Эгоистичный мем. От Аристотеля к языку наркоманов

«Juan, who didn’t understand a word of English, — save their shibboleth, “God damn!”». Байрон, «Дон-Жуан». XI песнь
Шуточный перевод И.Фунта: «Ты не виляй-ка, брат Хуан, хвостом, — что типа  ты не наш, не англичанин. Давай пароль!»
 

Достоевский, Крестовский, Прыжов — все они стали предвестниками, к тому же рационализаторами фонологических справочников «блатной лексики и жаргонизмов». Дав толчок великолепным исследователям XX в. Е. Поливанову, Ю. Яншансиной, К. Юдахиной, В. Шкловскому. [С разными судьбами, карьерами, но мы сейчас не о том…]

Помнится, в «славных» 1990-х наркоманские сферы популяризировали номинативные присказки. Обусловленные лексически точным маркером предмета: «Есть что почитать?» — спрашивал звонящий по телефону в «отдел доставки», — «Да, — отвечал дилер. — В наличии Толстой, Чехов, Есенин (героин, травка, порошок, — авт.)». — Подразумевая, что товар приплыл. 
Во все века в каждой однородной среде хранились свои магические символы (условные иероглифы — имена «писателей-поэтов-художников»). Связанные с криптолалической (тайноречивой) функцией. Призванной сделать коммуникацию непо́нятой для лиц, — не посвящённых в суть вопроса. Ну, будто китайцы говорят-щебечут.
Но приступим… 

Давно хотел написать репортаж о проникновении в языковую среду… Нет, не мемов-мемасиков — с ними всё ясно: проникают. Но — … (Пауза)
Придётся чуть углубиться в историю проблемы.
И начать, как ни странно, с платоновских симулякров. Перешедших потом в ведение Бодрийара. Уничтожившего реальность, создав термин «гиперреальность». Предвосхитив феномен фантомных виртуальных мифов. Используемый в дальнейшем А. Юрчаком, также Р. Мертоном — с их теориями гипернормализации и самоисполняющихся пророчеств. С формулами логических противоречий «Подделка реальности = реальность»; «Ложь = истина»; «Предсказания равны последствиям» и т.д.
Где нас интересует собственно феномен симулятивных отсылок. Точнее, феномен языковых симулятивных отсылок.
Так и назовём главку:

Языковые симулятивные отсылки

Да, глубина вопроса поражает. Это и великая цепочка зачинателей Сократ-Платон-Аристотель. Давших толчок становлению науки «Социальная психология». И разнообразные от неё «ответвления» в кавычках: с эффектами самореализующихся пророчеств Кёртиса-Миллера, Розенталя, Голема, Барнума, их множество. 
Современного термина по теме моего высказывания пока не существует. Не придумано. Высказывание же состоит в следующем.
Язык меняется, трансформируется. Подвержен мутации, искусственной селекции, естественному отбору. То же происходит и с его подвидом — знаковым символом — мемом. За счёт чего образуются целые Кластеры мемов, — реплицируясь в некую типологию метаязыка. 
[Тут должна быть отсылка к создателю термина «Мем» — из книги эволюционного биолога Р. Докинза «Эгоистичный ген» — откуда взята аллюзия на заглавие нашей статьи.] 
Причём в пределах каждого Кластера появляются новые подгруппы — в виде шаблонов. Употребляемых в качестве средств выражения: являясь фундаментом надстройки — непосредственно мемов.
Шаблоны регулярно вариативно меняются, борясь за популярность. Идёт серьёзная конкурентная война за выживание: сиречь внимание пользователей-юзеров. Оттого одни мемы быстро забываются. Другие, выжившие, — держатся на плаву долго. 
Математически1  высчитано, что число свежеиспечённых шаблонов со временем экспоненциально растёт. Регулярно удваиваясь, утраиваясь. Учетверяясь.
Непопулярные шаблоны отмирают. Популярные реплицируются через два-три месяца. 
Чтобы представить суть подобного Кластера, сходите на форум геймеров. Где простой человек не поймёт абсолютно ничего. То же самое проистекает и с языком наркоманов.  
Итак, языковые симулятивные отсылки. Что это?

Изводы криминального общения

В этом отношении вокабуляр наркоманов, являясь подгруппой Кластера уголовного жаргона, много чем напоминает метаязык «мемасиков». Структурируясь преимущественно лексическими фразеологизмами — вокабулами: устойчивыми словарными единицами. Их дефинициями. 
Например: «Намутили малёха. На крайняк отстоем вмажемся». — Что в переводе: «Нашли немного наркотика. В крайнем случае, инъецируемся остатками раствора». 
Как и мемасики, наркоманский сленг, — и язык преступников: — организуются в шаблоны. Включающие в себя некую специфику миниязыков — подгрупп с меньшим количеством членов. Более закрытых. Что коррелируется с широким неоднородным кругом лиц, вовлечённых в незаконную деятельность. 
И как разнятся миниязыки грабителей, убийц и взломщиков, — так же разнится наркокультура условно выделяемых групп. Кучкующихся вкруг отдельных видов наркотиков: растительных, героиновых, синтетических etc. 
Каждая из этих групп вырабатывает свои мнемонические обозначения:

Каннабиоиды: вокабулы «анаша», «план», «травка», «дурь», «пластилин».
Героин: вокабулы «белый», «гера», «грустный», «медленный», «хмурый».  
Экстатзи: «феррари», «радуга», «череп». — По изображениям на поверхности таблеток. 
Кокаин: «орт», «орех», «дорогой», «снег», «первый», «кокс», «кокос».
Синететика: «соль», «скоростной», «жмур», «крокодил».

Вышепредставленное — из разряда сленговых реестров. Но мы их не касаемся сейчас. Всё вполне досконально выложено в Сети. Навроде знаменитого Наркоманского словаря Баяна Ширяева.

Образность вообще пронизывает все понятийные сферы преступности. 
Так, одним из главных источников свежих номинаций метонимического типа стали «наскальные» рисунки на стенах домов наших городов. Не замечали? 
Символический ряд там заменён на номер телефона. Или, чаще, — сайт с предложением работы. Где человеку объяснят и покажут — как, где — правильно и безопасно делать закладки. Либо тривиально купить товар у «барыг» — торговцев зельем.
Дабы скрыть противозаконную деятельность коммуникантов, словарный состав преступного метаязыка непрерывно меняется. (Не забыли вариативную войну мемов за выживание?)
В последнее десятилетие чувствуется резкое увеличение объёма словаря наркоманов. Если в 1988 г. было зафиксировано около 180 релевантных регистров и выражений. То сейчас их количество возросло до 25002.
Под конец вкратце каталогизирую способы проявления «хейтовых» направлений.
Это и мемасики. И криминальный жаргон. И вообще — язык, — относящийся к социально-групповым диалектам. Находящимся за гранью обывательского «семейного очага» — литературного круга. В специфически-лексическом пласте инаковости:

1. Как подметил в увертюре текста — нельзя отрицать вклада в «жаргонистику» —  jargonistic termинтеллигентной части носителей языка. 
Применимо к наркоманам, скажем, набор реактивов — т.е. красный фосфор и чёрный кристаллический йод для кустарного приготовления первитина из эфедрина — отмечается термином «Стендаль». В честь автора романа «Красное и чёрное». 
«Гашек» (по фамилии чешского писателя Я. Гашека) — гашиш. Именем оперного композитора Глюка — названы всевозможные галлюциногены. 

2. Уголовное, тюремное происхождение. Блатняк, блатной язык. Ну, это само собой. «От тюрьмы до сумы…» — Извечный русский мем.
Где нет границ размаху словотворчества. Результаты коего показывают, что в качестве мотивирующих элементов могут выступать самые различные признаки. 
Это и характерный цвет — «зелень»: зелёный наркотик; «коричневый»: вид афганского героина. Характерный звук — «шлёп-шлёп»: инъекция; «бульбулятор»: кальян. 
Жаргонизмы — «пахан», «шестёрка», «шустрила»: добытчик наркоты; «торпеда»: подставной, стукач.   

3. Внушительную роль играют заимствования из других сфер деятельности и знаний.
Медицина, ботаника — «амфетамин»: наркотик; «гидропоника»: марихуана с добавлением примесей.

4. Метономазия — замена номинативных средств родного языка. Либо иноязычными синонимами. Либо их эквивалентами.  
Hash, stuff, staff (англ.) — «гаш», «стафф», «ганджа», «ганджубас» (марихуана).
Hemp — «хэмп» (прямой перевод: конопля, марихуана, гашиш). Ныне эта вокабула перешла в разряд модной одежды — лейблы всяческих тканей из конопли.

Во все эпохи язык самоидентификации выступал инструментом опознания «своих» средь роя никчемных пришлых (библейских) пчёл, жужжащих под ухом. Выполняя функцию байроновского шибболета (пароля), — пусть и шуточного порой. Которым владеть было необходимо. 
Дабы — быть принятым в круг причастных.  

Примечания:

  1 https://nplus1.ru/news/2021/10/09/ja-krevedko
  2 Мирошниченко Л.Д. Жаргон наркоманов. М., 2002.

Рисунок обложки: Armentarius Unicornis
 

5
1
Средняя оценка: 2.87234
Проголосовало: 47