Прекрасное лицо Ниссо синдзян кэкай: Общества СССР-Япония
Прекрасное лицо Ниссо синдзян кэкай: Общества СССР-Япония
Предыдущий очерк кратко раскрыл причины исключительного влияния русской литературы на духовный, интеллектуальный мир Японии. Рассмотрев период, когда писатель был самым успешным послом, и в целом, некоей — «эмблемой России», мы подходим к периоду, когда, сохраняя уважение, интерес к России, СССР, японцы перестали обращаться: «Советские люди — это новые люди!». Но и тогда новое (начиная примерно с середины 1970-х) отношение японцев к СССР будет познавательно сравнить с отношениями других азиатских народов...
Как упоминалось в прошлом очерке, это «остывание» имело место из-за второй компоненты: советской, социалистической. Об этом рассказ далее, но еще работала первая составляющая: обаяние русской культуры. И здесь будет интересно проследить траекторию жанров искусства. Ленин говорил, что «кино — важнейшее», но литература была — первейшей. Именно влияние русской литературы, рассмотренное в предыдущем очерке, породило позже интерес к нашему кино, балету, театру.
Это можно великолепно рассмотреть — на прекраснейшем лице Комаки Курихара, выдающейся японской актрисы и фактически: главного «амбассадора», энергичного «промоутера» советского, российского кино, балетного и театрального искусств — в Японии. Комаки родилась в 1945 году. Отец — драматург и мать — актриса, были, как фиксируют справочники, «большими поклонниками русской культуры». Но мы, восстановив все обстоятельства и хронологию, можем уточнить: «…русской литературы». В то время русская культура была представлена только литературой, а дальнейшее жанровое расширение нашего присутствия как раз и было связано с необыкновенными талантами, энергией Комаки Курихара.
За другой строкой ее биографий «занималась в школе русского балета» — история просто гениальная. Еще до первых гастролей японцы открыли новое для себя чудо — балет. Страна просто врывается на мировой рынок бытовой электроники, телевизоры доступны и простым горожанам, но то, что буквально приковало их взоры — доступно пока только на телеэкранах. Японцы быстро определяют: кто в открывшемся мире задает высший стандарт, и в 1959 или 1960-м в Токио открывается Балетная школа имени Чайковского. Из СССР приглашают солистов Большого театра Суламифь Мессерер и Алексея Варла¬мова. Крупнейшее событие в культурной жизни Японии, дичайшие толпы родителей, умоляющих посмотреть, принять их детей. В газетах новости, слезы, рыдания, рассказы о трагедиях 99,9 % непринятых. Конкурс! На всю страну — одна школа с небольшим залом и всего два балетных «сэнсэя». Кстати, природная японская грация очень сложно переводится на язык мирового балета: почти противоречащие начала в телосложениях. Директор школы господин Хаяси весь день — в окружении моря поклонников, фанатов русского, советского балета, и в числе страдающих на пороге, пока не принятых, — юная Комаки Курихара с родителями.
Далее еще одно Чудо, другое все-японское столпотворение, 1962 год — визит Юрия Гагарина. Интерес к космосу стартовал еще в 1960-м. Буквально через пару недель после полета Белки и Стрелки, все дети Токио ходили в футболках с принтом: ракета, как её дети рисуют — заостренная труба, два иллюминатора с фотографиями наших собачек. Мне тоже купили такую, предвидел бы всё — хранил бы. Вся Япония напряженно следила за ходом советско-американской космической гонки, и…
«Сбытие пророчества» Юрия Гагарина
Опять сошлюсь на ранее опубликованные очерки и добавлю: ажиотаж был и всемирным, в Токио весь дипломатический корпус рвался вплоть до смешных подробностей, в советское посольство — увидеть Юрия Гагарина. Далее, как передает во многих интервью Комаки Курихара, ей удалось прорваться подарить Гагарину букет цветов и даже кратко поговорить. Она сказала, как сильно хочет стать балериной, Гагарин ободрил: «Я был обычный летчик, каких немало, очень хотел полететь в космос, тренировался. И ты работай усердно и когда-нибудь станешь балериной». — М-да… пожелать усердия(!) японке, японцу — тут, конечно, можно лишь улыбнуться. И заглянуть на 12 лет вперед. Тогда Комаки на съемках фильма «Москва, любовь моя» потрясла всю группу, а у режиссера Александра Митты вырвалось: «Комаки — это же просто железная девушка! Месяцами, каждый день, после 8-часовых съемок еще 6-7 часов заниматься с русскими педагогами и тренерами…»
А тогда, в 1962 году, Комаки все же поступила в Балетную школу имени Чайковского. Но представьте: 17-летняя девушка в зале, у станка, а рядом — совсем девочки-малышки: мировых звезд начинают готовить лет с семи! Что-то в школе у Месерер и Варламова она все же приобрела, хотя, конечно, перспектив в большом балете — ноль… В 1963 году Комаки поступает в театральное училище при театре «Хаюдза», ставящего пьесы русских и европейских авторов.
«Москва, любовь моя»-1974
Кинокарьера весьма успешна. Фильм «Ресторан Синобугава» 1973 года — номинации в Японии: «Лучшая актриса года» и «Лучший фильм». Представляя его на Московском кинофестивале, Комаки приезжает в Москву, первое знакомство с Россией. Первая, кажется, её награда в 1968 году: премия Ассоциации режиссеров Японии за роль Ирины в пьесе «Три сестры» Чехова. Её фильм «Сумасшедший дом № 8» — номинация на Оскар 1976 года и еще вереница успехов, но именно в фильме «Москва, любовь моя» — пророчество Юрия Гагарина самым невероятным образом вдруг сбылось!
Комаки все же стала балериной — в прекрасном фильме Александра Митты. Её героиня приезжает в балетную школу Москву, подает огромные надежды, встречает свою любовь (Олег Видов), но… она родом из Хиросимы, и лучевая болезнь её настигает. Моря чистых слёз и длинные очереди в кинотеатры СССР и Японии. А на съемках первые реплики на русском Комаки произносила механически, не понимая значения, предполагалась, что озвучивать будет другая актриса. Но она, к изумлению Александра Митты, после съемочного дня еще по 6-7 часов изучала русский язык, восстанавливала балетную форму, и добилась: озвучку доверили ей! А всех коллег, потом и кинокритиков, удивляло: 28-ми, а затем и 29-летняя Комаки играла 17 летнюю девушку. Но это же тогда — в годы первых наших знакомств, а сегодня все интернеты знакомы с этим феноменом: японские красавицы — каким-то генетическим чудом просто избавлены от главного страдания большинства женщин планеты: они очень долго НЕ стареют. В смысле каких-то возрастных изменений на лицах, и 17-летнюю японку — сложно отличить от 35-тилетней и более старшей. Будем считать это благословением тенгри-неба и небесных ками синтоизма (японского аналога тенгрианства).
Кстати, этот же феномен нестареющих лиц свойственен и нескольким народам «алтайской семьи». С последним наблюдением, правда, этнографы поспорят, обязательно уточнят: алтайская группа включающая тюрок, монгол, тунгусов, японцев, корейцев — языковая! Но факты свидетельствуют: сами японцы, приезжая на Алтай, в Якутию, Калмыкию, Туву, поражаются внешнему сходству. Двух моих знакомых: калмычку Герел и башкирку Лайлу, — постоянно принимают за японок.
Это маленькое эстетическое отступление прошу счесть за попытку объяснения другого феномена: долгой, уже более чем 60-летней любви, тяги великой японской актрисы к России. То, что французы называют «тайное сродство». Позже Комаки играла японскую пианистку в фильме Сергея Соловьева «Мелодии белой ночи» (1976). Прекрасный фон, который и «фоном» назвать нельзя: красота Ленинграда — почти действующее лицо фильма. Здесь любовь героини Комаки — советский композитор (Юрий Соломин).
И снова фильм Александра Митты: «Шаг» (1988). Кейко, героиня Комаки Курихара, потеряв одного сына в эпидемии полиомиелита, убеждается в бессилии японской вакцины и летит в Москву за советской — спасти другого сына и многих еще японских детей. Японский закон требует двухлетних проверок, но Кейко и сотни японских матерей поднимаю волну гневных протестов и побеждают. Заметим безошибочность выбора: в трех фильмах представлены сферы, где авторитет России, СССР безусловен: балет, музыка, медицина… Но остается вспомнить еще одну. Отмеченное Лениным как «важнейшее искусство, наряду с кино» — цирк. Фильм «Маленький беглец» в 1966 году открывал череду больших успехов советско-японского кино. Мальчик Кэн ищет в СССР больного отца и добрый клоун Юрий Никулин, познакомившийся с Кенов в дни гастролей цирка в Японии, ему помогает.
Фильм 1975 года великого режиссера Акиры Куросава «Дерсу Узала» с Юрием Соломиным в роли Арсеньева Максимом Мунзуком в роли Дерсу Узала получил «Оскар» («лучший иностранный фильм года») и Гран-при Московского кинофестиваля. В этих двух фильмах Комаки Курихара не снималась, но продолжала неутомимо продвигать российскую культуру в Японию. Во многом её усилиями в 1981 году токийский театр «Тоэн» доверил Анатолию Эфросу поставить «Вишнёвый сад» Чехова, где Комаки сыграла Раневскую. В первом советском фильме-катастрофе «Экипаж» у неё эпизодическая, но очень важная хара́ктерная роль — самоотверженной пассажирки. Участвовала она и в жюри XII Московского международного кинофестиваля. А позже открыла свой собственный театр, где идут в основном пьесы российских драматургов.
Комаки так же советник ЮНЕСКО по делам детей. Её называют: «Лицо Японии» и образ жизни, моральный облик госпожи Курихара ни разу не уронил этого неформального звания. В 2009 году её огромный вклад в «развитие дружественных российско-японских отношений и укрепление культурных связей Российской Федерации и Японии» был отмечен Орденом Дружбы Российской Федерации…
Желая сопоставить свой личный пиетет пред великой актрисой, прекрасным человеком — с оценками соотечественников, я заглянул на несколько сайтов, ознакомился с внушительным корпусом комментариев. И еще раз порадовался: все «каменты» — в ранжире от благожелательных до восторженных. Ни частых «диванных разоблачений», набросов… на вентилятор. Один из многих комментариев я здесь приведу, и не ради «пруфа» (подтверждения вы можете найти и сами), а ради одного важного вопроса «в развитие темы».
Итак, портал «Больше, чем просто кино»: Швецов Юрий, 9 июня 2023: «Очень красивая женщина и отличная актриса! Был же у нас период, можно сказать, любви с Японией. “Дерсу Узала”, “Мелодии белой ночи”, “Бони Дзякс”. Куда все это ушло?»
Вот именно! И я пытаюсь разобраться: «Куда все это ушло?». Высказать свою гипотезу человека отчасти осведомленного. Дело, конечно, не в нескольких годах советского дошкольника, прожитых в Японии до 1964 года. Более помогло то, что мой отец, Николай Прохорович Шумейко, еще много лет после этого выезжал в краткосрочные командировки, вел от СССР переговоры с японцами, неплохо зная японский, собирал литературу, кое-что мне пересказывал. Что-то я включил в книгу «Ближний Дальний Восток. Предчувствие Судьбы», сценарий одноименного фильма, как уже упоминал, шедшем на канале «Россия» в октябре 2012 г. Но большую часть публикую впервые.
Серия началась с очерка о КНДР, далее немного о сравнении Северной и Южной Кореи, Вьетнаме, Китае (о нём, надеюсь, будет и еще несколько новых заметок). И главное… некоторые свои версии причин взлета (до начала 1970-х) и последующего резкого спада Российско-Японских отношений я постараюсь связать с общим движением российской политики в Азии, вплоть до сегодняшнего «стратегического разворота на Восток» и «Сибиризации России» Сергея Караганова и соответствующими заинтересованными группами.
Конечно, можно напрямую связать ухудшение наших позиций в Японии — с параллельным улучшением аналогичных — в Китае, КНДР. Они, дескать, между собой: столетние враги, и «плюсы у одних — обязательно обернутся минусом у других». Но, во-первых, и наши послевоенные отношения с КНДР, Китаем — никак не обрисовать «прямой линией роста дружбы», это мягко говоря. Во-вторых, политические тренды сильно осложнены наличием у Китая — Тайваня, у КНДР — Южной Кореи, оппонентами, с которыми у России были периоды весьма тесного сотрудничества. Были периоды сильных производственных коопераций и у Китая с Японией. Несмотря на «нанкинскую резню» и т.п.
В целом, азиатский «кроссворд» интереса, «движения капиталов» будет, надеюсь, далее, а пока совершенно необходимо зафиксировать, что отношения СССР и Японии состояли совсем не только в культурных связях, любви к Достоевскому, Чехову, совместному завоеванию Оскара за фильм «Дерсу Узала» и т.д. Был еще одни «трек»…
Экономика
Даже не подписав мирного договора с Японией (о котором речи поднимаются вплоть до нынешнего 2026 года), то есть, сохраняя юридически статус стран только лишь… «прекративших боевые действия», мы развернули бешенными темпами сотрудничество. И на 1964 год Япония стала среди капиталистических стран третьей по товарообороту СССР (после Британии и Финляндии). Порт Находка за эти же 6-7 лет стал вторым по грузообороту портом Советского Союза (после Одессы).
До разрядки с США и знаменитого Большого договора с ФРГ, разогнавшего экономические с нею связи, еще было далеко. И еще важно отметить: многие важнейшие технологии, принципиально новые товары, становящиеся техническими образцами, изобретения всего западного мира, в том числе и США, приходили тогда в СССР — через Японию. Где в то время успешно шла «Вторая модернизация 1950—70 гг.». (Первая — эпоха Мэйдзи, — после 1869 года). Пора, наконец, и сознаться: все мы в СССР завидовали «Японскому экономическому чуду». В советской печати это проступало сквозь дежурные критики империализма, а позже, в перестроечной печати — уже и открыто Япония ставилась нам в пример примеров.
Цифра «20» («двадцать») до сих пор удивительна, с двух сторон удивительна. Во-первых, 20 — это 20 %, это — годовой прирост промышленного производства Японии в 1961 году (ранее и позже бывало: 10, 12, минимум — 8 %)… Во-вторых, та цифра, 20 % японского годового роста пробилась даже в советскую печать — читатели наших газет тех лет поймут всю уникальность и этого прорыва. Вспомнят, как сквозь антиимпериалистический «скрежет зубовный» проникали тогда факты.
Мне кажется, что и сама китайская идея «Большого скачка» (та лихорадочная работа, домны во дворах и т.д.) — была выдвинута Мао Цзэдуном, глядя на восточного соседа. А иначе откуда тот лозунг: «Восемь лет упорного труда — тысячу лет процветания!»? Сам Китай до этого отличался трехтысячелетним, всегда очень плавным развитием. Тут точно влияние на товарища Мао оказали: наши первые две пятилетки и «Японское чудо». Главное общее было у СССР, Японии и Китая в ту пору: война позади, руины. Потому и оглядывание друг на друга: кто как справляется. Япония еще в 1948 году в тяжелом кризисе, объем производства меньше полвины довоенного уровня. Токио разбомблен на две трети… Работа начинается, и в 1951 году довоенный уровень достигнут, а в 1965 году — превзойден в 6 раз «ценой неимоверного роста эксплуатации трудящихся» (наш официальный справочник).
В 1960 году японское правительство приняло План Икэда (План удвоения национального дохода). Тут читавшим российские газеты начала 2000-х возможно почудится некое двоение в глазах… Да, у японцев тоже было «Кокумин сётоку байдзо кэйкаку» («удвоение ВВП»). Но даже в череде успехов годов Икэда — тот, 1961 год с 20% роста, — явление уникальное.
Помню, в позднеперестроечных самобичевательных статьях все жуткие сравнениями СССР — с «Японским чудом». Типа россиянин спрашивает: «Так насколько мы отстали от Японии? На 10, 20, или на 30 лет?» — А японец или рос-либерал отвечает: «Нет! Мы/вы отстали от них/нас — на…навсегда!»
А рейтингующие — кто?!
Но история пролистнула и те страницы самоуничижений 1990-х. И по величине ВВП валового внутреннего продукта Япония на 4 месте, Россия на 9-м. Это список МВФ, у ВБ (Всемирный Банк) и ООН примерно схоже. А по величине (ВВП/ППС) ВВП по паритету покупательной способности уже Россия на 4-м, а Япония на 5-м. Но и «объективный ВВП/ППС», после всех Микронезий, Науру, Тувалу и других достойных островных «империй» (190-е места)… ставит Кубу на 207-е, КНДР на 208-е места. Впрочем, в очерке кратко упоминалось о «научно обоснованных рейтингах»: «А нам экономику государств-изгоев считать и ставить выше 200 места — не велено!» И для привнесения нового в рейтингование я, как член РОИТ (Российского Общества Историков Транспорта) и давно читающий лекции в транспортном вузе предложу такой вот критерий — ВСМ. ВысокоСкоростные Магистрали — интересны своей недоступностью всяким «политкорректным доводам». Строго, ВСМ — это ж.д. с маршрутной скоростью 200 км/час и выше. Именно по всему маршруту итог, а не какие-то рекордные участочки разгонов и ТВ- репортажей. Так вот, по этой строгой арифметике дорога Москва-Петербург с германскими поездами «Сапсан» еще не ВСМ, меньше 200 км/час. Впрочем… ВСМ до сих пор нет и в США (маршрут Бостон-Филадельфия тоже не дотягивает!). Но и Россия, и США планируют в скором будущем достичь. И ради экономического эффекта, и… Клуб стран, имеющих ВСМ, — это престиж. Да и картины высоко поднятых эстакад с поездами-«пулями» обтекаемых форм — самые лучшие иллюстрации по теме: «Города будущего».
И возвращаясь к теме очерка, в Японии ВСМ заработали в… 1964 году! Аккурат к Олимпиаде Токио-1964, и НЕ для удивления съехавшихся со всего мира гостей. Те ВСМ как раз и помогли японцам справиться: Олимпиады — это всегда — экзамен для инфраструктуры страны.
ВСМ «Восходящего солнца»
Япония — пионер ВСМ. Синкансэн (яп. — «новая магистраль») работает с 1964 г. Британия, Тайвань, Бразилия, Китай, США, Канада, Вьетнам заимствовали решения японцев. Их лидерство связано с мощным послевоенным ростом экономики. В 1948 г. в Японии — тяжелый кризис, объем производства менее 50 % довоенного уровня, Токио разбомблен на 2/3… В 1951 г. достигнут довоенный уровень, в 1965 г. — превзойден в 6 раз! План Икэда (1960 г.): удвоение национального дохода. Причина особого внимания к транспорту: Олимпиада Токио-1964. К Играм был пущен первый синакансэн Токайдо (515 км), связавший два крупнейших города: Токио и Осака. Строительство началось в 1959 г.
Есть гениальный сюжет, быль, перешедшая почти в фольклор, про японского бизнесмена, объяснявшего своему бизнес-партнеру из Англии, первый раз приехавшему в Японию тех лет, и, потрясенному видом небоскребов, переплетений высоко паривших эстакад, виражей многоуровневых развязок, пролетающих «поездов-пуль» и прочих примет «города будущих поколений»: «Дело в том, что вашу страну бомбардировали Юнкерсами, а нашу — американскими В-29. Потому вы после 1945 года занимались ремонтом, а мы — строили заново».
Да, Япония давно обогнала по уровню экономики «державу-победительницу» Британию, хотя бравирование «рванули налегке с нуля» в части ВСМ, честно говоря, — преувеличение: свои «синкансэны» японцы планировали начать строить в 1940 году. Уже прорыли несколько тоннелей — пригодились в 1942—1945 гг. как бомбоубежища, а потом использовались для синкансэна. До войны проектировали пустить поезда скоростью до 150 км/час. Это так же было бы рекордом, в два раза превосходя резвость тогдашних экспрессов, но после войны японцы замахнулись на скорости 205-215 км/час и — достигли их.
Принципиальным решением стали отельные, специальные пути. Ширину колеи под синкансэн взяли европейского стандарта — 1 435 мм. Она, понятно, более устойчива, чем старая японская «капская колея» (1 067 мм, термин — от южноафриканской Капской колонии, распространена была в Азии. Возвращенный нами в 1945 г. Южный Сахалин имел до самого недавнего времени «капскую колею»).
Японские ВСМ — самые загруженные в мире: свыше 1 500 000 миллионов пассажиров ежегодно. В 1967 году, перевезя 100-миллионного пассажира, синкансэн вышел на эксплуатационные прибыли. А все траты окупились к 1971 году. Миллиард пассажиров — итог к 1976 году. Подобные великие стройки объединяют нации. Такая цель (в отличие от ВВП, ВВП/ППС) — доступна взгляду, реальна «на ощупь». Как поезда, бегущие по Транссибу, синкансэну, они: есть/нет? То есть мощный подъем и Японии, и японо-советских отношений в тот период — были объективной реальностью.
