драмы» записал, что партизанский командир Бархозов четыре раза был тяжело ранен, в отряде заболел туберкулезом и после Победы умер от ран в декабре 1945 года:

«Моте надо было рожать. Она родила мальчика. Но от горя, от страданий у обессиленной женщины случилась послеродовая горячка. А в доме остался его, Бархозова, партизанский наган. И никому — ни матери, ни младшим братьям — не пришло в голову спрятать оружие подальше. Мотя застрелилась».

Всё закончилось семейной трагедией. «Родильная горячка» (послеродовой сепсис) — тяжелое инфекционное заболевание, которое при отсутствии своевременного лечения может привести к развитию послеродового психоза. Именно психотическое состояние, сопровождающееся бредом, галлюцинациями и глубоким отчаянием становится причиной трагического исхода — самоубийства. К высокой температуре, болям, бессоннице добавилось послевоенное истощение, страхи за болезни мужа. Всё это выматывало роженицу, не помогали лекарства, на тот момент бром, стрептоцид, сильное снотворное, холодное обвёртывание. Акушерка отнесла жалобы и подавленное состояние молодой матери на усталость, упрекала её — Мария, ты прошла войну, партизанка, сильная, терпи, все пройдёт.
Андрей Макаёнок получил печальные известия из родных Журавичей, надо ехать к матери, помочь. В Минске в ЦК ЛКСМБ у него вышла нервная встреча с кадровиком, не дождался от чинуши никакого сочувствия, тот напомнил секретарю Гродненского горкома — работай там, куда вас послал ЦК. Будущий драматург отличался взрывным темпераментом, бывший фронтовик пригрозил ответственному товарищу «тыкнуть» его по чугунной голове пресс-папье, тот в свою очередь не сдержался и обозвал посетителя «бульбашом».
— Выбирай слова, дурень! «Бульбаш» с крымскими осколками в ногах! — завёлся Макаёнок.
Первый секретарь ЦК комсомола Беларуси Михаил Зимянин успел вернуть разгоряченного Андрея, пришлось рассказать организатору белорусского партизанского движения, что его мать осталась одна, без поддержки, с младшими братьями и младенцем на руках, попросился перевести его из Гродно в родные Журавичи. Потом Макаёнок часто вспоминал этот эпизод из своей жизни, правда, уже с долей юмора. М. Зимянин не только решил его перевод из Гродно, но и позвал бухгалтера, распорядился, чтобы тот выдал А. Макаёнку тысячу рублей подъемных. Те деньги ему очень пригодились. После похорон сестры имелись деньги только на билет до Гродно и обратно: «В тот день, приехав в Минск, я не позволил себе потратиться на еду. Надеялся, что накормят меня гродненские друзья. Но до Гродно в августе сорок пятого не сутки нужно было ехать». — Кто знает, если бы не семейная драма, может, жизнь талантливого белорусского драматурга удачно сложилась бы в Гродно.
Работа исследователя — собирать по крупицам новую информацию, просеивать новые данные. Неожиданно мне повезло, нашла книгу военного краеведа Валентина Нежинского «Солдаты умирают с оружием»: Партизанские были. — Ставрополь, Кн. изд-во, 1971. — 335 с., ил. 17 см. Автор книги полковник запаса Валентин Нежинский записал рассказы многих ветеранов Великой Отечественной войны, архивными документами восполнял недостающие звенья. Герои военных былей В. Нежинского — рядовые советские люди, представители разных национальностей, в основном северокавказцы. Нет ничего случайного в жизни, это подтверждает очерк в главе «Прошлое и настоящее»… 
В купе скорого поезда «Минск-Москва» встретились два фронтовика, познакомились, скорее всего, это конец 60-х годов. Писатель из Черкесска Валентин Нежинский возвращается из творческой командировки по Беларуси, собирает для будущей книги информацию о партизанах, выходцах с Кавказа. Второй сосед по купе — белорусский драматург Андрей Макаёнок. Попутчик протягивает своему собеседнику портсигар с белорусским «Беломором». Валентин Нежинский рассказывает коллеге о своей поисковой работе, называет знакомые ему имена: Осман Касаев, Кичибатыр Хаиркизов, Хмара Догужиев, Михаил Симхов, Аскер Бархозов.

«Бархозова трижды от верной гибели спасли белорусские крестьяне, что его подругой, а потом и женой стала белорусская девушка Маша Макаёнок из деревни Журавичи. Она вместе с братом Иваном была в отряде Бархозова и участвовала во многих боевых операциях, хотя этой девушке, когда она встала на защиту Родины, было всего 16 лет». Андрей Макаёнок включается в разговор: «Аскер… Мне очень дорого это имя. Что вам удалось найти о нём? Я тоже знал Аскера Бархозова, — как-то тревожно повторил попутчик. — Он заслужил добрую память. Смелый и скромный был человек…» — Спутник прищуривается, долго смотри в окно и, прервав молчание, говорит спокойным потеплевшим голосом: 
— Маша — это моя сестра, Ваня — брат… Нет Аскера, нет Маши. Сколько лет прошло. А былое всё рядом. Маша погибла после родов. Осложнения. Нервная горячка. Не усмотрели за ней. 
Андрей Егорович говорит о настоящем, видя прошлое.
— …Сын карачаевца, а по воспитанию и языку — белорус. И сам себя считает белорусом. Окончил в Минске музыкальное училище. Отец — кадровый офицер, сын — преподаватель по классу фортепьяно, профессия совсем уж невоенная. У жизни в разные периоды и почерк иной. То пишет кровью солдатской по опалённой земле, а потом переходит на другой ритм и звучит музыкальными аккордами в ученических классах… (стр. 330).

Валентин Нежинский отмечает, что Макаёнок «…известный и за пределами Белоруссии писатель, редактор минского журнала “Неман”. В годы войны он был на фронте». Задокументированная автором книги «Солдаты умирают с оружием», встреча и разговор с белорусским драматургом дополнили мой очерк о семье Макаёнков. Андрей Макаёнок — прошёл войну младшим политруком, участвовал в высадке крымского десанта в Феодосии, был тяжело ранен в ноги осколками мины. В мирное время раскрылся его талант драматурга, известен своими сатирическими пьесами, один из самых известных белорусских драматургов второй половины XX века. Но о войне Макаёнок почти не писал, его личный военный опыт нашёл свое отражение в его единственной трагикомической пьесе на военную тему «Трибунал». В сюжете жена и дети старосты белорусской деревни устроили дома суд над Терешкой, в прошлом деревенским пастухом, судят его за измену и предательство. Семья не знает, что Терешка выполняет задание партизан.
Не на пустом месте родился сюжет пьесы «Трибунал». Думаю, трагические судьбы членов его партизанской семьи — матери, отца, братьев и сестры Марии — послужили творческим замесом для реализации драматургом своего личного понимания прошлого. Память тревожила Андрея Егоровича, не давала покоя, как застрявшие в ноге осколки мины. Василь Быков в некрологе написал: 

«Немаловажную, если не решающую роль в человеческой судьбе А. Макаёнка сыграли испытания, выпавшие на его долю в годы минувшей войны. Искалечив его в далеком 1942-м, война преследовала Андрея Егоровича всё оставшееся время, пока один из осколков, коварно притаившийся в израненном теле, безвременно не оборвал его жизнь».

Осколок войны ждал своего часа. 16 ноября 1982 года драматург умер от закупорки сердца старым осколком мины.

Автобиография Макаёнка Андрея Егоровича, написанная им самим:

Я, Макаенок Андрей Егорович, родился в 1920 году в семье крестьянина дер. Борхов Звонецкого сельского совета Журавичского района. В 1937 году вступил в члены ВЛКСМ; в 1938 году окончил 10 классов Журавичской средней школы. В 1939 году призван в Красную Армию, где прослужил до 1942 года в качестве зам. политрука, политрука роты. В 1942 году участвовал в боях против немецких захватчиков в Крыму, где был ранен. После ранения и излечения демобилизован из РККА. 1943 работал в Грузии военруком средней школы. После освобождения Гомельской области переехал на прежнее местожительство. Работал секретарем РК ЛКСМБ, потом откомандирован в школу пропагандистов ЦК КП(б)Б, откуда направлен в Гродненский горком КП(б)Б в качестве секретаря. В настоящее время работаю помощником секретаря Журавичского райкома КП(б)Б. В члены ВКП(б) принят в 1945 году Гродненским горкомом КП(б)Б. 15.VIII. 46 г.

На фото обложки: Макаёнок А.Е., 1939 г.

​