Чёрное безумие Синдиката: Торсионное облучение Романа Богословского

ПРОДОЛЖЕНИЕ. НАЧАЛО ЗДЕСЬ

Сегодня у моего давнего товарища, писателя-журналиста Романа Богословского день рождения. (20 апреля 1981) Я его поздравляю, поздравляет редакция «Камертона». Желаем прекрасных текстов, произведений, всего самого-самого лучшего! Представляю рецензию на его недавно вышедшую книгу «Гангсталкер»-2023. И так получилось, что темы, затронутые в книге, нехило вдруг вспыхнули ныне в 2024-м.

Вспыхнули, превратившись в реальный Апокалипсис. В катастрофическую теорию нашумевшего в СМИ «Гаванского синдрома»: синдрома каких-то странных «инфразвуковых», «ультраволновых» заболеваний, о чём и говорит Богословский в своей книге.  
Вот что отмечает по этому поводу сам Роман на страничке в ВК: 

«В связи с новой истерией вокруг “Гаванского синдрома” мне пишут, как же я так тему угадал, выпустив своего "Гангсталкера"? Так вот — я ничего специально не делал. Моя книга вышла несколькими месяцами ранее, чем пошла эта волна в СМИ. Кроме того, моя повесть работает в художественной и социальной плоскости, а “Гаванский синдром” — это политический, дипломатический контекст.
Ну и ещё пять капель.
Прежде чем обвинять Россию, инициируя странные расследования, надо вспомнить проект “МК-Ультра”. А так же кто и когда его придумал».

Итак...

Роман Богословский. Гангсталкер. Издательство + дизайн-бюро «ред». Москва, 2023 г. 

«Психотроника, брат, важнейшее изобретение
человечества за всю его историю».
Фраза из книги

Помнится, однажды подрабатывал на местном филиале ГТРК. И там прослеживалась определённая тенденция…
Каждые весну и осень у некоторых «метеозависимых» людей наблюдалось обострение в плане того, что они шли на телестудию и просили, требовали(!) в обязательном порядке выслушать их и непременно заснять на «Вестях-24» сюжет о ведущемся за ними хронически-затяжном «ментовско́м» надзоре. 
«Работает “контора”», — утверждали. — И на вопрос типа с чего вы взяли? — отвечали, дескать, регулярно ощущают топтунов за собой любимыми. Видят, что именно для них по ТВ показывают «другие», специальные, не общепринятые программы. И они прекрасно знают, где закреплены «ихние» (сиречь фээсбэшные) радиолокационные антенны и торсионные передатчики. И надо срочно объявить во всеуслышание тревогу и вызвать милицию! 
О том книга, если вкратце. 
Но приступим…

К слову, если б то был фильм (а произведение крайне кинематографично!), в анонсе отметили бы жанр картины. Укажу и я.


Роман Богословский

Жанровая детерминация

Анонс: «Триллер. Драма. Ужастик». — Этим всё сказано. 
Причём написано абсолютно ровным слогом. Без лексических провалов, орфографически-логических ухабов и ям, чем грешит, увы, современное книгопечатание. Некое тематическое провисание присутствует, но — о том ниже… 
Пробежавшись по преамбуле, сразу черкнул Богословскому СМСку: «А ты, случайно, не попадался на крючок всяких школ личностного роста, человеческих трансформаций?» — «Не-а, — ответил Роман. — У меня иммунитет к подобным вещам с самой юности. И — только стёб по сему поводу. Но “Гангсталкер” из другой оперы». — Воистину так! — добавлю. 
«И кстати, — продолжил Роман, — о том у нас никто не писал». — Я, конечно, промолчал, тут же вспомнив беляевского Штирнера. Перевоспитанного радиолучами своего же инновационного изобретения. 

«…и хотя в ноябре 1991 г. научно-техническое управление КГБ тогда ещё существовавшего СССР публично открещивалось в своих письмах той же “Комсомольской правде”, — подхватывает мою мысль “Техника молодёжи”-92 (стр. 9), — мол, подобной аппаратурой не занималось и не располагает, в это мало верится. Хотя бы потому, что ЦРУ в своё время разрабатывало секретную программу “МК-ультра”, в ходе которой изучалось действие СВЧ-излучения на живые организмы. Сведения о ней, конечно же, дошли до соответствующих ведомств нашей страны, ревниво относящихся к успехам зарубежных коллег, были они, вероятно, проверены и на практике». — Моей «разведческой» инициативой тут же заражаются авторы увесистого манускрипта «Все тайны земли» Фон Паль Лин и П. Одинцов, М.: ACT; СПб.: Астрель-СПб, 2007. Скрытое господство над сознанием: магия либо наука? Но не суть…

Роман прав в том, что, скорей всего, собственно в художественной обработке эта тема в России нынешней не поднималась.
Вообще сам по себе термин гангсталкинга значит распространённое явление пситеррора. Завёрнутое в жёсткую оболочку конспирологии. С крепко вшитыми в подкорку теориями заговора всех мастей — со всеми вытекающими. От аутохтонного индивидуального могущества — до фиолетово светящихся «инопланетных» утюгов в придачу с микроволновками всех мастей в «незащищённых» спальнях неспокойных клиентов. 
Автор, в принципе, даёт подробную расшифровку термина «гангсталкинг»:

«Это новый ГУЛАГ, который гораздо страшнее старого. Если их выбор пал на вас — воздействие будет длиться годами. Сначала они превратят вас в тряпичную куклу постоянными гангсталкерскими атаками, а потом довершат дело зомбированием, психотроникой и препаратами. Может быть, и наоборот, это совершенно неважно. Они изобретательны и умны. <…> Поймите, сущность гангсталкинга загадочна, таинственна, непредсказуема. Он может обернуться чем угодно, он принимает любые формы и оттенки, балансирует на грани реальности и фантасмагории. Именно поэтому тысячи подопытных по всему миру не могут доказать, что он существует. Им не верят правоохранительные органы, родные, друзья. Их отправляют в психиатрические больницы, ставят диагнозы и лечат». — И не долечивают, присовокуплю. Пряча в усах кривую ухмылку атеиста.

Кстати, кто «они», не в курсе?

Но в увертюре — о виновнике сего «торжества» в кавычках. Оттого как время сейчас не совсем книжное. Или лучше сказать, совсем не книжное, н-да… Тем не менее.
Последняя до сего момента печатная вещь Романа создана в 2018 году. Называлась «Зачем ты пришла?» Её, признаюсь, обозревал
В 2015-м в эфире прозвучала «“Токката и фуга” № 8 ре-бемоль» Романа Богословского. (Шутка: просто «Токката и фуга».) Её читал и кратко оценил «великий насмешник» А. Кузьменков. Критиковал и я в предыдущем материале. 
Ещё раньше — светились люминесцентным фризлайтом пара-тройка книг, но их не смотрел. 
Средь них затесалось наверняка любопытное для сведущих иллюстрированное издание про рок-группу «Агата Кристи». Но поскольку я не почитатель «той» музыки из благодатных «лихих 90-х», то не проявил интереса, хотя мог бы. Ну да ладно…
Вот ещё специально присланное к событию экспертное мнение о творчестве Р. Богословского от издателя Леонида Кузнецова:

«Лучшие свои книги Богословский издал в “Дикси Пресс”. Хороши они не потому что первые, совсем не поэтому. Автор только подбирался к казуистике своих текстов, ещё не устраивал шоу, которое потом уже превалировало над собственно литературой, уничтожая сам смысл её в приличном в понимании обычного читателя смысле. Снобизм авторский нашёл себя в желании быть в контексте, но при этом чуть из него выламываться. Поначалу всего лишь чуть. И это было свежо и здорово. Сейчас это тоже литература, но уже другая, и главное, не особо новая. Темы — незатёрты, да, но вторичность ассоциативного ряда из рук вон. Впрочем, Роман меня слушал только поначалу…» — Ну, почему бы не дать мнение старого товарища по литературному ремеслу, подумал я.

С места в карьер

Пунктанционно дам понравившиеся нюансы:

Фантасмагорический театр (с мельканием флоберовских нот «прелюбодейства») разворачивается с первых страниц, что мне весьма импонирует. Обожаю элемент наскока в худлите. Идущий от чрезвычайно убыстрившегося века, времени. Бегущего в никуда… 

Далее

Ровный, плотный (как указывал в прологе) стиль изложения. По сравнению с предыдущей книгой рецензент явно почувствовал шаг вперёд.
Ненадрывно. Логически устойчиво (тема «волков и овец» — сложнейшая для описания-рефлексии, и Роман справился). 
Спокойно, повторюсь, идёт повествование о страшных, по сути, вещах — рушатся чьи-то жизни, люди теряют разум. Гигантское по своим масштабам преступление прикрывается бытовым расслабленным «ничегонедаланием», «неви́дением»-«неве́дением» и «после нас хоть потоп». 
Юмор. Отдельной строкой. Очень ненавязчивый, но — проникновенный, незримо ощутимый. Который как бы лишь предлагается зрителю, неярко, завуалированно. Т.е. человек без чувства юмора может его и не заметить. Что редко где встречается. Как водится — или рубят наповал: шутят неотёсанно, грубо. Или — напрямки без него, точнее, без неё: улыбки. Её иногда не хватает в повседневности серых дней. И серых книг. 

Канва текста

Роман поймал-таки конька-горбунка за хвост. Попал в мишень. 
Эти «всяки-разные» курсы внутренне-внешнего роста… Лично наблюдал — взрослые дядьки по-дурацки бегают-прыгают, выполняют смешные задания, коими загрузил их учитель, Гуру. Но — в сходных «школах» превалирует наглое тупое выманивание денег у клиентов. Вплоть до обворовывания. В книге сложней… Не на виду: без презентаций и аплодисментов с танцами и весёлыми надувными шариками.
Грядёт цивилизационная война. Где на кону стоит не благосостояние и обеспеченность. А — здоровье нации, не менее.
Плюс — Роман практически поставил диагноз нашей с вами эпохе, дорогие друзья. 
Главное, поймите — вы ничего не решаете, ни на что не влияете, ничего не можете. В плане социальных проектов, лифтов, пожеланий-возможностей: «Перед нами обширная деструктивная сеть с огромным количеством вовлеченных. Синдикат. Но есть группы, представители которых встречаются чаще других, — это таксисты, гопники, быки, наркоманы, быдло, алкоголики, “профессиональные соседи”, “социальные паразиты”, психиатры, полиция, начальники малопонятных контор, комитетов и общественных организаций». — Замятин с Оруэллом в одном флаконе.

Люди, волею судеб попавшие в Синдикат, получают всяческие «хитрые» поручения:

•    Отъём жилья у стариков, малоимущих, одиноких;
•    Участие в глобальных медиа-войнах. [Автор вплотную подошёл к эпохе тотальных медиасражений. С атаками пустых «акков», бото-фермами, абьюзом и травлей: на выживание.];
•    Внешняя психотронная «бомбёжка» — давление на соседей, знакомых-незнакомых: ежедневное, нудное, выедающее мозжечки у последних. 

Притом что обратной связи с Синдикатом нет. Он приходит к тебе в организм когда захочет. Когда заблагорассудится. Решая, что, какую пакость с тобой сегодня сделать и какое кинуть задание. Ты неволен противостоять Ему. Ты — никто. И звать тебя — никак пред непобедимым влиятельным Зверем, въевшимся в ослабший мозг.

Несколько, как я их называю, «гениальностей»:

Если дать восторгу захватить себя, в голову тут же снова прискачет блеющее стадо назойливых мыслей…
*
Но когда она орала, при этом проглаживая блузку, её сексуальность разбрызгивалась в разные стороны, заливая комнату.
*
Болезни ума в уме и остаются. За его пределами никаких болезней нет.
*
Я вышел из машины, кавказец пыльно развернулся и уехал. Я сосредоточился.
*
Человек — какашка бога, мы помним. Это всё военные. Ну, надоели им бомбы и автоматы. Скучно.
*
Инструментальная транскоммуникация — общение с мёртвыми.
*
Сетевое мясо…

Нестыковки

В книге утверждается насчёт «крыши», замыливания преступных деяний Синдиката: «…с экстремизмом в чистом виде они давно завязали — это же уголовка. И с точки зрения закона к ним не подкопаешься — якобы все, кого они обливают дерьмом, это актёры, которые дали согласие на участие в стримах. Их популярность огромна…» 
Сиречь могущественнейший Синдикат типа заботится, чтоб не попасть под уголовку. Но…
Как-то мелко.
Если б Синдикату приспичило, он в течение короткого периода легко подчинил бы себе всё население планеты Земля! Но то было бы уже не искусство, говорится в тексте. 
Гангсталкинг — великое разнообразие «методов и подходов, помноженных на интерес, азарт, ощущение игры. И этим Синдикат во много раз превосходит возможности спецслужб. Если всё время просто лупить по мозгам людей торсионными пушками, какой в этом интерес, где в этом импровизация, где фантасмагория спектакля жизни, где иллюзион?» — Тут я не согласен категорически. 
Преступники, тем более столь многогранные в методах, вряд ли будут отвлекаться на никчемную «импровизацию». Невзирая на то, автор дал Синдикату ещё и театральную составляющую. Причём колоритную, порой курьёзную, порой до жути горькую, что ж… Тем занятнее читать.
В середине повествования почувствовался некий провал — от перебора одинаковых примеров, похожих друг на друга событий, аналогичных моментов, связанных с подставами и крушениями судеб. 
Финал — вернул эпичность, загадочность, по-голливудски цветовую гамму.

В конце издания представлены семь рассказов очень крепкой, поистине блестящей прозы прям-таки цивилизационного уровня. Прям загляденье…
Вот только с гангсталкингом они не коррелируют: иной жанр, мотивы. Варьированное целеполагание: рефлексия образов, сдвинутая в область лексикографии, а не человеческой природы страха. 
На конкурсе короткой чеховской прозы «великолепная семёрка» заняла бы достойное место. Но…
Что тут делают эти рассказы? — непонятно совершенно. 

5
1
Средняя оценка: 2.875
Проголосовало: 8